Alexa

Кузьминых Юлия

Довольно усмехнувшись, Блейк приподнялся, опираясь руками о песок, и медленно оглядев моё обнажённое тело, тихо произнёс:

– Что ж, придётся поторопиться, не то чувствую, несдобровать сегодня моему стальному другу в сватке с такой дикой львицей.

Весело рыкнув в ответ, я подхватила брошенный мне чёрный бюстгальтер.

– Советую побыстрее одеться, иначе, у одной ненасытной кошечки, есть все шансы провести ночь на этом холодном песке.
– Вполне серьёзно сказал Блейк, натягивая джинсы.

Нехотя поднявшись, я начала одеваться.

Внезапно

ночное небо осветилось яркой вспышкой красного света. Тревожно оглянувшись, я увидела, что эти красные огни исходят из кабины лексера.

– Вот, чёрт! Только не сейчас.
– Хмурясь, выругался Блейк и, надевая на ходу куртку, подбежал к машине. Оказавшись внутри лексера, мужчина, продолжая недовольно хмурится, плотно закрыл за собой дверцу. Быстро включив, какой-то специальный передатчик, устроенный на передней панели, он начал разговор. По его коротким фразам и плотно сжатым губам, сразу можно было догадаться, что беседа выдалась не из самых приятных.

Не желая вмешиваться, я отвернулась и продолжила одеваться. Когда, наконец, с внешним туалетом было покончено (последней деталью которого была продолжительная борьба с атаковавшим волосы мелким песком), я вновь оглянулась в сторону черного лексера. Блейк по-прежнему сидел внутри, продолжая серьёзную беседу. По его лицу без особого труда читалась злость и сплошное недовольство.

Какое-то непонятное чувство страха и печали незаметно проникло в моё сердце.

Отгоняя прочь непрошенные мысли, я не спеша побрела вдоль побережья, приближаясь к огромным скалистым валунам, начало которых скрывалось под тёмным покровом бурлящей воды. Запрыгнув на самый ближний небольшой камень, я начала двигаться дальше, постепенно поднимаясь всё выше и выше. Добравшись на самый дальний от берега камень, я села, прислонив подбородок к притянутым к груди коленям.

Опустив взгляд со звёздного неба, я посмотрела вниз. Грозный океан вновь поразил меня своей нереальной мощью. Огромные волны, казалось, с лютой яростью хлестали твердый гранит, каждый раз вновь и вновь растворяясь в бурлящей густой пене подо мной. Так и я. Я вновь боялась поверить и взлететь, чтобы потом вновь разбиться и исчезнуть в густой серой дымке печали и безнадёжности. Чувство, пришедшее ко мне несколько минут назад, так и не отступало, наоборот, казалось, оно ещё сильнее проникло внутрь, быстро заполняя всю мою душу тревогой и каким-то непонятным смятением. Внезапный страх настолько сильно парализовал мозг, что я едва удержалась от громкого панического вскрика.

Я боялась.

Я боялась как никогда раньше, ибо теперь мой страх касался того, что я с таким трудом обрела в своей жизни, того, кого я так сильно боялась потерять.

Блейк.

Его милая мальчишеская улыбка, его нежный, такой глубокий взгляд, его всегда уверенные чёткие действия - всё это стало для меня дороже собственной жизни. Так почему же сейчас, когда я всё это имею, я невольно начинаю думать о потере? Откуда взялся страх крушения надежд и одинокого несчастного будущего? Почему я так боюсь увидеть его

улыбку ВПОСЛЕДНИЙ РАЗ?

"Нет!
– Я встряхнула головой, отгоняя от себя столь ужасные мысли.
– У нас с Блейком всё получится, ведь я люблю его"

Резко вздрогнув всем телом, я испуганно оглянулась назад на тихий шорох за спиной, но тут же на смену лёгком испугу, пришла необъятная радость, и крылатое счастье вновь заполнило всё моё существо.

– Испугалась?
– Нежным голосом спросил Блейк, приседая рядом со мной на корточки.

– Немного.
– Призналась я, с неподдельной грустью отмечая то, что на этот раз он вовсе не спешит ко мне притронуться.
– Ну что, едем домой?
– Как можно веселее спросила я.

Услышав его тяжёлый вздох, сердце, словно почуяв неладное, мгновенно ускорило свой ритм.

– Да. Поедем.
– Тихо ответил мужчина, продолжая смотреть вдаль океана. По его напряжённому лицу, я окончательно поняла, что сегодняшняя ночь закончится совсем не так, как планировалось ранее.
– Я должен уехать на пару дней.
– Прямо сказал он.

Стараясь ничем не выдать вконец испорченного настояния, я, так же как и он, принялась рассматривать бурлящие тёмные волны океана.

– Будешь ждать?
– Словно без всякого интереса спросил мужчина, слабо усмехнувшись.

– Конечно.
– Тихо отозвалась я, опуская грустные глаза.
– Это работа?

С минуту Блейк хранил молчание, затем тихим, будто обреченным тоном ответил:

– Да. И очень срочная.
– Поднявшись на ноги, он протянул мне свою большую тёплую ладонь.
– Пойдём. Нужно спешить.

Чуть ли не добежав до дороги, мы быстро сели в просторную кабину лексера.

Начать разговор у меня почему-то не хватало сил. Блейк тоже молчал, сохраняя на лице маску спокойной безмятежности. Однако мне вовсе не нужно было смотреть в его лицо, чтобы понять, что что-то случилось.

Прохладный ветерок необъяснимой тревоги вновь коснулся моёй незащищенной души. На этот раз, я больше не пыталась проигнорировать это чувство. Прислонив лоб к прохладному боковому стеклу, я без особого интереса начала разглядывать проезжавшую местность.

Через довольно короткий промежуток времени, мы очутились перед огромным двухэтажным особняком.

Выйдя первым из машины, Блейк любезно открыл мне дверцу. Холодно приняв его протянутую ладонь, я резко оказалась в его крепких объятиях.

– Прости меня за то, что всё так вышло.
– Услышала я его едва сдавливаемый голос.
– Я прошу тебя, не надо так грустить.

– Я понимаю, - печально улыбнувшись, тихо произнесла я, - ведь я и сама когда-то работала на такой же работе. Правда тогда я совсем не видела себя со стороны и не понимала, что всё это выглядит настолько... грустно.

Он нежно улыбнулся и, приподняв мой подбородок, настойчиво заглянул в мои печальные глаза.

– Это из-за одиночества. Раньше тебе было всё равно, но теперь ведь всё по-другому, верно?
– Озорно подмигнув, спросил он.