Андервуд. Том 2
Шрифт:
После этих слов «манекен» сенсея поджал живот, напряг мышцы пресса и широко расставил ноги, чтобы не упасть. Про силу Саймона тоже ходили легенды.
Однако всё оказалось прозаичней. Детина просто получил удар по яйцам и упал. А затем огненный луч из руки учителя года чуть не сжёг ногу несчастного. Тот каким-то нутром почуял, что надо ползти, бежать, что угодно делать, лишь бы спастись.
— Смешно? Тебе с*ка смешно? А так? — он расплавил подошву обуви здоровяка, продолжая шагать в сторону ползущего и приближать раскалённый луч.
Послышался
— ТОЛЬКО СЛОМАЙТЕ МНЕ ЗАБОР, ГНИДЫ! — теперь уже в обеих руках было по зарождающемуся фаерболу. — Я вас тут всех положу. Учиться они пришли. Кому там смешно было? Я что клоун? Я похож на клоуна?
Это так он вербует учеников? Ник еле сдерживался от фэйспалма. Половина народа выбежала за периметр через открытую калитку, и пустилась наутёк. С ними ещё и часть стоявших за усадьбой.
— Что больше не хочется учиться? — спросил он оставшихся.
Внутрь вошли те, кто не сдрейфил, и заняли места сбежавших трусов.
Народ стоял и пялился вперёд в пустоту, никак не реагируя на поношения сенсея. По своим повадкам Саймон сейчас смахивал на матёрого сержанта, катком уничтожающего остатки свободомыслия в головах новобранцев. Однако вскоре он замолчал. Люди рассчитались, и выяснилось, что осталось всего сорок шесть человек.
— Теперь слушайте меня, — уже более спокойным голосом приказал он. — Разбейтесь на пары и по очереди заходите в тренировочный круг. Кто проиграл — свободны. С победителями будем заниматься дальше.
Ник с Гансом подавали сражающимся деревянные мечи и постепенно толпа рассасывалась — проигравшие кто понуро, кто со злостью покидали школу, больше не претендуя на место.
Бои были ожесточёнными — грызлись за каждый сантиметр арены, в ход шли уловки, домашние заготовочки и одного даже дисквалифицировали за слишком уж подлый приём — молодой вормлинг распылил какую-то гадость в глаза противнику и закончил дуэль.
Это были измельчённые семена слезоточивого растения. В реальном бою подобный финт приветствуется, но Саймон огласил правила: без магии и только на мечах. Поэтому ушлый хитрочервь получил пинок под зад, а пострадавшего Кира тут же отвела в сторону и сделала лечебный компресс.
В основном ребята были молодые: от подмастерьев и выше. Была даже парочка мастеров душ, но для сенсея это ничего не значило. Ведь заполнить сосуд ещё не главное — сделать это можно и за счёт других людей. Важны умения бойцов, либо упрямство, воля и твёрдый дух. Именно за последние три качества Ника и взяли в ученики.
Он понял, что Саймон устроил весь этот концерт, чтобы отсеять лишних. Спустя три часа перед ними стояли двадцать три оставшихся молодца. Все они показали достойный уровень фехтования, а некоторые вполне могли пободаться и с Гансом.
Ник не преуменьшал заслуг товарища, как это делал Саймон, раззадоривая того на спортивную злость. Он видел результаты и был уверен в аристо — такой не подставит, не испугается и всегда
Сенсей отпустил прошедших первый этап и назначил тренировку на завтра, давая возможность отдохнуть и залечить раны.
— Скольких ты хочешь оставить? — спросил учителя Ник, когда относил мечи в кладовку.
— Пятерых, вместе с вами будет семь — этого пока достаточно, — пожевав губу, ответил полкуровка. — Посмотрим, может, вообще никто из них не пройдёт, — с этими словами он хмуро проводил взглядом спускающихся по холму воинов.
«Ого, как», — удивился про себя Ник. Если честно, он думал, что Саймон, наоборот, воспользуется шумихой и наберёт сотни четыре «учеников», возьмёт с них жалованье и будет плевать в потолок, подкармливая сказочками. А что — двадцать тысяч в месяц капает и нормально. Усатый аферист в деле.
Он улыбнулся своим мыслям, представив учителя в круглых чёрных очках Базилио, отдыхающего в шезлонге с коктейлем в руке. Всё же реальность оказалась другой: сенсей действительно мечтал сделать лучших из лучших. Зачем?
Ник хотел задать этот вопрос, но, глядя в серьёзное лицо Саймона, понял, что сейчас не время. Захочет, расскажет как-нибудь потом. Он сам не любил, когда ему лезли в душу с тупыми вопросами.
Закончив с инвентарём, Ник отправился к себе в комнату, чтобы приготовить пару-тройку чертежей под новые кастеты. Только в этот раз он учтёт полученный боевой опыт и добавит артефакторику.
Чтобы впрягаться в серьёзные игры, нужны игрушки аналогичного качества.
Освободившись, Ганс забежал на секунду к себе и запихал в сумку десяток волшебных минералов. Он спешил: сегодня или никогда. Один из не прошедших отбор учеников принёс записку с нужными сведениями и ценником за услугу.
Не все гильдии и отряды наёмников в Андервуде специализировались на монстрах. Были и те, кто предпочитали работать только с людьми: слежка, шпионаж, подрыв репутации, диверсии, убийства и всё, что портит существование разумных двуногих.
Ганс не мог дотянуться до Арлингов из-за недостатка средств, но сейчас у него на руках кругленькая сумма и вормлинг, что раздобыл важную информацию, обещал всё сделать тихо. Нужно подорвать доверие к известной семье. Если сразу убивать, то поднимется шум.
У них слишком благородная и безукоризненная родословная, так что в поиски виновных впрягутся даже кровные враги. А значит, нужно опозорить род, чтобы убрать не самых лояльных союзников. Запятнать честь.
Сейчас у Арлингов был худой мир с Хисториусами — другой влиятельной семьёй. Их ещё называли Гидрой за многочисленные связи по всей Республике и за её пределами. Разведданные, что получил Ганс, очень дорого стоили и о ведущейся работе знали лишь двое: заказчик и исполнитель. Оба понимали, что если попадутся, то простой смертью не отделаются, но игра стоила свеч.