Аманда
Шрифт:
– Мне говорит, – старый художник достал из обложки паспорта такой же пропуск. – Видимо мы с вами коллеги.
Доктор, порывшись в своих немногочисленных карманах, к своему сожалению, ничего не обнаружил. Владимир же нашёл в карманах пачку сигарет «Золотая Ява», и раздавив улыбку на своём небритом лице, тут же закурил.
– Вот и познакомились, – заключил Вадим. – Теперь хорошо бы узнать, почему или зачем мы здесь.
Словно в ответ на вопрос полицейского послышался треск динамиков, и из небольших
– А! Проснулись. Твари.
– Эй! Ты, это, кто, а? Тебе, это, чего надо?! – тут же принялся орать Вован неизвестной.
– Заткнись, – шикнул на него страж порядка.
– Вы все здесь не случайно, – продолжал голос из динамиков. – Скоро поймёте, что вас объединяет. К вам вернётся память, и вы осознаете, насколько вы ужасные люди.
– Ты «Пилу» что ли пересмотрела, дура? – вновь закричал здоровяк, но на этот раз никто не сделал ему замечание.
– Пройдите по ряду комнат, поскольку теперь ваш черёд страдать и плакать, – продолжала говорить девочка, всё также игнорируя пленника. – Выжившие, если таковые будут, получат то, что заслужили.
Голос стих в треске помех, и комнату наполнил нарастающий гул и лязг металла, словно где-то совсем рядом пришли в движение большие шестерёнки и поршни.
– Это что ещё такое было? – спросил доктор у окружающих его товарищей по несчастью.
– Не знаю, но лучше пока не двигаться, – ответил ему Абрамов.
– Это почему ещё? – недовольно спросил Вован, откидывая окурок в сторону.
Как только бычок коснулся одной из металлических плит в полу, раздались шипение и свист. Сверху на это место мгновенно упала другая плита, раздавив окурок. Через пару секунд гидравлический поршень стал поднимать плиту обратно.
– Вот поэтому, – сухо заключил человек в одежде медработника.
– Нужно, это, выбираться отсюда! – воскликнул Владимир, стоявший ближе всех к той плите. – Это просто бред какой-то.
– Как? – прошептала девушка, боясь пошевелиться. – Я не вижу здесь выхода.
– Видели, когда плита упала, в потолке образовался проём? Там явно пустота за плитами, —заговорил Вадим, анализируя ситуацию. – Дверей я здесь не вижу, так что думаю нам туда.
– Ну, это, вот и иди первый, раз такой умник, – чуть сорвавшимся голосом произнёс здоровяк с лопатой.
Полицейский не был уверен в своих домыслах, но понимал, что как стражу порядка ему придётся взять на себя роль лидера в этой компании бедолаг. Ведь это его долг – защищать и спасать, попавших в беду. Он достал пару монет из кармана и бросил на соседний с ним квадрат. С потолка в ту же секунду упала с лязгом тяжёлая плита. А когда она стала подниматься наверх, Вадим запрыгнул на неё и вскоре скрылся над потолком. Наверху в полумраке был лес поршней, которые держали потолочные
– Вадим, вы в порядке? – послышался голос доктора снизу.
– Да, – ответил тот. – Поднимайтесь сюда.
Сам Абрамов остался наверху и подождал, пока все не поднялись к нему.
– Вон там, смотрите, – он указал на дверь вдали, освещённую единственной люминесцентной лампой.
Он достал пистолет из кобуры и осторожно двинулся к двери. Его товарищи по несчастью нерешительно последовали за ним через некоторое время. Полицейский, резко распахнув дверь, направил в комнату пистолет и осмотрелся.
– Чисто, – произнёс он, войдя в помещение.
Бетонные стены комнаты были увешаны альбомными листами с разнообразными детскими рисунками. В центре располагался стол, заставленный всякой едой и напитками, как безалкогольными, так и крепкими. Рядом со столом стояли старый потёртый диван и несколько стульев.
– О! Поздравляю. Все живы, но надолго ли? – вновь протрещал динамик девичьим голосом, когда все незнакомцы зашли в помещение. – Это безопасная комната, до поры до времени. Последний обед для смертников, так сказать.
– Во! Вот это дело, – воскликнул Владимир, завидев водку на столе.
Мужчина в майке и шортах направился быстрым шагом к столу, но полицейский догнал его и, схватив за руку, остановил.
– Стой! Ты реально хочешь что-то пробовать здесь?
– Ты, это, руки то убери свои, мент поганый! – вырвал Владимир руку из хватки полицейского. – Ещё раз, это, тронешь меня и в хлебало своё получишь.
Он уселся на диван, налил себе водки в стакан и сразу же залпом выпил, закусив сельдью со стола. После чего, довольно расплывшись в улыбке, вновь схватился за бутылку.
– Ну, между первой и второй.
Все подошли к столу и, убедившись в «чистоте» еды, присоединились к Владимиру, чтобы хоть немного отвлечься. Каждый из них был совершенно сбит с толку, растерян и напуган. Кто и зачем похитил их? Для чего какой-то больной разум создал всё это? И что ждёт их за следующей дверью?.. Их тревожило, что они не помнили своего прошлого. И того, что их может неприятно удивить. Того, что их объединяет. Того, что они натворили, в конце концов, чтобы это не значило.
Единственным, кто отказался от трапезы, был Борис Петрович. Его, как человека искусства, заинтересовали рисунки на стенах, показавшиеся странно знакомыми.
– Вы бы не налегали на алкоголь, – сделал Док замечание Владимиру.
– А тебе, это, что с того? – сразу же набычился здоровяк.
– Мне то ничего, но если ты напьёшься, то это явно уменьшит твои шансы на выживание, – озвучил очевидное человек в костюме врача.
– Пф-ф-ф… – фыркнул Вова, но всё же поставил бутылку на стол.