Алесенька

Виктор Николаевич вернулся домой поздно, вучка Алеся быстро накрыла на стол, но ужинать генерал не стал, выпил чаю и лег спать.

«Даже душ не принял, – покачала девушка головой, – наверное, опять проблемы в штабе».

Дедушка был начальником штаба, никак не мог уйти на пенсию, не отпускали. Алеся была его единственной внучкой, любимицей своего деда. Родителей у нее не было, мама и папа с бабушкой, женой Виктора

Николаевича, погибли в автокатастрофе много лет назад. Алесе три года было всего, только внучка и дед выжили тогда. Ездили отдыхать всем семейством в Пицунду, а вернулись вдвоем…

С тех пор Виктор Николаевич ни на минуту не расставался с Алесей. Будучи молодым полковником в то время, он много поездил по гарнизонам, а внучка всегда с ним. Никого больше не было у Виктора, детдомовский он был. Помогала по хозяйству им с внучкой его давняя подруга Аня, еще в детском доме вместе воспитывались. В войну потеряла женщина мужа, а с Виктором случайно встретились еще в молодости, он сразу ее к себе позвал. Аня не могла сидеть без работы, и как-то само собой получилось, что без ее помощи семья стала как без рук. Умелая женщина и еду вкусную готовила, что уж греха таить, Галя покойная не умела стряпать; и на рынок экономно ходила, жена Виктора могла за пару дней зарплату мужа потратить, а в молодые годы он не очень много зарабатывал.

Это сейчас он генерал, и все в порядке: служебный автомобиль, дача, и много еще разных привилегий, и шофер, конечно, личный – молодой срочник Эльдар.

Когда Алеся увидела дедушкиного водителя первый раз, земля из-под ног уехала. Он привез парадный мундир генерала из химчистки, Аня приболела и не смогла сама забрать.

Эльдар на Алесю едва взглянул, а она думать ни о чем и ни о ком не могла с того дня, все из рук валилось.

Аня через пару дней выздоровела и с большим усердием взялась еду готовить, так как пока она болела, генерал с внучкой все больше на бутербродах да на кашах сидели.

– Алеся, учись готовить, восемнадцать уж тебе. Того и гляди, замуж выскочишь, а готовить не умеешь. Мужа кормить надо, а то уйдет, если голодом морить станешь.

Алеся смутилась, покраснела.

– Ой, – всплеснула руками Аня, – а ты уже влюбилась, девонька.

– Аня, ты что? С чего ты взяла? – Алеся опустила глаза.

– Аню не обманешь, вижу, что влюбилась. Поделишься?

– Ань, не знаю, как и сказать. Дед-то и вообще разозлится, – замялась девушка.

– А мы ему не скажем, – улыбнулась Аня и добавила, хитро прищурившись, – ну не в Майкла Джексона же?

– Ой, да лучше бы в него. Ань, шофер мне дедушкин нравится, – ответила Анина любимица.

Аня так и села.

– Как шофер? Да ты соображаешь, чья ты внучка? И кто он?

– Соображаю, но мы ж ничего о нем не знаем, Ань.

– Ох, подведешь ты меня под монастырь. Вот чует мое сердце, я виноватой и останусь во всем, – расстроилась Аня.

– Да в чем, Аня? Он на меня не смотрит даже.

– Так конечно, чего ж смотреть на генеральскую внучку? Знает, что дед голову оторвет ему за тебя.

Уже на следующий день Аня знала все о шофере Виктора, что он из хорошей

семьи, родители – преподаватели, парень окончил техникум тот же, где они работают.

«Странно, почему не пошел в институт, – подумала Аня. – Ну да ладно, если не забудет Алеся его через пару недель, то придется счастье любимицы устраивать. Ох и попадет мне от Виктора», – покачала головой Аня.

А Эльдар, как назло, стал чаще и чаще попадаться на глаза девушке. То какие-то документы привозил, то наоборот из кабинета что-то взять надо, а то и вообще дед на обед приехал и паренька за собой притащил. Сели за стол, и Алесю позвали, она ни жива, ни мертва.

– Алеся, вот Эльдар английским владеет в совершенстве, – сообщил дед, – а у тебя как с языками?

– Дедуль, ну ты же знаешь, я французский учила, – краснея, ответила внучка.

– Плохо, – огорчился дед, – английский нынче знать надо.

Алеся пожала плечами:

– Зачем?

– Надо, – дед ударил ладонью по столу, Алеся подскочила от страха.

А Эльдар так и вообще по стойке смирно вскочил.

– Садись пока, – миролюбиво предложил дед.

– Вот что. Негде и некогда мне ей репетиторов искать, мать их. Слово заумное придумали – не выговоришь. Учителей в общем. А ты, – дед посмотрел на Эльдара строго, – владеешь. Научишь внучку мою, надо это сейчас, сам понимаю, жизнь меняется, не уследить.

– Разрешите обратиться, товарищ генерал? – Эльдар поднялся снова.

Понял, шутки плохи, и с замиранием сердца проговорил:

– Товарищ генерал, английским владею, родители мои преподают его много лет. Сначала в школе работали, теперь в техникуме. Со мной с детства на четырех языках разговаривали, потом спецшкола, но, товарищ генерал, учить не смогу, методикой не владею, – выдохнул Эльдар. Он слышал, как колотится его сердце.

Генерал грозно взглянул на парнишку:

– А кто тебя просит учить? Говоришь, с тобой родители просто разговаривали? Так вот и ты с Алесей каждый день разговаривай. По часу нормально будет? – спросил генерал.

Зашла Анечка, внесла пирог, посмотрела на Эльдара, мигнула ему незаметно, мол, соглашайся, а там разберемся.

«Он же меня казнит, если она не заговорит по-английски через месяц», – подумал Эльдар, но вслух ответил:

– Так точно, товарищ генерал.

– Выполняйте! – приказал начальник.

– Есть! – рявкнул парень.

– Дедуль, – прошелестела Алеся, – ты у меня не спросил, хочу ли я?

Дед развернулся к внучке всем корпусом:

– Потом поговорим, марш на занятия.

И молодые люди поплелись в библиотеку.

– С чего начнем? – спросил парень невесело.

– Не знаю, – ответила тихо девушка.

– И я не знаю, – тяжело вздохнул Эльдар.

Алеся прыснула, Эльдар вдруг расслабился и тоже улыбнулся. Молодые люди посмотрели друг на друга и заговорщически тихо засмеялись вместе.

– Меня Алеся зовут.

– Да знаю уж. Давай по-английски научу, начнем с простого.

И урок медленно потек.