Альсара
Шрифт:
– Ребята, не сейчас. Я не хочу, – Азия попыталась оттолкнуть обоих.
– Заткнись! – вспылил Бэйк и повалил её на грязный пол. – Ещё слово и ты пожалеешь! – он стал срывать с неё одежду.
Азия почувствовала себя беспомощной. На мгновение она даже смирилась с происходящим и перестала бороться, как вдруг нащупала холодную сталь – пистолет на ремне у Бейка. Она ухватилась за рукоять и спустила курок. Пуля чудом никого не задела, но выстрел оглушил всех троих.
Парни испуганно вскочили, выпустив из своих лап полураздетую, вымазанную в саже Азию.
– Стоять! Не с места! – вытирая слёзы, прохрипела она. Тяжёлый ствол дрожал в её руке.
– Не дури, отдай пистолет. Слышишь? Отдай, я тебе говорю! – крикнул Бэйк.
– Отдать, чтобы что? Чтобы вы завершили начатое!? – она уже не стеснялась своих слёз.
– Отдай, я кому сказал! – рассвирепел Бэйк. Казалось, он готов броситься на заряженный ствол.
Азия не стала ждать и выстрелила в пол, парни пулей вылетели из тамбура. В ушах зазвенело с новой силой. Её трясло, слёзы катились градом. Хотелось забыть обо всём, свернуться клубочком в уголке и уснуть. Она медленно вошла в вагон и рухнула на первое попавшееся место. Ей было плевать, как она сейчас выглядит. Перед глазами стояла пелена, и потому она не заметила, как её окружили высокие тени.
– С нами пойдёшь, – прошипела одна из них. Азия почувствовала, как пистолет выскальзывает из её руки. Перед ней стояли существа в плащах, их лица прикрывали громадные очки и повязки.
«Консервщики», – догадалась она.
– Никуда я с вами не пойду, – дерзко ответила Азия.
Один из них схватил её за руку и силой выволок в тамбур. Азия почувствовала, как холодные браслеты наручников щёлкнули на запястьях.
– Больно же, – возмутилась она.
– С нами пойдёшь, – повторил консервщик. Поезд остановился, и двое громил вытолкали её из вагона.
– Куда вы меня ведёте? Если всё объясните, я не буду сопротивляться. Обещаю!
– Ты и так не будешь, – ответил консервщик.
Азия шла по неосвещённой тропинке, то и дело спотыкаясь в темноте.
– Можно развязать мне руки? Пока я нос себе не разбила?
– Стой, – резкой скомандовал консервщик и снял с неё наручники.
«Где мы?» – едва успела подумать Азия, как что-то укололо её в плечо, и земля стала уходить из-под ног. Её закружило в невесомости. Азия почувствовала, как падает, ускоряясь с каждой секундой, несётся к самому центру земли, к его раскалённому ядру и ничто не может этого изменить. Она расслабилась и отдалась на волю провидения.
«Меня чем-то накачали», – звучало в её подсознании.
Казалось, падение длилось целую вечность, заставляя забыть о реальности, о собственном существовании. Азия смотрела на свои искрящиеся пальцы и улыбалась. В ушах играла безумная мелодия вперемешку с ударами сердца.
Вдруг стало тихо, падение прекратилось. Где-то монотонно капала вода, отмеряя секунды. Голова гудела, а ноги затекли. Азия с трудом открыла глаза: она сидела в неудобном кресле, а руки были намертво привязаны к поручням.
– Очнулась? Ну-с, приступим, –
«Всё это не со мной, это не по-настоящему», – только теперь Азия почувствовала железный вкус зажимов у себя во рту.
– Закрой глаза, расслабься. Скажи а-а-а, – он подошёл к ней и сунул грубый металлический предмет ей прямо в горло. Азию едва не стошнило.
– Пожалуйста… я задыхаюсь.
– Успокойся, не надо плакать. Я только гляну и всё, – проговорил он и направил тусклую лампу ей прямо в глаза. – Ну, вот, а ты боялась.
Азия сжала кулаки и приготовилась к очередному этапу экзекуции.
– Вам это с рук не сойдёт, меня будут искать, – блефовала она.
– Это вряд ли, – доктор положил пару тампонов ей в рот и поставил слюноотсос.
Когда он вновь полез в горло, Азию едва не стошнило. Её буквально выворачивало от боли, благо желудок оказался пуст.
– А сейчас нужно будет немножечко потерпеть, – добрым голосом сообщил доктор.
«А чем я раньше-то занималась?» – промелькнуло в голове, прежде чем Азия ощутила, как что-то липкое проникает внутрь. Она чувствовала, как оно заполняет легкие, будто кислота, разъедая внутренности. Что-то похожее на громадную пиявку обвилось вокруг сердца и отдавало в спину.
– Терпи, терпи, моя хорошая, – монотонно повторял доктор.
– Я пытаюсь, – сквозь слёзы прошептала Азия.
Врач неторопливо достал футляр и вынул оттуда шприц с длинной иголкой. В нём бурлила ядовито-зелёная жижа. Он аккуратно ввёл кончик иглы в её нижнюю губу и вколол содержимое.
«Наконец-то», – подумала Азия, медленно впадая в эйфорию. Она помнила, как её отвязали от кресла, и чьи-то крепкие руки бережно уложили в тёплый бассейн. Она лежала по щиколотки в воде и смотрела, как по чёрному куполу проносятся галактики. В ушах играла знакомая мелодия.
«Так хорошо», – едва заметно улыбнулась она и закрыла глаза.
Азия очнулась на белом песке. Ярко светило солнце, дул прохладный ветерок, а рядом зияло беспокойное озеро. Она потянулась, как после долгого сна, поправила непослушные волосы и спустилась к воде, когда услышала знакомый голос:
– Проснись! Тебе нужно проснуться.
Азия подняла глаза и увидела Боска:
– Дядя! – обрадовалась она и побежала к нему по мокрому песчанику. – Где ты был? Мне так тебя не хватало.
– Ты должна проснуться, – по-отечески улыбнулся Боск.
– Но я не хочу просыпаться. Там нет тебя, там я совсем одна.
– Ты больше никогда не будешь одна, – Боск повернулся и пошёл навстречу заходящему солнцу, а ветер заметал его следы.
– Пока, – тихо прошептала Азия, глядя ему вслед, и в ту же секунду проснулась по-настоящему на лавочке у окна того же вагона. При свете солнца поезд уже не выглядел зловеще, как прошлой ночью.
«Неужели это был сон?»
Напротив сидела престарелая пара, осуждающе поглядывая на спутницу. У Азии затекла рука, она пошевелилась и случайно уронила пистолет.