Ананке
Шрифт:
— Да. Но в маленькой ракете — и на Луне. Чем длиннее и тяжелее корабль, тем труднее восстановить равновесие при потере скорости, особенно если начинается крен.
— Клайн вас слышал?
— Не знаю. Должен был слышать.
— Он взял на себя управление?
Пиркс хотел было сказать, что все это можно узнать по лентам, но вместо этого ответил:
— Нет.
— Откуда вы знаете? — это спросил Романи.
— По контрольной табличке. Надпись «Автоматическая посадка» светилась все время. Она погасла, лишь когда корабль
— А вы не думаете, что у Клайна уже не оставалось времени? — спросил Сейн. Его обращение выглядело подчеркнутым — ведь они были на «ты». Словно бы между ними обозначилась некая дистанция… может, враждебность?
— Ситуацию можно математически промоделировать, тогда выяснится, были ли шансы, — Пиркс старался говорить конкретно и по-деловому. — Я этого знать не могу.
— Но когда крен превышает 45 градусов, равновесие уже невозможно восстановить, — настаивал Сейн. — Ведь верно?
— На моем «Кювье» это не совсем так. Можно увеличить тягу сверх установленных пределов.
— Перегрузки больше двадцатикратной могут убить.
— Могут. Но падение с высоты пяти километров не может не убить.
На том и окончилась эта краткая дискуссия. Под лампами, включенными, несмотря на дневную пору, плоско стлался табачный дым. Все курили.
— По-вашему, Клайн мог взять управление на себя, но не сделал этого. Так? — Хойстер продолжил свою линию вопросов.
— Вероятно, мог.
— А вы не считаете возможным, что ваше вмешательство сбило его с толку? — отозвался заместитель Сейна; Пиркс его не знал.
Здешние — против него? Он и это мог понять.
— Я считаю это возможным. Тем более что там, в рулевой рубке, люди что-то кричали. По крайней мере похоже было на это.
— На панику? — спросил Хойстер.
— На этот вопрос я не буду отвечать.
— Почему?
— Надо прослушать ленты. Это ведь не точные данные. Шум, который можно истолковать по-разному.
— А наземный контроль, по вашему мнению, мог еще что-нибудь сделать? — с каменным лицом спрашивал Хойстер.
Похоже было на то, что внутри комиссии назревает раскол. Хойстер был с Большого Сырта.
— Нет. Ничего.
— Вашим словам противоречит ваше собственное поведение.
— Нет. Контроль не имеет права вмешиваться в решение командира в такой ситуации. В рулевой рубке ситуация может выглядеть иначе, чем внизу.
— Значит, вы признаете, что действовали вопреки установленным правилам? — снова вмешался заместитель Сейна.
— Да.
— Почему? — спросил Хойстер.
— Правила для меня не святыня. Я всегда делаю то, что сам считаю правильным. Мне уже приходилось за это отвечать.
— Перед кем?
— Перед Космическим Трибуналом.
— Но ведь с вас сняли все обвинения? — заметил Боулдер.
Большой Сырт — против Агатодемона. Это было почти очевидно.
Пиркс промолчал.
— Благодарю вас.
Он пересел на стул, стоящий в сторонке, потому что
— Командор…
— Слушаю.
— Вы ни на кого тут не…
— Не надо так говорить. Ставка слишком высокая, — перебил его Пиркс.
Романи кивнул.
— Вы пока что останетесь здесь на 72 часа. Мы уже договорились с Базой.
— С Землей? — изумился Пиркс. — Мне кажется, я уже ничем но смогу помочь…
— Хойстер, Рааман и Боулдер хотят кооптировать вас в комиссию. Вы не возражаете?
Сплошные сыртийцы…
— Если б я и захотел возразить, то не смог бы, — ответил Пиркс, и на этом они расстались.
В девять вечера собрались снова. Прослушивать ленты было тяжело, но еще тяжелее было смотреть фильм, запечатлевший все фазы катастрофы с того момента, как вспыхнула в зените зеленая звезда «Ариэля»…
Затем Хойстер подытожил предварительные результаты расследования:
— В самом деле похоже, что подвел компьютер. Он действовал так, словно «Ариэль» шел на пересечение с какой-то посторонней массой. Регистрационные ленты показывают, что он превысил допустимую мощность на три единицы. Почему он это сделал, мы не знаем. Возможно, что-то выяснится в рулевой рубке.
Он имел в виду регистрационные ленты «Ариэля»; Пиркс в этом отношении был настроен скептически.
— Что происходило в рулевой в последние минуты — невозможно уразуметь. Во всяком случае, компьютер подвел не в смысле оперативности. В самый критический момент он действовал вполне исправно — принимал решения и давал команды агрегатам в течение наносекунд. И агрегаты до конца работали безупречно. Это совершенно точно. Но мы не обнаружили абсолютно ничего, что могло бы свидетельствовать о внешней или внутренней опасности, мешавшей нормальной посадке. С семи часов трех минут до семи часов восьми минут все шло идеально. Решение компьютера об отмене посадки и о заранее обреченной попытке стартовать пока ничем объяснить не удается. Коллега Боулдер?
— Я не могу этого понять.
— Ошибка в программе?
— Исключено. «Ариэль» много раз садился по этой программе на оси и с любых возможных траекторий.
— На Луне. Там притяжение меньше.
— Это может иметь некоторое значение для тяговых двигателей, но не для информационного комплекса. А двигатели не подвели.
— Коллега Рааман?
— Я не очень знаком с этой программой.
— Но вы знаете эту модель компьютера?
— Да.