Аллигент
Шрифт:
Мы подпрыгиваем вверх и вниз,когда Амар едет вдоль железнодорожных путей близко к бетонной стене справа от нас.
Я смотрю на Кристину в зеркало заднего вида. Ее правое колено быстро подпрыгивает.
Я все еще не знаю, чью память я сотру: Маркуса или Эвелин?
Обычно я бы попытался решить, что будет более самоотверженно, но в этой ситуации оба поступка кажутся эгоистичными.
Перезагрузка Маркуса будет означать удаление человека, которого я ненавижу и боюсь.
Это будет означать свободу от его влияния.
Перезагрузка
В любом случае, кто бы из родителей это ни был, лучше бы я в этом не участвовал. Но что поможет городу больше?
Я не знаю.
Я держу руки над вентиляционным отверстием, чтобы согреться, пока Амар продолжает вести машину, около железнодорожных путей и оставляя позади заброшенный вагон,отражающий свет фар в своих серебряных панелях, который мы видели по пути.
Мы подъезжаем к месту, где внешний мир заканчивается и начинается эксперимент, как резкий сдвиг, будто кто-то нарисовал линию на земле.
Амар едет по этой линии так, будто ее там нет. Для него, я думаю, она стерлась со временем, как он все больше и больше приспосабливался к новому миру. Для меня это будто уезжать прочь от правды к лжи,от взрослой жизни к детству. Я вижу землю, покрытую стеклами и металлом, превращающуюся в пестое поле. Снег падает не так сильно и я могу едва различать силуэт города впереди, здания кажутся на оттенок темнее, чем облака.
– Где мы можем найти Зика? спрашивает Амар.
– Зик и его мама присоединились к восстанию, - говорю я, - Так что, везде, где большие скопления людей, по моим лучшим предположениям.
– Люди из комнаты контроля сказали, что большинство из низ находятся к резиденции к северу от реки, недалеко от Хэнкок-билдинг, - говорит Амар, - Чувствуешь себя, будто будешь застегивать молнию?
– Абсолютно нет, - говорю я и Амар смеется.
Дорога к зданию занимает еще один час. Только когда я вижу Хэнкок-билдинг близко к нам, я начинаю нервничать.
– Эм..Амар?
– говорит Кристина сзади.
– Я ненавижу говорить об этом, но нам нужно остановиться. И...знаешь...пописить..
– Прямо сейчас?-говорит Амар.
– Да. Это приходит неожиданно.
Он вздыхает, но сворачивает с дороги.
– А вы остаетесь здесь и не подглядывайте!
– говорит Кристина, выходя из грузовика Я наблюдаю за ее силуэтом, движущимся за грузовик, и жду. Все, что я чувствую, когда она режет шины это маленький толчок в двигателе. Настолько маленький,что я уверен,что только я заметил его, потому что я ждал его. Когда Кристина возвращается, отряхивая снежинки с куртки, она слегка улыбается.
Иногда все, что нужно сделать, чтобы спасти человека от ужасной судьбы это лишь один человек, готовый что-то сделать для этого.
Даже если это "что-то" - ложная остановка
Амар едет еще несколько минут до того момента, когда что-либо начинает происходить.
Потом грузовик начинает трястись и подпрыгивать, будто мы едем по кочкам.
– Черт!
– говорит Амар, зло смотря на спидометр, - поверить не могу!
– Шины?
– говорю я
– Да, - он вздыхает, и спускает на тормоза, машина катится, сбавляя темп, к обочине дороги.
– Пойду проверю, - говорю я. Я спрыгиваю с пассажирского сидения и обхожу грузовик сзади. Задние шины полностью спущены, порезанные ножом, который Кристина взяла с собой. Я смотрю через задние окна, чтобы убедиться в том, что есть только одна запасное колесо, а затем возвращаюсь к открытой двери чтобы рассказать новости.
– Оба задних колеса сдуты и у нас есть только одно запасное.Поэтому мы бросим грузовик тут и найдем новый.
– Черт! Амар хлопает по рулю.
– У нас нет на это времени. Мы должны убедиться в том, что Зик, его мама и семья Кристины будут привиты до того как сыворотка памяти будет приведена в действие, иначе они будут бесполезны.
– Успокойся, говорю я. Я знаю где можно найти другую машину. Почему бы вам ребята не пойти пешком а я отправлюсь на поиски чего-нибудь, на чем можно ехать.
Амар расцветает.
– Хорошая идея.
Прежде чем отойти от грузовика я хочу убедиться, что в моем пистолете есть пули, хотя я даже не уверен понадобиться ли он мне. Все вылазиют из грузовика, холод вызывает у Амара дрожь и он подпрыгивает на носочках.
Я проверяю часы.
– К какому часу вы должны привить их?
– Согласно графику Джорджа, у нас есть час до того как они перезапустят город, говорит Амар, тоже проверяя свои часы, чтобы быть уверенным.
– Если ты хочешь, чтобы мы избавили Зика и его маму от горя и позволили им все забыть я не буду тебя винить. Я сделаю это, если я нужен тебе для этого.
Я качаю головой.
– Не делай этого. Они не будут страдать, но это будет не по-настоящему.
– Как я всегда говорил, говорит Амар, улыбаясь, однажды Стиф, всегда Стиф.
– Можешь ......не говорить им, что произошло? До тех пор пока я приду, говорю я.
–
Просто сделай им прививку. Я хочу сам им все расказать Улыбка Амара слегка меркнет.
– Конечно.
Непременно.
Мои ботинки почти насквозь промокли от того что я проверял шины и ноги побаливают, когда соприкасаются снова с холодной землей. Я собираюсь уже идти прочь от грузовика когда Питер заговорил.
– Я иду с тобой, говорит он.
– Что? Почему? Я сердито смотрю на него.
– Тебе возможно понадобиться помощь в поиске грузовика, говорит он. Это большой город.
Я взглянул на Амара, он пожал плечами.
– Он дело говорит.
Питер наклоняется ближе и говорит тихо, чтобы только я мог его слышать.