''Альта'' против ''Барбароссы''
Шрифт:
В ноябре 1936 года Германия подписала с Японией Антикоминтерновский пакт. В 1937 году к этому пакту присоединилась и Италия. Это был новый успех Гитлера на политическом фронте. Роль главного противника отводилась СССР. Для борьбы с большевизмом объединялись силы Германии, Италии и Японии. Не заметить этого в Москве не могли.
«Битва, к которой мы приближаемся, – заявил Геринг 17 декабря 1936 года на закрытом совещании германских промышленников, – требует колоссальной производительности. Предела перевооружению не видно. Альтернативами являются победа или разрушение... Мы живем во время, когда на горизонте видна конечная битва. Мы уже на пороге мобилизации,
Содержание выступления Геринга, второго лица в фашистской Германии, стало известно представителю советской военной разведки в Берлине. Он дал правильную оценку этой речи: Германия готовится к большой войне, пушки расчехлены. Расчеты ждут команды: «Огонь!» Стволы орудий направлены на Восток.
Не встречая никакого противодействия со стороны Англии и Франции, Италия в 1935 году захватила Эфиопию. В 1937 году Германия и Италия организовали интервенцию против Испанской республики. В 1938 году Германия напала на Австрию; в марте 1939 года – на Чехословакию. Гитлер отдал приказ разработать план войны против Польши.
В 1939 году в Европе назрел очередной военный конфликт.
В столицах всех европейских государств велись напряженные дипломатические переговоры с участием руководителей США, Великобритании, Франции и СССР.
Англичане и французы опасались агрессивных планов Германии, но хотели бы направить германскую военную машину против СССР.
Гитлер собирался напасть на Советский Союз. Однако в предстоящей борьбе Германии за мировое господство война против России не была в планах Гитлера актом первого действия. Для того чтобы сломить Россию, необходимы были огромные военные ресурсы, которые Гитлер планировал получить после покорения Европы.
За событиями в Старом Свете с большим вниманием наблюдали американцы. Они прагматически оценивали ситуацию в Европе и разогревали котлы своей тяжелой промышленности, которая ориентировалась на производство оружия, боеприпасов и боевой техники. В случае войны в Европе на этом товаре можно было хорошо заработать.
События в Европе развивались быстро и вышли из-под контроля Англии и Франции. Летом 1939 года представители этих стран были вынуждены начать переговоры с Советским Союзом о возможных мерах противодействия агрессивной политике Германии. Но эти переговоры зашли в тупик. Ни англичане, ни французы не хотели принимать на себя каких-либо конкретных обязательств по противодействию Германии. Предложения Советского Союза о создании военного союза против Германии в Париже и Лондоне были отвергнуты. Советская дипломатия потерпела поражение. Сталин снял M. M. Литвинова с должности наркома иностранных дел. Новым наркомом стал В. М. Молотов. Он должен был найти общий язык с министром иностранных дел Германии И. Риббентропом. Война стояла на пороге. Сталин хотел спасти страну от надвигавшейся угрозы.
Перед советской военной разведкой была поставлена задача – непрерывно добывать сведения о подготовке к войне Германии, Италии, Японии, Румынии, Прибалтийских государств, Польши, Англии и Франции. Ян Берзин, выступавший в 1928 году против сотрудничества советской и германской разведок, оказался прав. В 40-х годах немцы не смогли проникнуть в советскую военную разведку. Удар был нанесен с другой стороны.
Глава третья
Резидент Мария
Мария Полякова мечтала стать детским врачом. Она хотела учиться в Московском медицинском институте и уже сдала документы в приемную комиссию. Но поступить
В первых числах июня 1932 года ее, молодого и активного сотрудника КИМа (Коммунистического интернационала молодежи), неожиданно вызвали в ЦК комсомола и предложили работать в военной разведке. Для принятия решения ей дали двое суток и предупредили о том, что она ни с кем не имеет права советоваться...
Эти два дня для Марии тянулись очень долго. Она еще никогда не попадала в ситуацию, в которой так трудно было принять решение. Она хотела лечить детей, а о работе в разведке вообще ничего не знала...
Полякова, думая над сделанным ей предложением, пыталась найти ответ на вопрос, который ее очень беспокоил: «Почему именно ей предложили работать в этой секретной службе?» Конечно, она свободно владела немецким и английским языками; жила в Праге, Берлине и Лондоне: ее мать работала сотрудником торговых представительств России. Обучению Марии придавали особое значение – несколько лет она занималась в реальном училище в Берлине, затем в одной из лондонских школ.
Возвратившись в 1927 году в Россию, Полякова поступила на работу в Исполком КИМа в качестве референта информотдела. Вскоре вышла замуж за Иосифа Дицку, который работал в этой же организации. Родившейся дочери, по предложению мужа, выросшего в Вене, дали имя Златана. Так что к лету 1932 года двадцатичетырехлетняя Полякова была уже человеком достаточно самостоятельным и имеющим приличный жизненный опыт. Но обладала ли она определенными способностями, чтобы работать в этой организации?
Несмотря на молодость, Полякова хорошо понимала, что далеко не каждого человека приглашают в разведку.
Через два дня она пришла в ЦК комсомола, и молодежный лидер Саша Косарев вручил ей направление в Разведуправление Красной Армии. Как оказалось, Косарев, хорошо знавший Полякову по работе среди заводской молодежи Бауманского и Фрунзенского районов Москвы, рекомендовал Марию в военную разведку...
– Уверен, ты справишься, – сказал он, прощаясь с Поляковой. И добавил: – Там сейчас очень нужны такие, как ты. Врачи у нас есть, а разведчиков очень мало. Если бы не это, мы бы не мешали тебе учиться в институте...
Мария рассказала, что ее, вероятно, пригласят на новую ответственную работу. Иосиф Дицка не стал расспрашивать жену о ее беседе с Косаревым, которого он тоже хорошо знал. Они решили обсудить эту проблему после ее беседы в Разведуправлении. Дицка сам часто выезжал в зарубежные командировки, поддерживая связи Исполкома КИМа с различными молодежными организациями в Бельгии, Франции, Чехии, Австрии и других странах. Свободно владевший немецким, чешским, французским и испанским языками, он прекрасно знал обстановку в европейских странах и был незаменимым работником.
Ровно в 22 часа Полякова прибыла в Четвертое управление Красной Армии (так называлось тогда Разведуправление). Получила пропуск и прошла по длинному коридору к указанной комнате. Ее встретила симпатичная девушка в строгой военной форме. Они познакомились. Девушка назвала свою фамилию: «Звонарева».
Полякова запомнила эту фамилию. Тогда она еще не знала, что их дружба с Наташей Звонаревой продолжится около полувека.
Вскоре Полякову пригласили в кабинет к начальнику Разведупра Берзину. Когда она вошла в его просторный кабинет, то увидела за большим письменным столом седого, крепко сложенного человека в военной форме. Он встал, вышел из-за стола и подошел к посетительнице.