Алтарь
Шрифт:
Твари которых людьми можно было назвать с огромной натяжкой, неслись между деревьями огромными прыжками. Некоторые из них развали-вались буквально на ходу, но продолжали упорно двигаться вперёд.
Мужчина средних лет, в дорогом деловом костюме укрытым толстым слоем грязи, врезался плечом в дерево. Сделав шаг назад, обогнул препят-ствие и рванул вперёд к намеченной жертве, пуская кровавую слюну, голодно клацая зубами. Он даже не заметил, что рука которой он зацепил дерево отвалилась, с каждым шагом она всё
Резвый, щуплый парнишка в спортивном костюме и кепке, перепрыгивая через прогнивший пень, зацепился за корень, упал лицом вниз. Тут же вскочил на ноги, раздраженно смахнув с лица, ошмётки кожи.
Кожа у него на лице лопнула, словно бумажная маска, обнажив крово-точащие мышцы.
Молодая женщина в платье которым обычно отдают предпочтение шлюхи, запуталась волосами в ветвях сломанной сухой ветки, яростно мот-нув головой освободилась из "ловушки", оставив на колышущихся ветвях свой окровавленный скальп.
Нападающих монстров было трудно убить, но всё - таки они умирали, с неохотой, скаля на опергруппу зубы, "поедая" глазами.
Славе хватила пять пуль, что бы понять, одного выстрела в голову вполне достаточно, что бы угомонить любую из наседавших тварей.
Выстрел в коленную чашечку, не останавливал их, но делал не такими резвыми и прыткими.
Выстрелы в корпус, бестолковая трата ограниченного боекомплекта, надо было сделать пять - десять выстрелов, что бы убить монстра.
Поэтому Слава стреляла сначала по коленям и добивала "присмирев-ших" тварей одним точным выстрелом в голову.
Стреляла как на учениях, глядя в прицел, она не видела перед собой людей, только мишени. Единственно правильный критерий выживания!
Какая - то благородная, лучшая часть Славы осознавала, что перед ней живые люди. Несчастные пораженные неизвестной болезнью, страдающие от невыносимых болей в охваченной смертельной агонией плоти, они нуждались в помощи.
Но худшая, "приземлённая" часть Ярославы, твердила ей, что она не доктор и единственная помощь, которую она может оказать несчастным, "свинцовая" пилюля в голову.
К несчастью, младший лейтенант Стряпухин, не разделял взглядов Ярославы на выживание. Глядя в прицел, на скалящиеся, полу - звериные лица, Олег всё ещё видел людей. Палец предательски замирал, на спусковом крючке.
Длинноногая девица в платье от Версаче, на высоких шпильках каблу-ках, двигалась по - звериному, довольно ловко, быстро. Упираясь в землю руками, отталкивалась ногами, делая огромные прыжки. Ей хватило четверти секунды, что бы прыгнуть на застывшего в оцепенение Стряпухина и вцепиться ему зубами в горло.
Капитан Кротов, не считал себя бессмертным, он знал, при его профессии, едва ли доживёт до пенсии. Но он также знал, что никогда, ни за какие
Но так как с бабушкой было всё в порядке, она вот уже который год, покоилась с миром на городском кладбище, то и сомневаться Кротову было особенно не в чем. Один выстрел, один труп!
Острая боль пронзила бедро Игоря Кротова, какая - то тварь подкра-лась к нему незаметно и вцепилась зубами в бедро. Боль была просто адской, но времени заняться собственными проблемами у Игоря не было.
Трое большенелюдей взяли Сашу Егорова в "клещи", повисли на ру-ках, повалили наземь, собрались недурственно перекусить другом Игоря. Бедро жгло словно огнём, Кротов буквально слышал как рвутся мышцы, под зубами присосавшейся к его ноге твари. Но бросать товарища в беде он не собирался ни при каких обстоятельствах.
В конце концов, ноги у него две, в крайнем случае он "похромать" сможет, а Егоров с откушенной головой даже "хромать" не сможет, к тому же у него трое маленьких детей, которых ещё кормить и вывести в люди нужно.
Не обращая внимание на жгучую боль в ноге, Игорь сделал три выстрела, даря дорогому другу, повод для второго дня рождения. Четвёртым снёс полбашки подростку с такой страстью "прикипевшего" к его ноге.
Через пять минут, жестокая бойня была окончена, последний нелюдь рухнул под ноги оперативников и лес вновь накрыла "мёртвая" тишина.
Бойцы стояли в оцепенение со страхом поглядывая друг на друга, как будто спрашивая, " а не поехала ли у меня крыша". Переводили недоумённые взгляды на поверженные труппы, не в силах понять, что заставила этих людей, явно преуспевающих, если судить по их дорогим костюмам, податься в леса. Одичать там, подцепить какую - то грёбанную хворь и начать в тупую охотиться на людей. Не просто людей, а охотников, хорошо вооружённых убийц на службе державы. Что за дерьмо плескалось в головах у этих несчастных ублюдков?
– Мы всё умрём, мы все умрём!
– причитал Егоров, не сводя расширен-ных от ужаса глаз, со своих кровавых ран.
Капитан Кротов, зажимая ладонью рану на кровоточащем бедре, "до-ковылял" до бьющегося в истерике лейтенанта, отпустил ему крепкий подза-тыльник.
– Какого хрена, лейтенант!
– проревел ему прямо в лицо.
– Игорь, это полный, толстожопый песец, напичканный по самые яйца ГМО, - тараторил, захлёбываясь Саша, он был всего в паре шагов от истерики - меня укусили, я стану грёбанным зомби, я сожру твой мозг. Господи да ты тоже ранен, мы оба станем зомби и съедим чей то мозг. Господи, а что если мы доберёмся до города, там же Людочка, мальчики, я не хочу их есть.