Америка, часть вторая
Шрифт:
Официант: O, пожалуйста, извините. Желаете заказать еще что-нибудь?
Карл: Нет.
Официант: Понятно.
Официант снова, делая вид, что ему неловко, кладет счет на стол. Карл дожидается окончания этого действия.
Карл: Но мы не просили счет.
Официант медлит, потом берет счет снова.
Официант:
В конце концов, официант удаляется. Даниэль в отличие от Ирины абсолютно не обратил внимания на то, что происходило с Официантом. Карлу не приятно. Но все это вопрос принципа. Это он ей и говорит.
Карл: Это вопрос принципа.
Ирина смотрит на него, но не реагирует, облизывает остатки пирожного с ложечки. Карл не знает, что делать, и поэтому злится на Даниэля.
Карл: И, пожалуйста, говори тише.
Даниэль: Ладно, ладно, знаю! Но ты и сам подумай!
Даниэль опять повышает голос. Продолжает «доверительно» рассказывать Ирине.
Даниэль: Муж… там какой-нибудь… ну, не знаю, работал там, в первом здании, на каком-нибудь восемьдесят первом этаже. В десять минут десятого утра она в тренажерном зале поднимает гантели и смотрит прямо перед собой. Думает о муже, которому все не так. Ему не нравится, как она готовит, как она трахается, как она загорела в солярии… Жена на самом деле думает, как развестись. Как она даст этому идиоту под задницу и бросит его, чтобы он третировал какую-нибудь другую, а не только ее. Чтобы он какой-нибудь другой запрещал беременеть, чтобы у нее, цитирую дословно, «не отвисла грудь».
Даниэль еще ближе придвигается к Ирине.
Даниэль: И вот, она поднимает гантели, укрепляет задницу, избавляется от целлюлита. Везде включены телевизоры, но она на столько в депрессии, что вообще не понимает, что происходит на экране… Вдруг, видит, какая-то толпа, суматоха, паника. Видит эти небоскребины, одна уже в огне, понимает, что что-то случилось. Хватает мобильник, включает его, чтобы набрать мужа, и видит, что пропущено одно сообщение. От него. Она начинает инстинктивно рыдать, нажимает наобум кнопки, чтобы прослушать сообщение… В конце концов, у нее получается, и она слышит голос мужа, который говорит (и это цитирую дословно): «Глупая корова, ты где?!?»
Даниэль немного ждет. Потом добавляет.
Даниэль: Это были последние его слова.
Даниэль замолкает. Подходит официант. Он просто кладет счет на стол и исчезает прежде, чем Карл успевает что-нибудь сказать. Это ужасно выводит Карла из себя, но он не знает, что делать.
Даниэль:
Даниэль, довольный своим рассказом, начинает громко смеяться.
Карл: Принесли счет.
Даниэль продолжает смеяться.
Даниэль: Что?
Карл не успевает повторить, потому что Ирина, в конце концов, произносит.
Ирина: А откуда ты это знаешь?
Даниэль перестает смеяться.
Даниэль: Что?
Ирина: Ты говоришь, что она никогда никому об этом не рассказывала. Если она никому не рассказывала, откуда ты это знаешь?
Даниэль: Какая разница. Важно, что знаю.
Ирина: Значит, все-таки она рассказала.
Даниэль: Предполагаю, что кому-нибудь должна была рассказать… Кому-то точно рассказала.
Ирина: Да. А кому?
Даниэль: Как кому?
Ирина: Так. Она тебе рассказала?
Даниэль: Мне? Нет.
Ирина: Ага. Но рассказала кому-то, с кем ты хорошо знаком? А этот кто-то тоже хорошо знаком с ней? Я имею в виду, что это такая вещь, которую она не будет рассказывать на каждом углу?
Даниэль: Какая теперь разница?
Ирина: Нет, ты только мне скажи: это то, о чем бы она могла рассказать каждому?
Даниэль: Да нет, не знаю. Нет, наверно. Карл, ты что-нибудь сказал?
Карл: Я? Ничего.
Даниэль: Перед этим? Ты ничего не говорил?
Карл не успевает договорить, потому что Ирина снова продолжает.
Ирина: Потому что мне на самом деле интересно, ты вообще знаком с этими людьми, с этой женщиной и с тем человеком, который, вероятно, заживо сгорел в собственном кабинете за своим рабочим столом в десять минут десятого утра, в тот солнечный день? Или ты просто рассказываешь какую-то историю, о каких-то людях, о которых ты на самом деле не знаешь ничего?
Даниэль: Ладно, Ирина, это просто история…
Карл: Ой, да, я сказал, что принесли счет?
Даниэль: Что?
Ирина: Ты вообще знаком с кем-нибудь лично, не важно с кем, кто там пострадал, или у кого там кто-нибудь погиб?
Даниэль: Я? Да, я лично знаю одну, которая у нас работает… ее друг потерял жену… Знаешь кто, Карл? Такая маленькая, с большой задницей…
Ирина: Мой брат погиб в World Trade Center.