Андервуд. Том 2
Шрифт:
— Был бы благодарен, — согласился на предложение Ник.
Неохота ему было служить объектом пристального наблюдения прихожан. Тем более, в таком маленьком пока ещё недостроенном городке как Р3 все друг друга знают, так что, тут без вариантов.
— Вот и отлично, жду вас завтра к обеду, — так же быстро, как и познакомился, попрощался архиепископ Кефрис.
Культ богини Земли или как её ещё называли в народе «Мать Земля», довольно широко распространился, практически не имея конкурентов. Разве что только в лице других рас. Особенно выделялись Крайние.
Постоянные попытки присоединить отступников не увенчались успехом. По итогу мутанты придумали свою религию и церковь, в которую тут же влили уйму денег. Благо прихожане бессовестно богатые, хоть их и меньше, чем людских.
За сегодняшний день новость от архиепископа — лучшая. Понятное дело, священнослужитель хотел потом попросить об услуге, но ведь Нику ничто не мешает отказать, в случае совсем уж невыполнимых требований. Так что сделка стоила того.
Алекса при каждом беглом взгляде на неё всё так же провоцировала на внутреннюю борьбу. Это как потерявшему когда-то руку показывать её в целости и сохранности: давать пошевелить пальцами, вспомнить старые ощущения, но лишь на короткий миг. Чтобы потом это всё снова отнять.
Жизнь в Андервуде закалила его по многим фронтам, но, похоже, прошлое каким-то образом нагоняет его. Он хорошо научился контролировать свои эмоции, это тело всякого повидало и иногда приходилось глотать такое дерьмо, чтобы выжить, что диву даёшься. Так, что внешне всё в порядке.
Он бы и не триггернулся, если бы не закос аристократичной стервозной блондинки под сдержанную леди. Этот чёртов контраст и сразу накатило. Дьявол!
Он думал сходить ещё куда-то, но неожиданно в его планы вмешался Ганс.
— Нужно поговорить, — сразу же предложил он и оба направились в ближайшее заведение с напитками погорячее.
Кажется, это был «Красный кабан» — простецкий как пять копеек кабак. Они заняли столик у стенки, где было меньше всего народа, и купили себе бутылку ягодной настойки для виду. Никто из них пить не хотел, но разговор обещал быть интересным.
— В общем, Сомс был прав тогда, — скомкано начал он, переливая багровую жидкость в грязный стакан.
— Ты по поводу богатства? — тут же вспомнил Ник.
— Да, я подумал, что нечестно будет не объясниться. Тем более, нам скоро на такие задания ходить…
— Что ж, ты прав, — вздохнул он и чуть отодвинул бутылку от себя.
— Я не врал вам — у меня действительно не было денег. Мне пришлось уйти из рода. Отец… — Ганс опрокинул вдруг в себя эту гадость и сморщился. — Фу, ну и дерьмище, дай-ка, — он быстро засунул в рот солёную закуску, чтобы загасить эффект. — В общем, отец встал в позу и не захотел защищать нашу честь. Да и хрен бы с ней, — кажется, его немного развезло, щёки покраснели. — Он будто и не был женат. Знала бы тогда мать, что так всё будет…
— Что случилось? — просто спросил Ник и сам подлил в опустевший стакан друга.
Тот снова проделал операцию с уничтожением ненавистного напитка и рассказал свою историю. Ник знал, что Арлинги, да и некоторые аристократы,
Аристократов в Республике Андервуд было мало, и никто их не любил. Несмотря на равенство прав, эти ребята выделялись из общей массы и даже не своими привилегиями, нет. Они сохранили единство против новой системы управления — Совета. Эти две несовместимые друг с другом фракции тем не менее вполне себе ассимилировались, и в Совете сидело много аристо.
Это как покусавшей тебя собаке дать право голоса в своём доме. Каким-то чудом все эти кланы и древние рода смогли выжить, подкупить, подмазать, кого нужно и вывернуться. Даже сохранили неформально старые права. Их просто никто не трогал.
Взамен они много чего давали: кто силу, кто деньги, а кто-то возможность влиять на ход мыслей простого населения.
Ник хоть и был всё это время подавленным овощем, пока рос, но информация волей неволей сама накапливалась, а что-то он узнавал от старших товарищей. Две трети из которых уже нет в живых.
Так вот, чтобы аристо так поступили с женщиной другого рода — это надо серьёзно берега попутать. У них тут был свой кодекс чести, но, похоже, совсем уж облинял, местами выцвет, а кое-где заскорузлый палец потёр буковки.
— Ты поможешь мне? — осоловело спросил Ганс.
— Конкретизируй.
— Я хочу отомстить за её смерть, м-мне, — он икнул и прикрыл глаза, собираясь с мыслями, — мне нужна помощь в одном дельце сейчас, — он пробежался взглядом по заведению, но рядом с ними никого не было и говорили оба достаточно тихо. — Я хочу через Хисториусов размазать Арлингов, понимашь? — проглотил он последние буквы.
Ник задумался и не находил связи, о чём честно поведал.
— У них п-перемирие сейчас, — склонившись ещё ниже, Ганс дышал на него ягодной настойкой. — Н-не могу уг*ндошить п-просто так, нужно с-стравить, а когда начнётся война… — он откинулся назад и, блестя глазами, кивнул ему, намекая, что под шумок-то поделает свои дела.
Ник не спешил с ответом. То, что предлагал его товарищ, могло в случае провала наглухо уничтожить репутацию обоих. Он сейчас Жнец и имеет какое-то влияние. Если восстановит против себя всех аристо, то будет сложно собирать команду — у тех много грамотных бойцов и магов, которых он рассчитывал со временем переманить.
— План придумал?
Ганс кивнул.
— Выкладывай, — провёл рукой по столу Ник.
— Ты согласен?
— Это будет зависеть от того, как ты всё обрисуешь, — неопределённо ответил Ник.
Сюда вмешивалось много «Но». Ганс спас ему жизнь, тут спору нет, и он бы без раздумий кинулся помогать другу и даже подкорректировал бы все эти интриги так, что комар носу не подточит. Но с недавнего времени включилась и другая переменная. Алекса Хисториус.
— Сейчас у них маленькое недоп-понимание, — чуть хохотнув, выложил аристо, — но этого недостатчно.