Алхимик

Харнесс Чарльз

Патрик нахмурился. — Даже не знаю. Дьюк — это слишком высокая башня из слоновой кости, на мой вкус. Они работают в этой области уже тридцать лет и ни разу не заработали на ней ни цента.

— Ладно, — сказал Бликер, — попробуем школу с более реалистичным подходом.

— А как насчет университета Трансильвании? — язвительно спросил Бонд.

— Вот именно, — сказал Бликер. — И это даст нам объективную внешнюю точку зрения.

— Кроме того, — сказал Цельс, — мы должны создать проект по «пси-контролю» демона Максвелла для наших термодинамических исследований.

— Для этого, — устало

сказал Бонд, — Техасский христианский университет.

Бликер расцвел на него улыбкой. — Вот именно! Он изучал свои записи. — Консультанты. У нас должна быть пара первоклассных людей.

— Нам нужен хороший астролог, — сказал Цельс.

— Прекрасно. Найдите несколько имен. Я пройдусь по ним вместе с вами. Еще кто-нибудь?

— Я переписывался с одним человеком в Тринидаде... жрец.

— Это вуду!— прошипел Пфенниг. — И там это запрещено законом.

— Правительство Тринидада полностью поддерживает свою новую химическую промышленность, — спокойно сказал Бликер. — Я уверен, что они помогут нам организовать встречу с настоящим химическим консультантом, таким как друг Пьера.

— Нам также понадобится компьютерный эксперт, — сказал Цельс, — по крайней мере, один, для программирования наших машинных переводчиков.

— Для чего? — потребовал Кобер.

— Это для заклинаний наших иностранных лицензиатов, — объяснил Цельс. — Например, английский язык не будет работать на заводе Народной Республики в Чежло, и я не знаю, можно ли доверять переводчику.

— Согласен, — сказал Бликер. — Один компьютерщик. Теперь нам понадобится товарный знак для силамина. Есть идеи?

— «Псиламин», — сказал Патрик, произнося «п».

— Патентное бюро зарегистрирует это? — потребовал Бликер. — Разве это не дескриптивное описание?

— Поверит ли патентное бюро, что это сделано с помощью «пси»? — возразил Патрик. — Полагаю, что нет. Очень хорошо, тогда это «Псиламин».

Патрик продолжил: — В новую группу должен войти сотрудник охраны коммерческой тайны, который будет работать над изобретениями «пси» в контакте с моим собственным отделом. Он мог бы снять с нас довольно большой груз.

Бликер тупо посмотрел на Патрика. Было непонятно, почему Патрик рекомендовал уменьшить функции патентного ведомства «Хоуп» в пользу конкурирующей группы. Однако, когда Патрик продолжил, Бликер расслабился.

— Маргарита Френч — очевидный кандидат на эту должность, — сказал Патрик. — И, конечно, мне понадобится еще один человек в моей группе, чтобы работать с ней, кроме другого адвоката, чтобы заменить ее.

— Вполне разумно, — сказал Бликер. — «По крайней мере», — подумал он, — «это соответствует образцу». Всякий раз, когда мы выясняем, как устранить одного человека, мы обнаруживаем, что нам нужно еще два, чтобы заменить его. Он вздохнул. — Все это будет стоить кучу денег. Так что давайте начнем зарабатывать эти деньги. Кон, если вы сделаете пару исполнительных копий, я думаю, мы сможем подписать этот контракт с Народной Республикой.

* * *

Так был построен первый в мире коммерческий завод по производству силамина. В тот день, когда он начал работать, товарищ Сасанов запустил завод Народной Республике

в сложной церемонии, с разрезанием ленты, поворотом клапана и Пьером Цельсом, стоящим рядом с машинным переводчиком, ожидающим сигнала, чтобы начать заклинание перфоленты.

Три месяца спустя Пфенниг позвонил Бликеру. — Первый чек на авторский гонорар просрочен уже на неделю.

От этих слов у Бликера похолодело сердце, но голос его звучал уверенно и бодро. — Не беспокойтесь об этом, Генри. Я телеграфирую Сасанову.

Телеграммы, а их было, в конце концов — три, не принесли никакого ответа. Затем Бликер позвонил в канцелярию в Чежло. Он добрался до второго помощника секретаря. Товарищ Сасанов был недоступен.

— Тогда передайте Его Превосходительству сообщение, — сказал Бликер в ярости. — Мы собираемся закрыть ваш завод.

Через шесть тысяч миль он услышал вежливое мурлыканье: — Как забавно, мистер Бликер! Когда именно вы планируете закрыть наш завод?

Бликер лихорадочно соображал. Неужели он во что-то вляпался? И все же Цельс заверил его, что в случае необходимости он может закрыть завод. — В следующую пятницу, — проскрежетал он. — В полночь по времени Чежло. И он будет стоять, пока мы не получим этот чек. Скажите Сасанову.

Сквозь помехи послышался сдавленный смешок. — Непременно, мистер Бликер.

Уже вешая трубку, Бликер понял, что нарушил основное правило лидерства — принял эмоциональное решение. Хуже того, теперь ему придется обратиться к своим помощникам, чтобы они выручили его, а он не имел ни малейшего представления, как, и смогут ли они это сделать вообще.

Обычно Бликер знал, как далеко можно завести его людей — уговаривать, угрожать, умасливать и подталкивать.

Он знал их внутренние ресурсы, скрытые силы, скрытую изобретательность лучше, чем они сами.

Но «пси» был другим. Он знал, что у него нет «чувства», проницательности и понимания, которые, несомненно, вызвали бы необходимые командные усилия для решения проблемы Сасанова. Это все равно, что пытаться дирижировать лабораторным симфоническим оркестром в вечер Бетховена, когда он даже не умеет читать музыку.

Он с горечью посмотрел через всю комнату на модель силаминового завода, стоящую на его мебели. Модель была тщательно изготовлена в лаборатории технического обслуживания. Сначала она была представлена Совету Директоров, а затем, по специальной рекомендации президента «Хоуп», восседала в великолепии на возвышении на ежегодном собрании акционеров в Ричмонде.

За последние несколько месяцев Бликер десятки раз ловил себя на том, что грезит в направлении модели. Сцена его видений была разнообразна, но в основном это был бар Клуба Химиков в Нью-Йорке. Он сидел там за коктейлями с двумя старыми друзьями, директорами исследовательских компаний — конкурентами «Хоуп», наслаждаясь их нетерпеливыми, завистливыми расспросами о том, как ему удалось получить эту сказочную лицензию на производство силамина в Народной Республике. Он видел, как улыбается в плохо симулированном самоуничижении. — Нам это тоже кажется волшебством. Это все, что он им сказал. И теперь видение угасало. Если Сасанов откажется платить гонорары, Бликер никогда больше не посмеет показаться в клубе Химиков.