Амулет Самарканда
Шрифт:
Натаниэль обозлился.
— Ты вел себя слишком неосторожно! Я просил тебя разузнать побольше о Лавлейсе, а не ставить меня под удар.
— Не бушуй. Я как раз выполнением твоего поручения и занимался. Именно у Пинна я и разузнал про Амулет. Лавлейс украл его у волшебника, работавшего на правительство, некоего Бихэма, — при этом Бихэму перерезали горло. Правительство очень хочет вернуть Амулет. Я узнал бы и больше, но тут по сигналу тревоги приперся африт и отволок меня в Тауэр.
— Но ты оттуда бежал. Как?
— А тут произошла одна интересная штука, — сообщил Бартимеус. —
— А чего тут думать? Хотел получить Амулет обратно.
— Вот именно. И он собирается вскоре его использовать. Он сам об этом сказал прошлой ночью. И Факварл говорил то же самое: что в ближайшую пару дней Амулет собираются использовать для чего-то серьёзного. И что время дорого.
В сознании у Натаниэля шевельнулись какие-то полузабытые воспоминания.
— В Парламенте кто-то говорил, что Лавлейс что-то вскорости устраивает, не то бал, не то конференцию. Не в самом Лондоне, а где-то рядом.
— Да, это я тоже знаю. У Лавлейса есть то ли жена, то ли подружка по имени Аманда. Это она принимает у себя конференцию, в какой-то усадьбе или вроде того. Там должен присутствовать даже премьер-министр. Я видел эту Аманду дома у Лавлейса, ещё когда крал Амулет. Он изо всех сил старался обаять её, так что, видимо, она ему всё-таки не жена. Скорее всего, они даже не очень давно знакомы.
Натаниэль ненадолго задумался.
— Я слыхал, как Лавлейс говорил Скайлеру, что он хочет отменить конференцию. Это было, когда он остался без Амулета.
— Да. Но теперь он снова его заполучил. Душу Натаниэля вновь окатило волной ледяного гнева.
— Амулет Самарканда. Ты выяснил его свойства?
— Лишь немного сверх того, что я и так знал. Он давно уже славится как вещь необычайной мощи. Шаман, который сделал его, был воистину могущественным волшебником — куда могущественнее любого из нынешней своры ничтожеств. Его — или её — племя не имело письменности. Все их знания хранились в памяти и передавались исключительно из уст в уста. В общем, Амулет защищает своего носителя от магического нападения — с этим всё ясно. Это не талисман: его невозможно использовать для нападения — скажем, для того, чтобы убить своих соперников. Он работает лишь на защиту. Все амулеты…
— Не нужно читать мне лекцию! — оборвал его Натаниэль. — Я знаю, как работают амулеты.
— Я так, на всякий случай. Кто его знает, как у вас сейчас поставлено обучение. В общем, я сам имел случай удостовериться в силе Амулета, когда по твоему приказу подбрасывал его в кабинет Андервуда.
Лицо Натаниэля исказилось.
— Я его не подбрасывал!
— Конечно-конечно. Но Амулет легко и непринужденно управился с несчастным огненным заклинанием, которым был защищен кабинет. Просто впитал в себя весь заряд. А вчера ночью проделал то же самое с той убогой атакой Андервуда, как ты и сам мог видеть, болтаясь у меня подмышкой.
У Натаниэля болели глаза, и он, не удержавшись, потёр их. Теперь, когда он был сыт и немного согрелся, ему в первую очередь требовалось выспаться.
— Каковы бы ни были свойства Амулета, — продолжал тем временем джинн, — ясно одно: Лавлейс намеревается пустить его в ход в ближайшие несколько дней, на той конференции, которую он устроил. Как именно он намерен его использовать? Трудно сказать. Ради чего? А вот это нетрудно. Он рвется к власти. — Джинн зевнул. — История древняя как мир.
— Предатель! — выругался Натаниэль. — Изменник!
— Всего лишь нормальный волшебник. Ты точно такой же.
— Что? Да как ты смеешь! Я…
— Ну, может, покамест не совсем такой. Погоди несколько лет. — Вид у джинна сделался скучающий. — Ну так что ты предлагаешь?
Тут Натаниэля осенило.
— Я вот думаю… — сказал он. — На Парламент напали два дня назад. Как ты полагаешь, за этим тоже стоит Лавлейс?
Джинн явно заколебался.
— Сомневаюсь. Очень уж дилетантски всё было проделано. И кроме того, судя по переписке Лавлейса, они со Скайлером ничего такого не ожидали.
— Мой наставник думал, что это дело рук Сопротивления — ну, тех людей, которые ненавидят волшебников.
Бартимеус ухмыльнулся.
— Вот это уже больше похоже на истину. Будь осторожен — возможно, сейчас они ещё недостаточно организованны, но в конце концов возьмут верх. Так было всегда. Посмотри хоть на Египет, хоть на Прагу…
— Прага в упадке.
— Пражские волшебники в упадке. И они более не у власти. Глянь сюда…
В одном месте прогнившие библиотечные полки обвалились, и стена была расписана разнообразнейшими надписями — в том числе там красовалось и несколько тщательно выписанных иероглифов.
— Ругательства Древнего Царства, — сказал Бартимеус. — Среди здешних преступных элементов есть весьма образованные люди. Вон тот иероглиф гласит: «Смерть господам». Если я не ошибаюсь, ты, малыш Натти, тоже к ним относишься.
Натаниэль не обратил внимания на этот выпад. Он старался привести мысли в порядок.
— Получается, что обращаться к властям за помощью против Лавлейса слишком опасно, — медленно произнёс он. — Значит, остается всего один выход. Я проберусь на эту конференцию и там разоблачу заговор.
Джинн многозначительно кашлянул.
— Мне казалось, мы уже договорились насчёт неразумного риска… Осторожнее — мне твоя последняя идея кажется чистым самоубийством.
— Вовсе это не самоубийство. Надо только всё тщательно продумать. Прежде всего нужно узнать, где и когда будет проходить конференция. Это, пожалуй, будет непросто… Тебе отправиться на разведку. — Натаниэль, не сдержавшись, выругался. — Но всё это требует времени! Будь у меня с собой несколько книг и нужные благовония — я бы набрал целое войско бесов, столько, что хватило бы приставить к каждому министру! Хотя нет — бесов трудно контролировать. Или я мог бы…