Алмаз
Шрифт:
Сориентироваться в многочисленных однообразных серых коридорах оказалось ничуть не проще, чем в здании того дорого отеля. И спросить направление было не у кого: все люди оказались запертыми в своих офисах, а те, что попадались, были заняты телефонными звонками и лишь махали рукой в разные стороны на мой вопрос: «Где найти студию?»
Спустя три этажа, двух скупых на слова мужчин и одной стервозной женщины я добралась до победного финиша. На двери висела табличка с красной надписью: «Тихо. Идет запись». Последовала требованию и заявила о своем
О боже, опять они! Только бы не стали постоянными клиентами! Хотя с другой стороны, если они будут оставлять мне щедрые чаевые, то я готова и потерпеть.
— О, пицца, — радостно произнес парень. — Только не шуми, — отступил в сторону, освобождая проход. — Парни уже заканчивают.
Так я попала в царство звукозаписи.
Пара техников сидела за огромной установкой, похожей на диджейский пульт, и что-то там регулировала, жестами общаясь с музыкантами по ту сторону стекла, что разделяло их. Играющих узнала сразу: рыжий сидел за ударной установкой, длинноволосый — за клавишными, у блондина и брюнета было по гитаре, последний еще и пел в микрофон. Когда последние аккорды стихли, он поднял голову и посмотрел так, будто ждал именно меня.
Я не осталась незамеченной остальными парнями, и из динамиков вместо музыки грянули довольные возгласы:
— Ура, пицца!
— Наконец еда!
Для суперзвезд, эти типы слишком голодные. Может, они стали популярными совсем недавно?
Брюнет продолжал глазеть на меня, пока его друзья устраивались вокруг кофейного столика, рассаживаясь на большой кожаный диван.
— Ты все-таки преследуешь меня, — улыбнулась парню, когда он последним вышел из студии. Сама не знаю, что заставило меня это сделать.
— Я просто проголодался, — бесхитростно улыбнулся. — Это преступление?
— Ну, тогда с тебя снова полторы, — протянула руку за платой.
— И на чай, — добавил он.
— Разумеется, — уже предвкушала свои немалые чаевые.
— Я накину еще, — его рука, с зажатой между пальцев купюрой, зависла в воздухе, — если ты, наконец, назовешь свое имя.
Вот хитрец!
Подумала, что не будет ничего страшного, если парень узнает, как меня зовут: немного подзаработаю и смогу пораньше закончить сезонную работу, позволив себе передышку перед новым учебным годом.
— Маргарита, — произнесла так, будто относилась к особам королевской крови.
Парень выглядел довольным, что получил желаемое. Так он игрок?
— Как королева, — задумчиво произнес он.
— Прости, что? — показалось, что я не расслышала всей фразы, упустив важную часть.
— У Дюма есть роман «Королева Марго», — пояснил, и я почувствовала себя необразованной тупицей. И что я должна на такое ответить? Это был такой комплимент? Мне, наверное, не понять, как устроен мозг творческих людей. — Маргарита, — смаковал парень имя, — не окажете
Приглашение было заманчивым: день уже перевалил за двенадцать, и я так ничего не успела перехватить из-за работы.
— Обычно заказчики не приглашают меня присоединиться к их обеду, — для приличия решила немного поупираться.
— Значит, станем друзьями, — парень повернулся к остальным и одного за другим начал представлять музыкантов, — эта двухметровая дылда — Улерих, — я не удержалась и хихикнула, а он отсалютовал мне. Брюнет продолжал: — Парень с рыжей растительностью — Флин, а копна нестриженых волос — Мартин.
— Боже, у вас есть нормальные имена? — ужаснулась. — Или правда вас мамы так назвали?
Брюнет снова прошелся по ребятам, указывая на каждого рукой, и на этот раз озвучил их человеческие имена:
— Артем, Дима и Иван, — указал на двух незнакомых парней, — а это звуковики — Кирилл и Антон.
Я подняла руку в приветствии и по-детски помахала им ладошкой.
— Привет, марсиане, я обычная землянка с заурядным для нашего вида именем «Маргарита».
— Отстой! — фыркнул Флин/Дима.
— Да, надо придумать тебе другое имя, — согласился Ульрих/Артем.
— Меня вполне устраивает мое отстойное имя, — обиделась за такое пренебрежение. Имя мне дал отец, и я никогда и не мыслила о другом. Более звучном или подходящем под мой характер или внешность. — Сами вы…. — теперь парни со своими нелепыми «рокерскими» прозвищами казались забавными и безобидными, но я не стала договаривать фразу и рискнуть нарваться на неприятности.
А еще я была голодной!
Музыканты расселись, освобождая нам с брюнетом место на диване.
— Слушай, — сообразила, втиснувшись между рыжим и патлатым, — ты так и не сказал, как зовут тебя, — взглянула на парня. — Прости, но я не могу называть тебя «Кит». У меня сразу возникают ассоциации с холодной и скользкой рыбой, хотя я и знаю, что киты не относятся к этому виду.
— Я Костя, — и снова улыбка.
Боже, да что он все время улыбается? Слабоумный?
— Другое дело, Костя, — похвалила как тех самых с ограниченными умственными способностями. — Так и чувствую, как на душе теплеет.
— Это от пиццы, — с набитым ртом заявил Флин, и вся компания разразилась громким смехом.
Некоторое время я ела молча, наблюдая за общением парней и привыкая к обстановке и к ним самим.
— Так почему ты не любишь музыку? — как бы невзначай бросил Костя.
Тщательно пережевала, тянув время, прежде чем ответить.
— Я такого не говорила, — возразила, предвкушая занимательную словесную игу с брюнетом. Надеюсь, он не разочарует меня банальностями.
— Наверное, я что-то неправильно понял, — с задумчивым взглядом потер рукой подбородок, делая вид, что освежает в памяти мои недавние слова. — Или ты не любишь только людей, которые исполняют музыку?