Аллитерация лиц
Шрифт:
27.04.16
Амфора (Андокиду)
бесформенный комок
сырой ленивой
глины
глумливо оползал по верстаку,
но вот вращением
настойчивым разбужен –
уже с головокружением
вкушает высоту,
в объятиях ладоней
уверенных и властных
лоснятся блеском горлышко
и стан,
дыханья шелест
впитывает ласку…
и амфора открыла
страстные
уста!
29.04.16
Узоры (П.
замело миражами
дали,
не видать впереди
ни зги,
и глаза отбиваться
устали
от назойливой
мелюзги,
лилипуты, пигмеи
и карлы
обступили со всех
сторон,
как посланники Божьей
кары
замелькали крылья
ворон,
измельчали долины
и горы,
обмелели реки
до дна,
расплываются жизни
узоры,
и земля уже не
видна…
06.05.16
Пророчества (Нострадамусу)
за мигом минули секунды,
над ними – нимбами минуты и часы,
и дни, недели, месяцы подспудно
годами трон готовят для эпохи тьмы,
когда уже не разберешь ни буквы
на пожранных пожаром тиражах
пророчеств монотонных, нудных
как пепел, как угар, как прах…
напалм прочтет от корки и до корки
все фолианты, манускрипты и стихи,
вместо рецензии – исчадием прогорклым
наполнит шар безжизненной земли…
08.05.16
Зловещие планы (подмастерью Лудде)
станки стучат без остановки…
и кто изобрел эти адские
тяги?
Ведь наши руки не менее ловки…
а вас покарают потом
передряги…
нет равной замены ручному труду,
если речь о ремеслах,
искусстве,
лишь тупо вслепую копать руду
умеет груда железных
мускулов,
нет равной замены живой душе –
«шестерки» машин так
коварны –
на службе у вас, но себе на уме –
они под шумок, под скрип в шатуне
уже намечают зловещие
планы…
10.05.16
Зеленые глаза (Е. Мельниковой)
заменят память
мемуары –
если забудешь – не беда –
в груди почувствуешь
удары,
и оживут опять слова,
когда-то сказанные, может,
даже не вслух, а про себя,
мурашки побегут
по коже,
и дрогнет голоса струна,
все – между строк,
все – мимо цели,
все, что ни скажешь –
пустота
в сравненьи с тем, чего
хотели
твои зеленые
глаза!
12.05.16
Всевышнего игла (Артемиде)
прямая
как нацменьшинство,
как изгой,
извивы и спирали так и бродят,
как дрожжи,
собираясь в рой,
и дружно кружат, формируя
причудливые лабиринты
берегов,
в которых пенится, гарцуя
течение узоров
и узлов,
овалы и изгибы, сопрягаясь,
склоняются под тяжестью
росы,
они кивают, словно каясь,
с прямой стеной соприкасаясь,
в том, что пока не доросли
до вектора отвесной вертикали,
от горизонта во главе угла…
да, полноте – не этого искали
глаза на щедром гобелене дали,
а вышивку затейливых регалий,
что дарит нам всевышнего
игла!
16.05.16
Город Молога (И. Воронковой)
сомкнулись над куполом
волны,
лишь крест вознесенным
перстом
еще продолжает невольно
служить кораблям
маяком,
а там, под водою – причастье
идет и идет, как
во сне,
и рыбы, наверно, отчасти
уже не живут во
грехе,
иконы упрямо ликуют,
их лики мерцают
во мгле,
густые холодные струи,
как тени скользят
по стене,
не вхожи уже прихожане –
Молога лежит под водой…
но, может, еще и восстанет?
И схлынет вода с этих зданий?
И люди вернутся
домой?
17.05.16
Теплота и мягкость (Маме)
на камне высечены даты,
как символ жизни –
от и до,
приобретения, утраты,
и униженья, и награды,
и смех, и слезы –
все-все-все…
все так и есть, вот только… только
гораздо шире, глубже
и светлей
то, что не выразить словами толком…
улыбка, голос ласковый, негромкий…
и теплота… и мягкость
ангельских
очей…
20.05.16
Вопросы (Икару)
разъяты связи…
интервал
между размахом крыльев
больше, больше…
Икар, как тень в волну
упал,
и к голым скалам был
отброшен…
Эллада не дождалась
беглеца,
но и Минос остался
«с носом»!
Икар, хоть и погиб,
не потерял
лица
ни в холоде, ни там,
где горячо –
какие могут быть еще
к нему вопросы?
26.05.16
Лица (М. Воейковой)
из буквы – слог…
за ним – другой…
в избу уже готов вселится
любой, кто на ветру продрог,
любой, кто заблудился на странице…
растопит печь – и дым – трубой,
и сажа черная клубится…
дальнейшее, как будто бы весной –
произойдет само-собой –
оттают ото льда,
и оживут, и прояснятся
лица…
27.05.16