Алиби
Шрифт:
Но это было бы нечестно и непорядочно. Дэви была его старым, испытанным другом, к тому же Хэммонда уже тошнило от необходимости лгать и изворачиваться. Нет, обманывать он не будет, но ответить честно… Это тоже невозможно.
Сев на краешек дивана, Хэммонд свесил руки между расставленными коленями и посмотрел на Дэви снизу вверх.
– Господи, – сказала она, беря в руки бокал. – Неужто у тебя это так серьезно?
– Она – не новая подружка, – сказал Хэммонд, сделав над собой усилие. – Что касается того, насколько она особенная… Я просто не знаю. Пока не знаю.
– Вы слишком мало знакомы?
– Нет,
– Она что, замужем?
– Нет.
– Тогда в чем сложность?
– В чем?.. – Он немного подумал. – То, что между нами происходит, почти невозможно.
– Но почему? Я не понимаю!..
– Я не могу говорить об этом, Дэви. – Эти слова он произнес резче, чем намеревался, однако самый тон его голоса подсказал ей, насколько деликатную тему она затронула. Видимо, поэтому Дэви не стала настаивать.
– О'кей, Хэммонд. Если тебе понадобится помощь…
– Спасибо. – Он взял ее за руку и, сдвинув к локтю звякнувшие браслеты, прикоснулся губами к запястью. – Что меня выдало? – спросил Хэммонд, поднимая голову.
– То, как ты себя ведешь. Он выпустил ее руку.
– А как я себя веду?
– Так, словно ты стоишь в очереди на принудительную кастрацию и твой номер – следующий. – Вырвав руку, которую Хэммонд по-прежнему держал в своей, Дэви отошла к бару и смешала себе новый коктейль. – Когда вчера на похоронах я увидела тебя, я сразу догадалась, что с тобой что-то неладно. Твоя карьера находится на подъеме – я знаю это точно, поскольку я как-никак приложила к этому руку. Родители твои, слава богу, живы и здоровы, и, хотя ты с ними не очень ладишь, с этой стороны тоже как будто все нормально. Остается одно – у тебя проблемы личного характера…
– Откровенно говоря, меня здорово беспокоит, что ты так легко…
– Расслабься. Я уверена, что, кроме меня, этого никто не заметил. Ведь я знаю тебя, как никто, а симптомы… Симптомы мне хорошо знакомы. Когда я вижу человека в таком состоянии, я понимаю, что причина только одна – любовь…
Он слегка приподнял брови.
– Ты говоришь, что знаешь симптомы… Откуда? Ты никогда мне не рассказывала.
– Потому что у этой истории был плохой конец. Я более или менее пришла в себя только в то лето, когда мы с тобой встретились на свадьбе, помнишь?.. – Она саркастически хмыкнула. – Именно чужой свадьбы мне не хватало, чтобы окончательно успокоиться, должно быть, поэтому я вела себя как настоящая стерва. И именно поэтому в тот вечер мне был особенно необходим друг. Очень, очень близкий друг… – Она мягко улыбнулась. – Наше небольшое купание в бассейне помогло мне вернуть уверенность в себе. Хэммонд улыбнулся в ответ – Рад был помочь.
– Ты действительно очень мне помог, Хэммонд. Он неожиданно посерьезнел.
– Мне очень жаль, Дэви, но… Ведь я ни о чем не догадывался! Ты очень хорошо скрывала, что было у тебя на душе. Что же случилось?
– Что?.. – Она немного помолчала. – Банальная в общем-то история. Мы познакомились в университете. Его отец был священником. Можешь себе представить – я и сын какого-то святоши? Впрочем, он был настоящим джентльменом – умным, воспитанным, тонким… Он никогда не обращался со мной как со шлюхой, впрочем, с ним-то я вела себя по-другому, хотя тут ты можешь мне не поверить…
Она залпом допила коктейль
– Зато с остальными я не стеснялась. К тому времени, когда мы встретились, я переспала уже с половиной университетского городка. Не было такого землячества, где у меня не было бы любовника, а то и двух. Я даже крутила роман с одним из преподавателей, но об этом надо рассказывать отдельно. В общем, я вела веселую жизнь и ни о чем таком не задумывалась. Конечно, репутация у меня была соответствующая, но, как ни странно, он довольно долго оставался в блаженном неведении относительно меня. – Она вздохнула. – Это продолжалось до тех пор, пока кто-то из моих прежних приятелей не решил рассказать ему о моих похождениях. С их точки зрения, это была преотличная шутка, но для меня…
Дэви отошла к окну и встала там, глядя в сад сквозь приоткрытые жалюзи.
– Он был отличным студентом и даже получал стипендию от университета. Насколько я знаю, он почти никогда не участвовал в шумных вечеринках, предпочитая проводить время за учебниками, и, как ты сам понимаешь, это отнюдь не делало его всеобщим любимцем. Другие студенты часто дразнили его, и эта грязная шутка была их маленькой местью за собственную неполноценность. Словом, они рассказали ему все, не упустив ни одной омерзительной подробности. Где, с кем, как – это был полный отчет почти за два года моей жизни. Они даже разыскали фотографии с одной вечеринки, где я позволила себе оттянуться на полную катушку. Снимки не тянули даже на мягкое порно, но для него это, безусловно, был шок.
Когда он объявил мне, что ему все известно, и перечислил кое-какие факты, я пришла в отчаяние. Я умоляла его простить меня или по крайней мере попытаться понять. Я надеялась убедить его, что я изменилась – что это он изменил меня, – но он не захотел даже слушать…
Она чуть-чуть наклонилась вперед и уперлась лбом в прохладное стекло.
– Той же ночью, чтобы досадить мне, он переспал с другой девушкой из общаги. Она забеременела…
Дэви была так неподвижна, что даже золотые браслеты на руках не звякали.
– Я уже говорила, что его отец был священником. Он тоже был воспитан в духе религиозной морали, поэтому об аборте не могло быть и речи. Впрочем, ему это даже не пришло в голову. Он женился на этой девице. Наверное, это звучит странно, но именно тогда я любила его больше всего. Мне ужасно хотелось родить ему ребенка, но… это было невозможно. И самое обидное заключалось в том, что я понимала: во всем, что случилось, виновата только я сама.
Хэммонд молчал, желая удостовериться, что она закончила. Только когда Дэви пошевелилась и поднесла к губам бокал с коктейлем, он спросил:
– Ты знаешь, что с ним было потом?
– Да.
– Он все еще женат?
– Нет.
– И ты… виделась с ним?
Дэви резко обернулась и посмотрела на него.
– Да. Например, вчера, на похоронах Люта. Он сидел в одном из последних рядов рядом с этой… со Стефи Манделл.
Хэммонд даже не сразу понял, кого она имеет в виду, а когда понял, то не смог скрыть удивления.
– Ты имеешь в виду Смайлоу? Дэви невесело рассмеялась.
– Насколько мне известно, ты его недолюбливаешь. Но, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет. Хэммонд в волнении провел рукой по волосам.