Амулет Добра

Донцова Дарья

– Я хорошая! – подпрыгнула Куки. – Я всегда говорю правду! Зачем ты сказала, что я плохая?!

Капа отложила вилку.

– Куки, ты опять все неверно поняла. Мама не говорила, что ты плохая! Даже очень хорошая собака может совершить неправильный поступок. Я тебя люблю, поэтому воспитываю. Мафи, не сиди с раскрытым ртом, ешь!

Щенок откусил от неизвестного ему предмета и замер.

– Ну как? – осведомилась Зефирка.

Мафи молчала.

– Это маффин, – пояснила Муля, – тебя в честь него назвали. Теперь попробуй какао.

Мафи

покорно сделала глоток и опять застыла.

– Мама! Она язык проглотила, – захихикала Куки, – наверняка у нас будет еще одна Феня!

Высокая худая мопсиха в круглых очках, сидевшая возле Зефирки, опустила голову, вздохнула, потом вдруг еле слышно спросила:

– А входную дверь заперли? Уже вечер.

– Не волнуйся, Фенечка, – ответила Зефирка, – все хорошо.

– Мне не по себе, – прошептала Феня, – вдруг кто-то придет, унесет мои книги.

Куки закатила глаза.

– Кому они нужны! Ужасно скучные! Толстые!

Белка Матильда укоризненно посмотрела на Феню.

– Нельзя быть такой трусливой.

– Просто опасаюсь за старинные издания, – прошептала Феня. – Мне их мопс Черчиль дал, разрешил из библиотеки домой принести. Они очень ценные.

– Дорогие книги – красивые, – перебила Куки, – разукрашены бисером, блестками, камушками. Они всегда с картинками, в переплетах, на которых золотыми буквами название написано. А у тебя старые тома, рисунков в них нет! Пылью пахнут. Они твою спальню делают похожей на магазин барсука Пети, к нему никто не ходит, потому что он сам не помнит, где какие конфеты лежат, полный беспорядок у него в лавке. Мама, я права?

– Не совсем, – ответила Муля.

Феня поправила очки.

– Куки, в книге главное – содержание, в моих скучных изданиях можно найти ответы на все вопросы. Если научишься читать, то никогда не будешь одинокой, книги – лучшие друзья и прекрасные учителя, они помогут стать лучше, воспитают душу, научат думать.

Белка Матильда засмеялась.

– Фенюша, много размышлять вредно, лучше работать. Что ты сегодня делала? В смысле, лапами? Как маме помогла?

– Ну… читала историю Прекрасной Долины, конспектировала ее, составляла памятку по борьбе с вольфами, – пробормотала Феня.

Зефирка отпила какао.

– Феня, вольфов не существует, это все сказки.

– У меня другое мнение, – прошептала Феня.

Капа постучала ножом по тарелке:

– Внимание! К нам приехала Мафи, давайте уделим ей внимание. Куки сейчас замолчит, Феня перестанет рассуждать о вольфах, а Зефирка прекратит лопать маффины. Дорогая, шестой кекс за две минуты – это слишком.

– Мама, – заныла Куки, – почему Капа опять командует?

Муля стряхнула со скатерти крошки.

– Капа старшая сестра, ее надо слушаться. Зефирка, вспомни, что тебе велел врач? Мопсихе, которая сидит

на диете, больше двух маффинов с какао есть нельзя.

– Она уже седьмой лопает, – немедленно влезла Куки.

Белка Матильда поморщилась.

– Ябедничать нехорошо.

– Нехорошо, – хором повторили черепашки Че и Ге.

– Я просто сказала как есть! – возразила Куки.

– Не всегда можно правду вслух произносить, – объявила Зефирка, – бывает хорошая правда, а бывает плохая.

– Нет! Правда всегда хорошая, – уперлась Куки, – просто тебе она сейчас не понравилась.

Капа повернулась к гостье:

– Мафи! Почему ты молчишь? Тебе не по вкусу кексы? Или какао не сладкое?

– Она вылизывает тарелку, – захихикала Куки. – Фу, бе-е! Это невоспитанно!

– Невоспитанно говорить кому-то «невоспитанно», – хмыкнула Матильда.

– Мама! Белка мне замечание делает, – подпрыгнула Куки. – Она мне не сестра.

Муля промолчала, а Мафи смутилась.

– Простите. Там оставались крошки.

– Тебе понравилось угощенье, – улыбнулась Муля, – я рада.

– Вкуснее ничего в своей жизни не ела! – выдохнула Мафи.

– У нас, похоже, появилась вторая обжора, – объявила Куки.

– А кто первая? – спросила Зефирка.

– Ты, – хором сказали черепашки.

– Просто у меня хороший аппетит, – ответила черная мопсиха, – если тело здоровое, оно есть хочет.

– Но если тело все время будет есть, оно станет совсем здоровенным и у него заболит живот, заломит лапы, как у Черчиля, – менторски заметила Капа.

– И придется покупать новую одежду, – добавила Феня, – на мой взгляд, лучше заработанное потратить на книги.

– На игрушки, – оживилась Куки, – мячики, грызальные палочки.

Капа повернулась к миниатюрной мопсихе, которая до сих пор не произнесла ни слова:

– Марсия, почему ты сидишь над пустой тарелкой?

– Мне обидно, – дрожащим голосом произнесла та, – все заняты Мафи! Обо мне никто не думает.

– Мафи только что приехала, – пробормотала Зефирка, – поэтому ей надо уделять внимания.

– И забыть про меня? – надулась Марсия. – Даже кекса не дали!

– Вон их сколько, – ласково сказала Муля, – целое блюдо, бери любой.

– Мафи ты сама на тарелку сладкое положила, – не успокаивалась Марсия. – Понятно. Я ухожу. Я на всю жизнь обиделась! Навсегда. Никогда вас не прощу.

– Дорогая, – начала Муля, но Марсия вскочила и убежала.

– Она из-за меня расстроилась? – испугалась Мафи.

– Не обращай внимания, – захихикала Куки, – Марсия вечно на всех дуется.

– Мне пора домой. Спасибо за вечернее какао!

Феня тоже поднялась.

– Запру за тобой дверь.

– Не беспокойся, – попыталась остановить мопсиху Матильда, – я сама расчудесно справлюсь.