Альфа волк

Эта книга посвящается всем читателям, которые считают, что это нормально — находить психопатов привлекательными.

Это НЕ нормально, что вы фанатеете от горячих, потных мужчин, которые кого-то душат.

Определенно, определенно НЕЛЬЗЯ закусывать губу, читая о том, как сумасшедший парень без рубашки с выточенным, как из камня, прессом наносит удары. Быть порезанным — это ВСЕГДА не нормально.

Также НЕЛЬЗЯ рационализировать мысли парней в этой книге, потому что

у них темное и извращенное прошлое, даже если их маленькая грустная предыстория вызывает у вас слезы на глазах — особенно тогда!

Если вы одна из таких не в себе книжных шлюх, пожалуйста, присоединяйтесь к безопасному пространству в нашей читательской группе на Facebook, где полно таких же, как вы:)

Перед вами карта тюрьмы Даркмор.

Ваши права были аннулированы, решение о вашем наказании принято, а срок заключения вот-вот начнется. Сражайтесь за свое место, как фейри, или умрите и будете забыты. Это ваш единственный шанс на искупление. Да пребудут с вами звезды.

Итан

Я был заперт в своей камере, в груди у меня клокотало, а в ушах звенело. Я чувствовал боль Розали, меня охватила агония потери, вероятность того, что она умрет. Если Белориан добрался до нее, это была моя вина. Я послал его туда. Но также быстро, как все началось, боль утихла, и я почувствовал, что связь с ней все еще пульсирует в моих венах. Где бы она ни была, она была жива. И сегодня я должен был поблагодарить звезды за эту маленькую милость.

Я повесил простыню на решетку и прошелся по камере. Никто не мог меня видеть. А значит, никто не мог увидеть и ключ от наручников в моей руке. Я вытащил его из кармана одного из самых известных воров в Солярии, пока он поднимался по лестнице рядом со мной. Я почти поддался искушению воспользоваться им, вырваться из этого блока и разыскать свою пару. Но мне удалось сохранить хоть немного здравомыслия. Охранники сегодня были повсюду. Только в моем блоке их была тьма. Магия это или нет, но я не успел бы пройти и двух шагов от своей камеры, как они бы меня обезоружили.

Блять. И что теперь? Как мне справиться с бушующим внутри меня ураганом? Мне нужна была отдушина. Мне нужно было с кем-то или с чем-то сразиться. Нет…

Я перестал вышагивать, в голове мелькнула мысль. Мне нужно было увидеть Розали. Я должен был обнять ее и целовать до тех пор, пока она не перестанет дышать. Невозможность своими глазами увидеть, что с ней все в порядке, доводила меня до безумия. А учитывая хаос, царящий в коридорах, никто не станет проверять мою камеру в ближайшее время. По крайней мере, я надеялся, что нет.

К черту.

Я поспешил к задней стене, разблокировал свою магию и наложил заглушающий пузырь, а затем создал инструменты изо льда, чтобы вырезать кирпичи.

Один за другим они освобождались, и я аккуратно складывал их в кучу, а мое сердце билось не в такт. Я понимал, что делаю это не лучшим образом, но мой разум был зациклен на ней. Моя девочка. Мой враг. Моя пара. Не имела значения вся ненависть, которая жила между нашими людьми, ничто в этом мире не могло помешать мне быть с ней сегодня ночью.

Когда наконец образовалась достаточно большая дыра, чтобы пролезть в нее, я осторожно наложил за спиной заклинание иллюзии, отчего стена стала казаться целой, а на кровати образовался комок в форме тела, способный на первый взгляд обмануть охранника. Но тот, кто присмотрится, быстро разберется, что к чему.

В Даркморе сейчас царил такой хаос, что мне оставалось только молиться звездам, чтобы у меня появился шанс. Я двигался по пространству за камерами, считая блоки, приближаясь к девушке, по которой так страдал. Я давно наблюдал за ней и точно знал, в какой камере она находится. Я так и представлял ее там, лежащей на койке, то, как она, наверное, нахмурится, потому что я пришел без приглашения, но потом сдастся, поняв, что сегодня я не буду переходить в наступление. Мне просто нужно было заключить ее в объятия и почувствовать, как ее сердце бьется напротив моего. Во имя солнца, что со мной происходит?

Я бы попытался бороться с этим чувством в обычном состоянии, но сейчас мне не давала покоя парная связь, словно сама Луна поощряла мои действия. Мне нужно было ощутить ее вес в своих объятиях, ее мягкие губы на моих, ее пульсирующую киску вокруг моего… ладно, идиот, давай не будем увлекаться.

Наконец я добрался до ее камеры и прижался ухом к стене. Из ее камеры доносились крики, но я не мог понять, кто это — охранники или сокамерники, поэтому наложил усиливающее заклинание, чтобы лучше слышать. Затем я закрыл глаза, сосредоточился и узнал Планжера, поющего «Цвета радуги»1, как будто это не было жутко, как дерьмо. Кроме этого, я не услышал поблизости ни одного охранника, отдающего приказы. И этого должно было быть достаточно.

Я представил, как она сидит там и жаждет, чтобы сильный Волк пришел и поцеловал ее одинокие губы.

Шэдоубрук спешит на помощь.

Взяв в руку острую ледяную кирку, я отколол один из кирпичей от стены, чтобы заглянуть в ее камеру. Сердце сжалось в груди, когда я обнаружил, что пространство пустое, а кислород перестал поступать в мои легкие.

— Розали? — шипел я на случай, если она находится в одном из моих слепых зон у стены. Но ответа не последовало. — Любимая? — прорычал я, страх начал клокотать в моей груди.

— Шэдоубрук? — Голос Роари доносился из вентиляционного отверстия справа от меня, в его тоне слышался гнев. — Ты кусок дерьма. Я переломаю тебе ноги за то, что ты украл этот ключ.

— Где Розали? — прорычал я, игнорируя его угрозу. Если бы Роари хотел сразиться со мной фейри на фейри, я бы с радостью принял вызов, но сейчас меня волновало только одно — найти свою пару.

Наступила напряженная пауза, затем Роари наконец ответил.

— Я слышал, что она в яме, — пробормотал он. — Пара охранников только что обсуждала это в нашем блоке.