Алтарь
Шрифт:
– Ну и как мне это сделать?
– Я научу тебя, как правильно напускать порчу, госпожа. Семь раз ты навеешь на него порчу. После каждого с ним будут происходить беды, несчастья, накатывать волна невезения и болезней. После седьмого раза он не выдержит и потеряет бессмертие. Сгинет, будет уничтожен. По закону Иблиса ты займешь его место, ибо каждый, кто раньше подчинялся Правителю, будет знать, что ты справилась с тем, кто сильнее его. А значит, ты сильнее любого из его стаи.
– А где мне найти этого самого Северного Правителя?
– Каждый день его кортеж проезжает по набережной Невы. Черный джип в сопровождении двух «БМВ».
– Главный колдун ездит в джипе? – с изумлением переспросила шар девица. –
– А ты думала, хозяин всех северных земель сидит в болоте и кушает лягушек? – передразнил Пустынник. – Да, на джипе ездит, в ресторане кушает, у лучших портных одевается, живет в пентхаузе, с бассейном на крыше и видом на «Аврору».
– Да? – с полминуты переваривала такую новость Виктория, после чего аккуратно повесила пеньюар обратно на стул. – Ладно, учи.
– Сядь на постель. Лучше на колени, – с облегчением начал Пустынник. – Руки положи на колени, глаза закрой. Помни, ты часть этого мира, ты получаешь всю свою силу, свою энергию снаружи и выбрасываешь все лишнее обратно. Теперь дыши. Медленно, размеренно, спокойно. То, что ты вдыхаешь, аккуратно сматывай внутри себя на небольшой клубочек, а то, что соскальзывает с поверхности – выдыхай обратно. Дыши, дыши. Вдох через рот, выдох через нос. Вдох через рот, выдох через нос. Почувствуй, осознай внутри этот клубок, привыкни к нему, ощущай его постоянно. Это не есть твоя энергия, но близко к тому. На первых порах этот клубок позволит тебе ею управлять. Запомни: любое, абсолютно любое магическое воздействие – порча, благословение, наговор, заклятие – должно сопровождаться посылом в том же направлении твоей энергии. Или по ощущениям – частицы этого клубка. Твоя энергия есть овеществленный носитель твоей воли, твоей цели, твоего повеления. Поняла?
Ведьма неопределенно повела плечами.
– Ладно, все равно придется начинать, – не отступал колдун. – Или мы, или он. Сейчас приготовим заклятие для порчи. Нам нужны могильная земля, кармин, пыль следов жертвы. Пыль можно собрать с дороги, он там ездит каждый день. Кармин часто держат на кухне как красный пищевой краситель. У тебя есть?
Виктория опять повела плечами.
– А какие-нибудь сушеные жуки, тараканы, мухи? Это, в сущности, одно и то же.
– Дохлые мухи на кухне между стеклами есть. Наверное, уже год валяются, должны высохнуть.
– Кладбищенская земля?
– Тут Смоленское кладбище рядом.
– Это здорово. Лучше всего найти могилу с именем Анатолий.
Дальше все шло как по маслу. На кладбище Виктория проехала на трамвае – не появилась еще привычка чуть что «такси» ловить. Пустынник приказал размять щепоть земли, поставить в духовку на маленький огонек. Пока земля подсыхала, девица достала из рамы несколько невесомых ломких тараканов, невозмутимо растерла их в блюдечке чайной ложкой. Потом сбегала на набережную и, благо стояла сухая погода, набрала горсть пыли с проезжей части – ее всегда хватает у каменных парапетов. К тому времени, когда она вернулась, земля превратилась в прах. Осталось только смешать компоненты…
– Зелье, которое готовится для любого обряда, должно израсходоваться полностью за обряд – иначе колдовство не подействует, – учил Пустынник, заглядывая на работу из-за ее плеча. – Поэтому возьми только небольшую щепоть, чтобы можно было сдуть за один раз. Пересыпь ее на бумажку. Правильно. Закрой глаза и начинай правильно дышать, наращивая клубок внутри себя, крути его в одну сторону, в другую. Чуть размотай, смотай. Попытайся втягивать нить клубка не через рот с дыханием, а через ладонь. Теперь так же выпусти обратно. Простри ладонь над порошком и, мысленно выпуская на него нить, читай: «Вас, нхатруни кла, онорига и хонти, призываю, вашей силой предрекаю. Возьмите себе свет дневной, сон ночной, возьмите крепость костяную и длину власяную, дыхание чистое, взгляд ясный, кошель полный,
Ведьма послушно повторила все до конца, после чего переспросила:
– А «аминь» для чего? Это же не молитва.
– Это символ окончания наговора во всякой магии, – ответил Пустынник. – Сворачивай аккуратно бумагу, возьмешь порошок с собой. Когда колдун поедет мимо, просто высыпи порошок на ладонь и сдуй в его сторону. Зелье само найдет цель. Собирайся, время выходить.
Через пять минут они были на набережной, а спустя еще минуту послышался знакомый шелест шин на крутых поворотах.
– Это он… – прошептал Пустынник и отошел от Виктории в сторону. Вряд ли заговор на отвод глаз сможет обмануть сильного и опытного мага.
Девица достала из кармана пакетик, аккуратно развернула, высыпала содержимое на ладонь.
Кавалькада, коротко вякнув сиреной, вылетела с линии на набережную, поравнявшись с ведьмой, и та сдула с руки наговоренную щепоть. Пустынник увидел на укрывающей джип сфере россыпь вспышек – похоже, заговор удался. Порча получилась – и была мгновенно спалена защитой. Первый выстрел схватки совершен. Однако машины, никак не отреагировав на нападение, умчались дальше.
– А когда я займу его место, машины тоже будут мои? – поинтересовалась Виктория.
– Конечно, – ответил колдун. – А теперь прошу прощения, госпожа. Врата звезд закрываются, и мне настала пора прятаться до завтрашнего утра.
Треск в камышах заставил стаю уток взметнуться в воздух – и тут же им вслед промелькнули две стрелы. Одна ушла куда-то в зенит, вторая пробила коричневое, с зеленой головой и белым хвостиком тельце, и они вместе рухнули в воду. Кряквы, что-то возмущенно выкрикивая, описали широкий полукруг – через мгновение из камышей почти одновременно вылетели еще две стрелы. И опять только одна нашла свою цель. Стая, сделав правильный вывод, устремилась на открытый простор, а камыши затряслись, послышался плеск воды. Высокие стебли начали падать один за другим, выкладывая две извилистые дорожки. Послышался торжествующий крик, и одна дорожка целеустремленно повернула к берегу. Другая дошла до самого края зарослей, крайние камышины легли на воду, а следом выплыл паренек лет четырнадцати. В несколько гребков он достиг пронзенной стрелой тушки, схватил ее, на боку вернулся обратно, проломился через заросли шириной почти в двести саженей и, когда ему начало казаться, что камыши уже никогда не кончатся, выбрался на берег.
– Это тоже твой селезень, Волхов, – кинул он добычу такому же, полностью обнаженному, мальчишке, как и он сам, что складывал кипу прошлогоднего пересохшего камыша. – Как тебе удается стрелять так ловко?
– Это просто, Руви, – с улыбкой оглянулся тот. – Накладываешь стрелу на тетиву, хорошенько оттягиваешь и-и-и… Бумс! Накопай глины.
Волхов отошел к аккуратно сложенной одежде, из мешочка на ремне достал кресало, вернулся к соломе, принялся высекать искру. Потом начал старательно дуть, подсовывая тонко расщепленные стебли. Вскоре, разгораясь, жизнерадостно затрещал огонь. Паренек быстро накидал на кипу валежника, после чего присел рядом с приятелем, уже обмазывающим глиной одну из выпотрошенных тушек, взялся за другую и стал налеплять на нее слой за слоем сине-желтую грязь. К тому времени, когда они закончили свою работу, огонь уже жадно пожирал толстые сухие сучья. Комья с добычей ребята сунули в пламя, накидали сверху еще хвороста, после чего начали одеваться – тела как раз успели просохнуть после лазанья среди прибрежных зарослей.