Андер
Шрифт:
Судя по разбитому состоянию, в котором я пребывал по пробуждении, побыть в объятиях Морфея мне удалось совсем немного. Ещё не понимая, от чего проснулся, несколько минут бездумно пялился в потолок, непроизвольно прислушиваясь к тому, что происходило за дверью.
Вроде, тихо, никакой суеты.
С неохотой выбравшись из-под одеяла, окинул взглядом комнату, но вчерашнего костюма не обнаружил, что означало: его забрали, пока я спал. В прошлой жизни спал я очень чутко, но сегодня мне можно было под ухом играть на горне — всё равно бы не услышал.
Стоя под прохладным душем,
Магия.
Вот, что мне показалось неправильным! Магия, «запаха» которой я не почувствовал.
Можно, конечно проигнорировать это: не почувствовал, и чёрт бы с ним, но — нет. По сути, эта моя странная способность была чем-то вроде индикатора: я до вчерашнего случая всегда точно знал, когда в ход шла магия. И если во время прямого боя умение чувствовать «запах» становился практически бесполезным, то вот ощущать скрытую волшбу, когда противник считает, что действует скрытно, было очень и очень полезным умением, дававшим преимущество.
Об этой особенности я не сказал даже Константину, справедливо считая, что у каждого должны быть свои секреты. И ежели мой случай не единичный, о чём я узнаю я очень скоро, тогда мне расскажут, как этим правильно пользоваться. А вот если нет — сами понимаете.
Так вот, возвращаясь к столкновению на заводе, на протяжении которого мои ноздри отчётливо ощущали запах лёгкой гари, будто только что потушили зажжённую спичку….
Заклинания огненной стихии Арнье имели именно такой аромат. Что примечательно, само по себе магическое заклинание в природе, если можно так выразиться, запаха не имеет, поскольку это лишь реализация воплощения стихии, к которой ты склонен, при помощи собственного магического резерва.
А вот Райта я не чуял ни до, ни после применения магии. И если бы собственными глазами не видел, что он там вытворял, то с полной уверенностью утверждал бы, что этот человек магическими способностями не обладает. Понятно, что я не являюсь экспертом в магической идентификации, но на основе полученного мной здесь опыта, уже могу делать кое-какие выводы.
Посещение ванной меня немного взбодрило, по крайней мере, лицу в зеркале не хотелось приказывать немедленно поспать минут так четыреста восемьдесят. Натянув чистый комплект одежды, заботливо оставленный вместо вчерашнего грязного, я вышел из комнаты.
— Добрый день, господин барон, — с улыбкой поприветствовала меня Энис, которую я обнаружил за дверью. — Как спалось?
— Спасибо, хорошо, — на автомате ответил я. — А где все?
— Все? — удивилась она. — Кого вы имеете в виду? Если вы о сёстрах, то они сейчас гуляют по территории. Господин Арнье с утра уехал, ещё не возвращался. А господина Георга я сейчас найду, скажу, что вы хотели его видеть.
— Спасибо, Энис, — поблагодарил я девушку. — А в этом доме когда кормят?
—
Ответить я не успел, моё внимание переключилось на торопящегося к нам Георга.
— На ловца и зверь бежит. Что-то случилось? — поинтересовался я у него, замечая слегка встревоженный взгляд.
— К нам прибыли представители попечительского комитета по делам несовершеннолетних представителей дворянских семей, — взволнованно доложил управляющий, а Энис испуганно прикрыла рот.
«А из детской комнаты милиции никого не было? — захотелось мне спросить, и начавшее налаживаться настроение стремительно ухнуло вниз. — Этого говна нам ещё сейчас не хватало».
— Понятно, — задумался я. — Позвони Арнье и сообщи ему. Только скажи, что поставленная ему вчера задача более приоритетная, чем какие-то там представители, хорошо? А с этими товарищами я, думаю, и сам разберусь. И да, пусть несколько парней Арнье будут неподалёку. Так, на всякий случай.
— Будет сделано, господин барон, — сдержанно кивнул Георг, доставая коммуникатор. — Прикажете впустить гостей?
— Запускай, конечно. Не держать же их у ворот. Энис, принеси мне, пожалуйста, кофе в гостиную. Только большую чашку, а не те, которые…, — предупредил я девушку, которая несколько раз пыталась подавать его в маленьких, в которых и пить-то нечего. Так, на глоток. — Пойдём встречать? — это уже Георгу. — И лицо сделай попроще, — хмыкнул я укоризненно. — Ты управляющий, а не лань перепуганная.
Представители комиссии вызвали у меня лёгкое недоумение своим составом. Одного из прибывших я уже знал и совсем не ожидал его сейчас видеть. С остальными двумя дамами преклонного возраста, придётся знакомиться на ходу, но уже пришло понимание — знакомство не задастся.
— Доброе утро, Дик, — поприветствовал я следователя.
Думаю, что не ошибусь, если предположу, что господин следователь выполнял роль своеобразного участкового на вверенной ему территории, поскольку уже третий раз я вынужден наблюдать его помятое лицо с печалью усталости и лёгкого недовольства. Отметив на нём тот же самый пиджак, в котором он приезжал прошлые разы, я слегка кивнул своим мыслям.
— Здравствуйте, господин барон, — вздохнул Дик, бросив короткий взгляд на чашку кофе в моих руках. Не знаю, что это был за сорт, но терпкий запах, витавший в гостиной, смешиваясь с ароматами свежей выпечки, доносящихся из кухни, мог вызвать слюноотделение даже у плотно позавтракавшего человека.
— Доброе утро, — сухо поздоровалась одна из дам, мазнув по мне водянистым, ничего не выражающим взглядом. — Меня зовут Илона Штайер, и я сейчас представляю выездную комиссию имперского попечительского совета. Могу ли я поговорить с делопроизводителем Рода?
— Рад знакомству, госпожа Штайер, — чопорно ответил Георг вместо меня. — Моё имя Георг, временно занимаю должность управляющего поместьем. Чем могу помочь?
К стыду своему, я не знал, кто у нас выполнял обязанности поверенного Рода, поэтому сейчас внимательно слушал, не спеша лезть в разговор.