Амон-Ра

Амонашвили Шалва Александрович

Но такими слезами плачут не многие, ведь это слезы самопожертвования, и они переносят людей в будущее. Конечно, от них краснеют и припухают глаза так же, как и от обычных слез, но они же дарят душе свет и очищение.

Из глаз Ра текли потоки горячих слез, несущих с собой надежду, сострадание и любовь. Он не оплакивал отца и не жалел себя.

Он не притягивал прошлое. Будучи чайкой, парящей над разбушевавшимися волнами, или рыбой, ныряющей в самое сердце озлобленного моря, ему не нужно было возвращаться в прошлое. Зачем же оплакивать отца, умершего смертью храбрых? Это отец, погибнув бесстрашно, победил смерть, а не она его! Сейчас душа Амона

торжествует эту победу и стремительно летит к своей звезде! И любые слезы горя, траура, отчаянья и сожаленья могут отяжелить ей крылья, осложнить путь. Все это знал и понимал Ра. И он плакал слезами чистой любви, помогая душе Амона преодолевать сложный путь. А Мара ласкала, целовала сына, и в душе ее теплился луч надежды.

Может быть, Ра еще долго рыдал бы так, уткнувшись в грудь матери, но нежное прикосновение чьей-то руки заставило его обернуться.

— Хватит плакать. Пошли со мною, пора приступать к делу! — ласково произнес подошедший Андрей. И Ра сразу успокоился, а мама нежно улыбнулась ему и ладонями вытерла слезы.

— Следуй за ним! — сказала она спокойно, и в голосе ее была слышна доброта и надежда. Ра поцеловал маму, повернулся и побежал за Андреем, шагавшим по улице впереди.

Глава 4

Они медленно шли по узкой и длинной улице. Солнце уже садилось за горизонт, приближался тихий и ласковый вечер. На улице играли дети. Они бегали друг за другом, смеялись, а то и дрались. Кое-где собиралась в группы молодежь, и оттуда доносились музыка и песни. Старшие чинно сидели перед своими домами и мастерскими на лавочках или прямо на земле, курили трубки и вели беседы.

Взрослые и дети всех кварталов долгими, сочувствующими взглядами провожали Философа и его племянника. Некоторые высказывали соболезнования по поводу гибели Амона, поздравляли, что сам Ра остался в живых. Дети с уважением и интересом глядели на Ра, который так отважно боролся со стихией и вышел из этой битвы победителем. А одна старая женщина обняла его, поцеловала, положила ему на голову руку и нашептала молитву от порчи и злых духов. Потом она вложила в руки мальчика свежеиспеченный лаваш и проговорила: «Сынок, Богу было угодно оставить тебя в живых. Слушайся Бога!»

Наконец улица закончилась. Ра и не заметил, как оказался на тропинке, весело бежавшей в гору среди камней. Тропка была чуть заметная, кое-где покрытая колючим кустарником. Быстро стемнело, и Ра почти ничего не видел. Но он шел без опаски, следуя шепоту Андрея и шуршанию мелких камешков под его ногами. Тропинка казалась мальчику прямой, и Ра шел по ней смело, неся в себе тяжесть своих мыслей и переживаний.

Уже несколько лет Андрей жил в горных пещерах, в которых ему никто не мог помешать работать над записями. Он ушел из Города в горы, оставив людей и дом, и не жалел об этом. Здесь, в этих пещерах, Андрей писал, думал, читал и мечтал.

Пещер, пригодных для жилья и работы, было несколько. В одной из них он писал свои трактаты, и здесь стояли большие сундуки с книгами и рукописями. Во второй пещере Андрей проводил разные опыты, и поэтому в ней было много странных, непонятных устройств и множество различных по цвету и форме баночек с порошками. Третья пещера была посвящена Тому, появления которого Андрей ждал уже в течение стольких лет!

Эту пещеру Андрей обустроил с особой любовью и теплотой. Ее стены были украшены прекрасными рисунками, горели свечи, повсюду стояли живые цветы, а воздух был наполнен чудным ароматом благовоний.

В представлении Андрея Тот, кого он так хотел увидеть в этой пещере, должен был появиться неожиданно, без предупреждения. И, возможно, Он даже не остался бы ночевать, не присел хотя бы на одну минутку, чтобы отдохнуть с дороги, а так, стоя, просто поговорил бы с тем, кто так жаждал Его! И пусть Он сказал бы всего несколько слов, но эти слова могли бы изменить всю жизнь Андрея! Ради этого появления, этого прекрасного мгновения Андрей и подготовил третью пещеру, которая стала для него храмом. Каждый день, утром и вечером, Андрей входил сюда, молился, менял свечи, ставил и поливал цветы.

А для Ра Андрей выделил отдельную пещеру. Одну стену в ней он покрыл странными рисунками, на другой высек буквы и мудрые изречения, третью превратил в целую книгу, а свод пещеры с первого взгляда было трудно отличить от открытого неба, с плывущими по нему облаками и чередующимися на нем светилами. Чудесные краски картин Андрея и изумительные природные цвета сочетались и переплетались между собой, создавая сказочное зрелище. Везде вдоль стен стояли цветы в горшочках, распространяя вокруг себя чарующий запах. Посреди пещеры Андрей поставил тахту и низкий изящный столик, а пол покрыл прекрасными коврами.

И именно сюда держали сейчас свой путь дядя с племянником.

— Пришли! — неожиданно сказал Андрей задумавшемуся Ра.

Ра оглянулся вокруг, но в слепой темноте ничего не смог разглядеть.

— Следуй за моим голосом! — сказал Андрей и, шепча таинственные слова, вошел в пещеру. Ра осторожно последовал за ним. Шепот впереди прекратился, и послышались какие-то удары, вслед за которыми летели маленькие огоньки-искры. Наконец, мальчик увидел слабое свечение в руках Андрея. Дядя держал горящую лучинку, которой зажигал свечи, прикрепленные к стенам, и пещера ожила, наполнилась светом.

— Это твоя пещера, с сегодняшнего дня ты будешь жить здесь!

Удивлению Ра не было предела: разрисованные стены, таинственные надписи, высокий свод над головой, похожий на небо, цветы, ковры и разнообразные вышитые подушки. Все это поразило мальчика.

— Нравится? — спросил Андрей.

— Очень! — ответил Ра и тут же спросил с нетерпением в голосе:

— Андрей, а когда ты научишь меня чтению и другим наукам, чтобы я поскорее смог прочесть и понять то, что изображено и написано на этих стенах?

— Мы уже опоздали на три дня, поэтому не будем терять время и начнем сейчас же! — ответил Андрей спокойно.

Он достал из ниши, высеченной в стене, кувшин, наполненный какой-то жидкостью, налил в глиняную чашу и протянул мальчику. Ра, после долгой и нелегкой дороги, хотелось пить, и он подумал, что Андрей дает ему обычную воду, чтобы утолить жажду. Но как только он поднес чашу к губам, то почувствовал, что это не простая чистая вода, а вода с очень приятным и необычным запахом и вкусом. Ра с удовольствием осушил чашу до дна, и его тело сразу наполнилось силой и бодростью.

— Что это было, Андрей?

— То, что сейчас тебе очень нужно, чтобы восстановить силы.

Андрей тоже выпил полную чашу и поставил ее на место. Затем он подвел мальчика к одной из стен, и шепотом, словно их мог кто-то услышать, произнес таинственным голосом:

— Видишь, это та гора, в сердце которой мы сейчас находимся, а вот наши пещеры. За этой горой восходит солнце, посмотри на восходящее солнце…

На рисунке Андрея была изображена гора, освещенная золотыми лучами, тянувшимися кверху, к своду пещеры.