Альсара
Шрифт:
В глубине бункера некуда было деться. Там был тупик, и как понимала Азия, их было явно не много.
— Подождите меня здесь, если я не вернусь, палите туда со всего оружия. Это ключ к победе. — Азия оставила своё сопровождение и охрану позади, сама продолжая продвигаться вглубь.
Девочка и не ждала нападения и не готовилась защищаться. Наоборот, быть сейчас беззащитной так щекотало её нервы. Сильная рука просто неоткуда схватила её прежде, чем девочка получила обухом по голове. Но её не стали добивать.
— Скажи, зачем пришла, — говорил незнакомый голос в почти кромешной темноте.
Несмотря
— Ты очень умно поступил Шарон, что стал со мной разговаривать.
— Я ненавижу тебя, Азия. — Сказал Шарон. Явно не в тональности ненависти. А как детский отказ дружить. Азия просто чувствовала его нежелание делать то, чего она сейчас попросит.
— Бункер заминирован, и если я не вернусь, вы просто погибнете бессмысленно. — Угрожала Азия, — я понимаю, что всё равно нет никакого смыла меня отпускать. Ну что же, возьмите меня в плен и капитулируйте. В этой битве капитуляция допустима.
— Ты предлагаешь нам сдаться…
— Ребята, у вас просто нет другого выбора. Или погибнуть всем и забрать меня с собой.
Шарон подвинулся вперёд:
— А зачем тебе это надо? Какой лично твой мотив?
— Я так люблю выигрывать. Наверное, это у меня в крови. Я хочу быть героиней сегодняшней игры. — Замечталась Азия, — либо вы мне поможете. Либо лишите меня этого права.
— Я против, — проголосовал Шарон. — А что достанется нам?
— Простой выход из игры. Без реанимации. Без последующих головных болей и хронической усталости.
Шарон угрожающе схватил Азию за шею. Но спокойно сказал:
— Хорошо, но если ты меня снова подведёшь…
Бой снаружи заканчивался. Гигроботы получили целую гору залпов, и архонтного огня. Теперь они только дымились. Полный контроль над поверхностью был на стороне группы Азии. Они перекрыли выходы из бункера.
— Вообще капитуляция редкий выход из игры, — говорил призрак Рона, — но принимая к рассмотрению то, что победа уже полностью очевидный факт, я принимаю капитуляцию.
Азия была вне себя от радости. Когда очнулась, конечно.
После этой победы, Азия ещё долго не могла собой налюбоваться. Она стала куда открытее и улыбчивее.
Теперь Азия жила в своей комнате, почти всё свободное время тратила на тренировки и счастливо ожидала. Чего ждать, это надо было Рона спросить. Ведь не всегда же ей жить в этой клетке, под присмотром. Может ещё недавно она бы и мечтать не могла о такой жизни, но уже сейчас всё это ей наскучило, пора было делать реальные вещи выходить в реальный мир. Под реальными вещами Азия могла себе нафантазировать много. Она просто мечтала стать принцессой, хотя бы Омикрона.
Несмотря, на то, что они переживали такие длительные и мощнее тренировки, снаружи лагерь Ксива и Матра казался спокойным. Он находился в гористой местности, где часто бывали туманы и дожди. Азия за последние несколько месяцев ни разу не выходила из помещения. Её кожа потеряла загар, а сама она сильно похудела. Ведь всё это так затягивало. Но скоро ей предстоит вернуться, вернуться с колоссальным опытом, который нигде больше не получишь.
Несмотря на это всё девочка не забывала пользоваться косметикой. Для
Шарон, как обычно, не питал к девочке особых приятных чувств. Правда, и не делал никакого зла. Он просто требовал от всех реальных дел. Азия ему казалась средоточием порока, неспособным работать, незаслуженно талантливой и любимой.
Где-то в песках Альсары
Огромный комбинат бурил землю, а своей крышей словно пробуривал облака. Эта удивительная железная конструкция, похожая на гриб, но с огромным количеством портов, окон, площадок, была похожа на металлический город на ножке. Верхняя платформа — шляпа гриба предназначалась для контактов с космосом — отправки грузов по магнитному конвейеру, через шлюз на космический грузовик Астрайдеров.
Ночью комбинат переливался множеством разноцветных огней. А днём стоял словно безжизненный. Вокруг комбинатов всегда присутствовал ореол таинственности. Ещё первые поселенцы, увидевшие комбинаты, наделяли их трансцендентной сущностью. Даже сейчас, даже для самых опытных комбинатчиков — комбинат был средоточием красоты и могущества империи Астрайдеров.
Планетарные запасы минералов перед ним, как на ладони. За эти несколько месяцев Зэн Шейдэн стал великолепным геологом. Он обладал интуицией, волей, силой и желанием работать и зарабатывать. Двигало им больше всего, конечно, последнее. Но к чему такие формальности, ведь это ничего не значит. Ему обещали лучший пентхауз, и у него он был, ему обещали богатство, и оно уже лежало перед новым покорителем Альсары.
Георазведка, бурение, добыча и отправка на орбиту грузов — вот что сопровождало его каждодневную работу. Таких успехов, как Шейдэн, не добивался никто из его соратников. Опытные комбинатчики не выполняли и половины производительности Зэна. А он всё ставил новые и новые цели. Карьера начинающегося комбинатора — работника добывающего комбината, просто летела вверх. Начиная простым звеном, Шейдэн стал звеньевым, а теперь и начальником комбината на испытательном сроке.
Такой стремительной карьерой мог похвастать не каждый. Но это правда. Уже через год у Зэна Шейдэна будет свой комбинат и тогда останется только управлять кадрами из своего пентхауза. Он больше не видел преград к своей мечте.
Только подумать, вчера он потерял средства к существованию и ему предложили самую грязную работу на самой грязной планете. А теперь он миллионер.
Для нормальной работы комбината нужны: геолог-инструктор, боевик-инструктор и начальник комбината. Работа тяжёлая, текучка огромная, но перспектива бешенная. Шейдэн не успевал подружиться с людьми, они уходили и приходили новые. Лишь начальство беспокоилось за результаты его работы.
Поначалу было тяжело, в группе геологов. Но Шейдэн быстро выбился в группу боевиков. То есть, сначала он ресурсы искал и добывал, а потом стал защищать комбинат и продолжать уходить в забой, правда, искать уже ничего не надо было.