Альфа. Омега...и...
Шрифт:
– Да, отец.
– Тогда иди и подумай, что и как ты делаешь, и что из всего этого правильно, а что уже не актуально. Сам ведь видишь, ты не пуп земли и Кристофер разрешает себя касаться тому, кто ему интересен. И будет это делать тогда, когда будет сам этого хотеть.
Сын лишь кивнул в ответ и двинулся мимо них, таких строгих родных и не уступающих ему из-за того, что он их ребенок.
Пока все словесные разборы полетов производились, Кристофер и его партнер уже добрались до комнаты, которую тот снимал. Одежда, что сохраняла тепло на морозе, была снята и брошена на пол. Самец неистово целовал Кристофера, обнимал его и прижимая к двери ласкал рукой тело, бедра, живот. На ласки отвечали постанывая,
Альфа дернулся, но тут же впился сильнее в губы, рукой обхватив его возбужденную плоть. В ответ тело выгнулось подаваясь вперед, во рту проявились клыки, он глухо зарычал. Напор тут же сбавил обороты, и рука исчезла. Самец, извиняясь, что перегнул палку с доминированием, принялся заласкивать его тело обеими руками, облизывал его губы, заглядывал в глаза извиняясь своим зверем, который допустил, что может прихватить таури за холку.
Кристофер стрельнул на него сердитым взглядом, схватил за руки и мгновенно переместился так, что альфа врезался в стену, у которой так смело подпер омегу. На ухо, шипя, проговорили:
– Я тебя возьму. Если ты против, то ты вылетаешь. Понятно?
Альфа замер. Он рассердил его, сильно причем. Взгляд у омеги был злой, его зверь рычал, скаля пасть. Перегнув палку, получил в ответ вот это. Отрезвляющее предложение. И надо бы подумать, но свой собственный зверь, услышав, что его прогонят, примирительно подполз к таури и подставил свою шею под его милость. Альфа кивнул в знак согласия.
Кристофер улыбнулся ядовито и потянул его к кровати. Заставил раздеться, сам разделся и достал все необходимое в тумбочке, куда партнер указал. Несколько минут подготовки, игнорируя его зажатость, распаляясь от новой для себя позиции, Крис впервые в жизни вошел в тело партнера.
Выдохнув вместе с альфой, замерев, ощущая дрожь под собой, он уперся рукой в кровать и наклонившись шепнул в ухо:
– Я не разрешал хватать своего зверя за холку. Это может делать только моя пара. Ты сейчас лишь претендент. Понял?
– Кристофер, прости, забылся.
– Выдохнул альфа, ощущая в себе легкий толчок.
– Я подумаю об этом.
Я вернулся от этого самоуверенного самца в диком возбуждении. Благо Аравеля и Клауса еще не было. Юркнув в ванную, быстро набрал воду и вспенив душистую пену окунулся в нее с головой.
Что я творил? Я, омега, и взял альфу!!! И он мне позволил!
Не отрицаю что разозлился, тем более что уже предупреждал его за хватки за холку. Мой зверь играется с его кошаком, но дыбит шерсть от любого касания своей холки. Еще повезло, что я его драть не начал. Вот был бы какой конфуз - ушел ради секса, а получилась драка.
Смыв лицо, замер с глупой улыбкой. Мне понравилось быть сверху и управлять телом этого самца. Он, будучи одного роста со мной, немного шире в плечах и физически сильнее, стал просто подарком для моего эго. Я управлял его удовольствием, заставлял извиваться под собой…с Тайнаром таких мыслей у меня не возникало. С ним я всегда хочу принадлежать, а не управлять. Это такие далекие и разные вещи, что между собой не совместимы.
Улыбаясь, словно идиот, помылся и вылез из ванной. Вытерся, к слову тут нет оборудования сушки, а используют старое доброе полотенце, и двинулся в халате, теплом и пушистом, в сторону своей спальни. Аравель и Клаус прибыли в номер поздно вечером, когда я уже задремал и не слышал, как в мою комнату дверь открывали и проверяли мое наличие внутри.
А на утро прибыл Олег. И опять были игры, прогулки, красивые ухаживания и незримая тень за спиной. И это так и подмывало к играм и заигрываниям. Правда, с этим самцом я не хотел целоваться, даже слегка расстояние держал. Было
Аравель временами хмурится и тогда тень отстает. Пару раз Клаус отставал от нашей компании, а когда приходил глаза озорством горели, а Аравель тихонько хихикал от его крайне тихого шепота на ухо. Мне до жути любопытно, но я стойко делаю вид, что ничего такого не происходит и мне не интересно.
Дальше по нашей программе были катания на санях. Выбрали одно из мест спуска, взяли ледянки и вспомнив детство, окунулись в веселье. Весь день провели на воздухе, после чего меня пригласили погулять без сопровождения. Дал согласие, и мы пошли вдоль жилых корпусов.
Олег был прекрасным собеседником, умело выводил темы и интересно их представлял. Мы гуляли долго, потом просто стояли в одной из беседок, после чего меня галантно проводили до номера и удалились. На следующий день прибыл еще один из претендентов, и мы отправились на горную дорогу. Я таких видов никогда не видел и с раскрытым ртом созерцал пейзажи.
Мой компаньон был рядом, даже обнимал немного. Ему я позволил себя поцеловать, когда мы вернулись. Спиной ощущая "его" присутствие, хулиганя и дразня, показывая, что не единственный и самцов вокруг много, в тайне надеялся, что палку не перегну. Все же Тайнар гордец, и мало ли ему что в голову взбредет. Я же, хоть и злюсь, но хочу его. Он много чего сделал, много чем обидел, но глупое сердце, оно просто не принимает никого и хочет именно этого стервозного гордеца. Еще бы он также меня хотел, и страдал по-настоящему, чтобы сердце болело и душа из-за разлуки плакала. Боюсь, что плачу только я, а все эти видимые развлечения и вся гонка лишь его азарт хищника бередят, а никак не истинное желание меня вернуть. Навыдумывал себе, расставил неизвестные акценты к неизвестным переменным, а на самом деле все совсем не так. И от этого страшно. Боюсь, что не нужен я ему, именно я, а не инкубатор. И поэтому пытаюсь задеть и посмотреть на реакцию, хоть что-то почувствовать отголосками от него, хоть немного получить уверенности в том, что нужен все же я, а не просто статус и реестр графы отцовства.
Я так боюсь ошибиться. Мне так страшно, что все, что он делает сейчас, это просто отголосок его гордыни. Страшно принять его, простить еще раз, а в итоге мне опять ткнут в угол, в котором я должен буду сидеть тихо и не рыпаться, пока самец будет наслаждаться своей свободой. Я боюсь этого. Не настолько я силен, чтобы вновь подняться. Особенно после того, как осознал, что люблю его сильно. Вновь испытать его неверность и плакать от знания, что не я единственный…не хочу так, поэтому и испытываю его нервы, дабы убедиться, что он реально хочет вернуть меня не из-за своего эгоизма и ревности, а из-за хоть малюсенькой частички любви. Я не говорю уже о полноправном чувстве, хотя бы о симпатии.
С претендентом я расстался на пороге корпуса. Не позволил как Олегу до комнаты проводить. На мой запрет только улыбнулись и галантно удалились. Я вошел в холл и замер. Тайнар. Стоит и смотрит на меня. Взгляд не могу определить, что выражает, но уж точно не спокойствие. У него такой взгляд бывал, когда мы ссориться начинали. Вернее, когда он на меня орать начинал за просто так.
Весь день, еще с того раза, как увидел его и того альфу, Тайнар провел на нервах. Они уехали кататься, а он остался тут. Вчера отец пригрозил, чтобы он отдалился и не нервировал родителя. Аравель ощущал его запах и порывался начистить ему холку. Пришлось отступить.