Алтынай

Лихачев Александр

– Алтынчик! – как-то раз пошутил Саша. – Ты стала нагло морочить голову одному молодому человеку.

– Это тебе, что ли? – огрызнулась Алтынай.

При этом, к большому удивлению Саши, ее лицо предательски залило красной краской.

– Мне кажется, что мне, – задумчиво отвечал Саша.

– Креститься надо, если кажется, – загадочно улыбалась Алтынай и убегала.

Нет, внешне всё оставалось как прежде: так же они ходили своей компанией на каток возле Дома культуры, встречали новый год вокруг елки возле того же

клуба. Летом так же ходили купаться на Убаган или ездили на озеро смотреть ласточкины гнезда, проделанные в крутом песчаном откосе на берегу озера.

Только Саша смотрел на Алтынай уже совсем по-другому. Иногда он подолгу смотрел на ее лицо, как бы заново изучая его черты, исподтишка осматривал ее гибкую фигуру, ее небольшую грудь, скрытую под школьной формой.

Алтынай краснела под его взглядами, нервно поправляя платье. В ее глазах появлялся вопрос:

– Что-то не так? – молча спрашивала она Сашу.

– Нет, нет! Всё так, – так же молча отвечал Саша.

Уже в конце девятого класса, перед летними каникулами, произошел случай, который расставил всё по своим местам. После звонка об окончании последнего урока историчка, которая была их классным руководителем, остановила Сашу на выходе:

– Чекранов, задержись на минутку, – Наталья Сергеевна закрыла дверь за последним учеником. – Садись! – скомандовала она, показывая на стул возле учительского стола.

Саша сел и удивленно посмотрел на Наталью Сергеевну. Что-то странное показалось ему во всём этом.

– Саша! – она внимательно посмотрела ему в глаза. – Что же вы с Алтынай ходите по школе как дети, держась за руки? Тут всё-таки школа, а не детский сад.

Саша налился краской:

– Так это… Наталья Сергеевна, мы же выросли на одной улице. Это так, по дружбе, – он виновато улыбнулся.

– Друганы, значит! – в ее глазах заплясали чертики. – Ну-ну! Значит, так, – уже серьезным тоном сказала она. – Если ты не хочешь, чтобы о вас трепались на всех углах нашей школы и чтобы сплетни о вас не поползли по всему поселку, – Наталья Сергеевна помахала указательным пальцем перед лицом Саши, – подумай, как всё-таки лучше проявлять свои… э… так сказать, дружеские отношения. Договорились?

– Я подумаю, как лучше сделать, – сказал Саша.

– Подумай, Чекранов, подумай, – вздохнула она. – Не заставляй Алтынай краснеть и страдать от людской молвы. Вы в вашем возрасте те еще садисты. Всё, пойдем, – и Наталья Сергеевна собрала тетради со стола.

После этого разговора Саша посмотрел на себя и Алтынай как бы со стороны.

«Действительно! – думал он. – Ходим как дети».

Хотя для них в этом не было ничего особенного. Да и было это пару раз, чисто автоматически. Но другие ведь так не ходили!

Он рассказал Алтынай об этом разговоре. Ее реакция поразила его.

– А ты что, перепугался? – она твердо посмотрела ему в глаза. – Теперь что, не притронься друг к другу? Из-за

того, что это кому-то не нравится? Да и вообще, я не понимаю, в чём преступление? Почему об этом должны сплетничать? Мы что, одни ходим? У нас полкласса ходит с парнями.

– Алтынчик! – Саша немного замялся, подбирая слова. – Мы с тобой не как все.

Они шли домой по вечерней улице. Солнце уже садилось, освещая поселок багряным светом. По улице, позвякивая колокольчиками, разбредались по домам коровы. Их встречали хозяйки, что-то ласково приговаривая перед тем, как запустить во двор. Алтынай и Саша прижались к забору, пропуская коров.

– Ты имеешь в виду, что я казашка, а ты русский?

– Украинец, – поправил ее Саша.

– А что, есть разница? – удивленно посмотрела она на него.

– Да вроде нет, – пожал он плечами.

Они молча пошли дальше.

– Но ведь столько смешанных браков, – опять нарушила молчание Алтынай. – Правда, их становится меньше, сам понимаешь, какие времена настали.

– В том-то всё и дело, – сказал Саша.

Уже возле дома Алтынай повернулась к нему:

– Знаешь, ведь когда-то наступит момент, когда все узнают. И мои родители, и твоя мама, не говоря уже о школе. Всё равно нам это не обойти, ведь так?

– Так, – согласился Саша. – Не обойти.

Он поразился тому, что она говорила об этом, как о само собой разумеющемся факте. Будто они уже всё решили.

– Ну и пусть говорят, – подытожила Алтынай.

– Алтынчик, да мне пофиг все эти разговоры! Но ты? – он взял ее за плечи и повернул к себе. – Что ты скажешь своим родителям?

– Не знаю, – тихо ответила она. – Что-нибудь скажу.

– Ладно, – улыбнулся Саша. – Не будем заранее разводить панику. Но ходить по школе, взявшись за руки, мы тоже не будем. Это действительно не детский сад.

– А как будем? – заулыбалась Алтынай. – В обнимку? Саша! – она вдруг потянулась к нему. – Поцелуй меня!

Саша, не раздумывая ни секунды, нагнулся и поцеловал ее в губы. Губы были мягкими и теплыми.

Алтынай медленно закрыла глаза, как бы прислушиваясь к поцелую. Потом повернулась и побежала домой. Это был их первый поцелуй.

Ни Алтынай, ни Саша тогда не знали, что они вскоре столкнутся с силой, которая перевернет их жизни.

Глава 4

В начале июня, сразу после окончания занятий, Алтынай исчезла из Степного. Когда она первый раз не пришла на их вечерние посиделки, Саша занервничал, но объяснил себе это хозяйственными делами. Алтынай часто помогала маме по хозяйству. Но когда она не пришла и на следующий день, Саша запаниковал. Он отвел Куаныша в сторону и попросил выяснить, в чём дело. Тот кивнул головой и исчез. Появился он только через час. Саша сразу почувствовал: что-то случилось.

– Ну? – он подошел к Куанышу вплотную.