Анализ Безумца
Шрифт:
– Ну, потому что....
– Нет, не потому что они идеальные.
– Ну тогда наверняка из-за…
– И нет, не потому что богаты, или самоуверенны, а потому что им просто-напросто хорошо с человеком, и даже если ты просто великолепный любовник с прекрасными манерами, поэт, музыкант, интеллектуал, спортсмен, миллиардер, космонавт, чемпион мира по поеданию пончиков на время, ты все равно не будешь любим за твои качества.
Людей любят за их смех, так не похожий на другие. За голос, который не спутаешь ни с чем, за взгляд, который способен
В этом уникальность любви, и её скорбь. Каким бы ты ни был шикарным, ты просто не можешь заставить человека полюбить тебя. От некоторых людей ты не сможешь дождаться обыкновенной скрепки из сотни свободных, а другие подарят тебе целую вселенную, звезды и в придачу себя, не прося ничего взамен.
Осознание этого повергает меня в определенное уныние. В наше время можно пересадить сердце другому человеку, но нельзя пересадить любовь в чужое сердце, как бы ты ни старался.
– Тогда я не совсем понимал, о чём он говорит и лишь спустя некоторое время я понял его.
– Как говорила одна прекрасная фотомодель «Дита фон Тиз»:
Будь ты самым прекрасным на свете персиком, самым сочным, самым спелым, самым красивым, найдутся люди, которые просто ненавидят персики.
И вроде-бы мы должны радоваться, что нас полюбят такими, какие мы есть, но почему от этого мне грустно? Ну же, спроси меня!
– И почему же?
Да всё потому, что каждый из нас испытывал то чувство неразделенной любви, чувство, которое показывает тебе иллюзорное представление мира, что тебе нужен именно этот человек и ни один другой.
– Я вот не испытывал.
– Советую тебе, пока не поздно – попробуй. Иначе так и будешь думать, что это нечто прекрасное.
– О, боги… Самовлюбленного опять в сопли потянуло, не наливайте ему больше.
– Маяк, для твоих шуток есть определенное место и время. Нигде и никогда.
Эта ломка хуже любого наркотика, и возможно поэтому, все мы рано или поздно, так или иначе разочаровываемся в том, что когда-то называли любовью. И теперь, мы пытаемся оградиться от каких-либо чувств, проще говоря, боимся вновь показать какие мы ранимые. И в этом нет нашей вины.
– Сергей был уникальной личностью. Нет, не потому что он писал прекрасные стихи, каждый из которых действительно при всей своей простоте трогал душу за самое сокровенное, нет. Он умел чувствовать, жить, делать то, что нормальному человеку не под силу. Боятся не полюбить никого и при этом любить каждую. Кто он, если не безумец в любовных отношениях?
В такие моменты всегда
– Я боюсь, что тот, кому я поверю, снова разобьет мне сердце.
– Я вас понимаю. У меня были чудесные роликовые коньки. Я так боялся их сломать, что не надевал, и хранил в коробке. И знаете, что случилось?
– Нет.
– Я из них вырос. Так ни разу и не покатался. Только пару раз примерил в спальне.
– Сердце человека и его чувства совсем не коньки.
– Но сходство есть. Скрывать свое сердце, или дать его разбить, какая разница? Если прятать свое сердце, то будет как с моими коньками. Когда вы решитесь, ничего не получится. Попробуйте! Вам нечего терять.
P.S. (Один дома) – Кевин.
– В том, что мы когда-то доверились не тому человеку, вины нашей нет. Но в том, что теперь мы боимся довериться кому-либо – виноваты исключительно мы.
Знаешь, мой дорогой друг, каждый день чем-то, да заканчивается и я искренне хочу, чтобы хотя-бы один день ничем не закончился, поэтому уйду по-французски.
Дневник Безумца. День второй.
– Доброе утро, любимый. Как спалось?
– Доброе, Люси. Очень даже ничего. А тебе?
– Ну, я не спала толком, работала над проектом. Прости, но ближе к утру уснула и ничего приготовить не успела. А сейчас мне пора ехать, начальство вызывает на очередное сверхважное собрание.
– Опять в выходной… Родная, не стоит себя изводить, может подыщешь работу с заработком поменьше, но и проблем будет с работой тоже не так много. Ты бы могла заниматься детьми, а я бы поискал работу, где платят больше.
– Адам, не смеши меня. Этот мир слишком жесток, чтобы расслабляться в самый неподходящий момент. Завезешь детей в школу? А то я уже не успеваю.
– Да, конечно. Чего хочешь на ужин?
– Хочу, чтобы все были такими добрыми как ты, Адам. Ничего не нужно, я покушаю на работе.
– Ладно. Дети кушали?
– Блин, я совсем забыла…
– Ничего страшного, езжай на работу.
– Рома, Джули, вставайте, пора в школу.
– Ну блин, пап… Можно мы хотя бы сегодня не пойдём? Так не охота…
– Ребят, я вас прекрасно понимаю. В вашем возрасте я тоже не хотел вставать рано утром и идти в школу, ради каких-то знаний.
– Но?
– Но вам нужно привыкать к тому, что когда вы вырастите, вам нужно будет самостоятельно вставать и идти на работу каждое утро, а если мы с мамой вас не приучим к дисциплине, то вам будет очень тяжело во взрослой жизни, а мы хотим, чтобы в дальнейшем вам было проще.
– Ну пап, ну один денёк то можно отдохнуть?
– Я не устану вам напоминать, что этот мир не знает справедливости, и вам нужно быть сильными, чтобы достичь успеха, поэтому давать слабину ни мне, ни вам категорически нельзя, запомните каждое наше действие несет последствия, как хорошие, так и плохие.