Альтер

Шипуля Александр

— Я коснулась памяти нескольких птиц и рыб, — ответила она. — Как вы понимаете, многого узнать не удалось, но они боятся юго-восточной области архипелага. Что там, непонятно, может, много хищников, а может, там еще что. Но вероятность, найти зацепку именно в этом направлении, довольно велика.

— Хорошо. Тогда сегодня-завтра занимаемся лагерем. Потом начнем прочесывать острова на юго-востоке, — подвел я итог. — Если у кого-то есть предложения, можете высказать их сейчас.

— Если вы не против, я займусь сбором трав, — заявил Рене. — Моя основная работа проходит в лагере, и для вылазок я плохо подхожу, а вот собрать разные алхимические ингредиенты — это работа для меня.

— Если

найдешь редкие и ценные образцы, старайся набрать побольше, — тут же вклинился в разговор Локи.

— Ладно, на Рене сбор ингредиентов, но только в тех областях, что мы исследуем, если думаешь, что где-то есть нечто ценное, попроси кого-нибудь пойти с тобой или проверить, — предупредил я. — Еще предложения?

— Давайте есть? — как бы невзначай предложил Локи.

Это предложение поддержали почти все.

— Чтобы есть, нужно что-то приготовить, а дым и запах пищи заявит о нас не хуже флага и криков «Мы тут!», — резонно заметил Рене.

— Понял, сделаю так, что не скажут, — пообещал Кельт. — Дайте мне полчаса, и будет можно готовить.

Кельт встал и пошел к границе уже поставленного купола, скрывающего магический фон. Его замысел был понятен, проще внести в уже имеющуюся структуру несколько дополнений, чем создавать все с нуля.

— И позаботься, чтобы ночью свет от костра нас не выдал, — сказала ему вслед Норна.

— Резонно, — согласился барьерист. — Тогда сначала займусь куполом от дыма и запаха, а потом от света.

— А мы пока шалаши строить будем? — спросила Линна.

— Да, кстати, мы не решили, кто будет обустраивать наш лагерь, — поддержал ее Локи, удивительно, обычно они только грызутся.

— Нет. Если начнется шторм, шалаши нас не спасут, — покачал я головой. — А вот эта скала вполне. Кварц?

— Ясно, займусь, — ответил тот. — Только план набросайте.

— Нам с Норой отдельную комнату! — тут же подала голос Линна.

— То есть ты не согреешь нашу мужскую компанию длинными вечерами… — начал Локи, но был прерван ударом водной струи в лицо, в принципе заслужил. — Прости, плохая шутка.

— Значит, пока сделай две комнаты, — отмахнулся я.

— Три. Лаборатория и кухня по совместительству тоже нужна, плюс не забывайте про физические потребности, бегать по кустам в поисках туалета как-то не хочется, — добавил Рене.

— Тогда ты ему и помоги, — предложил я Рену.

Весь следующий день мы занимались лагерем, в результате довольны были все. И только мы решили, что завтра начнем поиски, как погода преподнесла нам сюрприз, два дня бушевал шторм. Если бы мы остались на берегу или действительно ограничились шалашами, нас бы смыло в море к чертовой матери.

Шторм утих, под утро третьего дня небо прояснилось, и мы вышли на разведку. Для быстроты решили обследовать острова поодиночке и не отказываться от магии полностью, нас, конечно, могли заметить, но, в конце концов, если не пользоваться имеющимися средствами, то зачем мы вообще здесь?

Поисками занимались четверо: я, Локи, Норна и Линна. Каждый использовал свои методы, я, например, ходил теневыми тропами, время от времени прислушиваясь к эмоциональному фону местности, если тут есть что-то разумное, то оно просто обязано испытывать эмоции, у животных тоже есть эмоции, но их отклик другой, ну и, конечно, временами я осматривал пространство объемным зрением. Но мне пока не везло. Локи летал между островами, превратившись в птицу, а на самих островах превращался в какого-нибудь зверя, и внимания не привлекал, и передвигался удобно. Линн использовала некоторые хитрости, она вполне резонно предположила, что если на архипелаге есть кто-то, нападающий на корабли, то он или они должны находиться рядом

с источником пресной воды. С этим предположением было трудно не согласиться, мы сами поставили лагерь недалеко от источника. Вот эти источники Линн и искала на островах. Наверное, с наибольшим комфортом обустроилась Норна, она взяла под ментальный контроль несколько птиц и наблюдала острова с высоты птичьего полета, не скажу, что это очень просто, зрительное восприятие птиц несколько отличается от человеческого, поэтому адаптироваться к нему сложно, про поступление информации сразу от двух источников тоже вносит сумятицу, поэтому, я, ой, как не завидовал такому способу наблюдения.

Что касается остальных, то они тоже не сидели сложа руки. Кварц и Кельт доводили до ума лагерь. Кельт ставил барьеры на все случаи жизни и прочие бытовые мелочи, а Кварц облагораживал наше жилище: стол, стулья, прочие мелочи, готовкой, кстати, тоже он занимался. Рене бродил по острову, собирая ингредиенты для своей алхимии и обычную снедь: ягоды, орехи, какие-то фрукты.

Шел второй день поисков, то есть четвертый день на архипелаге. Я уже собирался возвращаться, когда почувствовал всплеск ярости, жажды убийства и страха в эмоциональном фоне местности. Отклик был точно не от человека, но вроде и не от обычного животного, у меня даже сложилось чувство, что этот отклик посылали намеренно. Меня заинтересовал этот феномен, и я решил проверить, что же такое происходит.

Двигаясь по теням, я быстро оказался на каменистом берегу, где моему взгляду предстала следующая картина. Несколько крупных камней образовали своего рода навес, под который стремились попасть несколько десятков довольно крупных птиц, судя по виду, хищных. Из-под камней периодически вырывались пронзительные крики и языки пламени. Заглянув под камень объемным зрением, обнаружил небольшого дракончика. Он, а вероятнее всего, она, защищала свою кладку, Впрочем, из всей кладки целым осталось лишь одно яйцо, а само животное было изрядно потрепано, порвано крыло, несколько кровоточащих ран на теле и голове. Как бы она не старалась, но с такими ранами она недолго протянет, численный перевес был на стороне птиц.

Эмоциональные возмущения в ментальном плане явно исходили от этого существа. Мне стало ее даже как-то жалко, Впрочем, животные всегда вызывали у меня больше жалости, чем люди, поэтому я решил помочь и выпустил по птичкам несколько простых воздушных заклинаний, убить их не убьет, но изрядно напугает.

Как только нападающие скрылись, я подошел к укрытию раненого дракончика. Соваться туда и получить струей пламени в лицо как-то не хотелось, поэтому я послал ей смесь эмоций спокойствия, уверенности, сочувствия и желания помочь. Это сработало, из-под каменного навеса выполз дракончик, он был бы действительно красив, если бы не раны. В длину от кончика носа до кончика хвоста он был примерно с руку взрослого человека, кожаные крылья в размахе около метра, и шкура, покрытая мелкими золотистыми чешуйками. Сначала показалась голова, затем, прихрамывая на переднюю лапу, она выползла полностью, осмотрелась по сторонам, и я почувствовал волну благодарности, но и опасения меня.

— Не бойся, я могу помочь, — обратился я к зверю, уж не знаю, поймет ли она, что я говорю.

Ответом мне стало беспокойство, направленное в сторону остатков гнезда, заглянув внутрь, я увидел, что последнее из яиц немного покачивается.

— Тебе нужна помощь? — зачем-то спросил я снова.

Ответ вновь пришел ко мне в форме эмоций — безысходность, смирение, печаль, усталость… И желание защитить последнего из своих потомков.

— Я могу о нем позаботиться, — предложил я.

Чувство благодарности, надежды и вновь усталости. Она закрыла глаза и села на камни.