Анфиса
Шрифт:
Меня разряды не задели: они скользнули по большим прозрачным щитам и ушли в землю; воину, поднявшемуся над порталом, они тоже не сделали ничего плохого, оказалось, что броня воинов клана Воздуха прекрасно защищает от электричества. Самострел почти беззвучно выстрелил и пробил кащеевского мага насквозь, молнии, вытекающие с руки тёмной фигуры, ударили через гарпун в него самого, и чёрный человек стал заваливаться на бок. Моментально рядом открылся портал, окружённый языками пламени, из него выскочил Егорушка, взмахнул пером Феникса, и огненный хлыст ударил по тёмному шару. Яркий жгут огня легко углубился в трепещущую волшебную субстанцию, и разрубленный портал захлопнулся с грохотом, больше
За это время мне удалось сделать только два шага вбок и выглянуть из-за щита воина воздуха, от увиденного сердце сдавило холодной рукой ужаса – Василиса лежала на земле, раскинув руки и неестественно подогнув ноги. Боковым зрением увидел, что из летящих самолётов начали десантироваться парашютисты, но меня это уже не интересовало. Кинув на землю ненужный хрустальный ларец, я бросился к Василисе. И тут у меня запоздало включилось моё «замедление реальности», опять все движения растянулись и превратились в непростительно тягучее шевеление – долго и тяжело, напрягая мышцы и надрывая связки, сделал пять шагов до Василисы, так же медленно подхватил её на руки и шагнул в Заповедный лес. Я толкал ногу вперёд и видел, как окрестности горы Семи ветров блекнут, уступая место очертаниям огромного камня со змеевиком из позеленевшей медной трубки.
Мне не повезло, нога попала на мягкую грязь на краю ручья, и я поскользнулся, хоть замедление реальности и не кончилось, но выровняться не получилось, поэтому постарался хотя бы смягчить падение для Василисы. Изогнув корпус влево, как при проведении броска через бедро, повернулся в воздухе и упал спиной в ручей, а сверху на меня приземлилась неподвижная Василиса. Умный источник выдал порцию живой воды и окатил нас с головы до ног, моё замедление на этом закончилось. Я переложил Василису на траву – она не дышала и выглядела бледной, вспомнил, что знал из правил оказания первой помощи, и стал делать искусственное дыхание рот в рот. Поднимал её руки вверх, резко опускал, нажимая на грудную клетку, затем припадал к её милым губам и, зажав ей нос, снова наполнял её легкие воздухом. После пятой попытки Василиса вздрогнула и начала дышать, умный источник, почувствовав ещё одного живого, вылил на нас новую порцию волшебной воды.
Из золотистого облачка верхом на помеле вылетела баба Вера, в правой руке остриём вверх она держала настоящий меч-кладенец, я это ощутил по той волшебной силе, что исходила от него, словно волшебное оружие почувствовало скорую битву и от этого в стальные жилы выплеснулся магический адреналин.
– Потом с женой сосаться будешь, – закричала Яга, не приземляясь, – с ней всё хорошо. Сама оклемается. Там такое творится! Прыгай ко мне!
Я посмотрел: Василиса дышала уже ровно и больше в моей помощи не нуждалась, поэтому спорить не стал и сел на помело позади Яги.
– Готов? – уточнила Яга. – Левой рукой хватаешьси за талию. Правой забираешь меч. Держаться крепко, махать аккуратно. Чтоб нам ничего не отрезать ненароком. Я табе прикрываю, ты рубишь. Поехали!
Меч оказался на удивление лёгким и удобным, в длину вместе с рукоятью он имел сантиметров восемьдесят, а весил всего граммов триста, его лезвие выглядело тонким, но при этом имело такую твёрдость, что совершенно не гнулось. Ручка кладенца казалась выполненной из того же куска стали, что и лезвие, только её, вероятно, сделали пустотелой внутри, поэтому он так мало и весил. Сам волшебный металл смотрелся серебристым с черноватым оттенком, что делало его похожим на червлёное серебро. Больше я разглядеть ничего не успел, так как верхом на метле, на огромной скорости мы вылетели на поле боя.
На огромном лугу рядом с горой Семи ветров действительно творилось что-то неописуемое:
Мы подлетели к чёрному порталу, взмах меча – взрыв! Пули ударились в защитное заклинание, поставленное бабой Верой, и остановились. Ещё взмах меча, и автоматчик стал заваливаться, распадаясь на две неравные части, но окончания падения я уже не увидел – помело, не сбавляя скорости, уже унеслось дальше. Краем глаза выхватил, как Егорушка выскочил из огромного плазмоида, рубанул пером Феникса тёмный портал и, не дожидаясь взрыва, прыгнул назад, секунда – и огненный шар растаял в воздухе, чтобы через несколько мгновений открыться в другом месте.
Ещё один кащеевский портал, взмах меча – взрыв! Автоматчик первый, второй, третий, ещё портал, взмах меча – взрыв! Парашютист и какой-то крылатый зверь – два взмаха меча! Портал, взмах меча – взрыв! Автоматчик! Портал! Взмах меча – взрыв! Где-то вдалеке я увидел Василису. Она в мокром сарафане, окружённая сияющим ореолом, бежала через поле боя. Пули, ударяясь в её сияние, вспыхивали и испарялись, а приближающиеся к ней солдаты Кащея падали бездыханными. Поворот, и я уже потерял Василису из виду. Портал! Взмах меча – взрыв! Автоматчик и огромная змея – два взмаха меча! Портал! Взмах меча – взрыв!
Внезапно порталы закончились. Как отрезало. Помело два раза обнесло нас вокруг горы Семи ветров, но больше новых не открывалось. Вдалеке, уже на горизонте, еле виднелись улетающие самолёты. Среди поля боя я разглядел Ирину, она несла раненого воина воздуха к деревьям, мгновение, и их фигуры скрылись в золотистом сиянии. Яга остановилась возле брошенного мной хрустального контейнера и сказала:
– Положи меч в ларец и отнеси в избушку. Я полетела спасать кого смогу. Работы мне, чую, будет немало.
Помело с бабой Верой взлетело и скрылось, я собрался вытереть кладенец о траву, но с удивлением заметил, что он чист настолько, будто его только что вымыли, – к волшебной стали, оказывается, ничего не липло. Поднял брошенный ларец, положил в него меч и закрыл крышку. В ту же секунду наполнявшее меня состояние могущества и победы куда-то пропало, а вместо него навалились усталость и отупение. На плохо гнущихся ногах доковылял до избушки и, только положив хрустальный ларец на полку, почувствовал облегчение, словно до этого нёс не лёгкую шкатулку с почти невесомым мечом, а стокилограммовую гирю. Тяжесть отступила, зато накатилась другая напасть: у меня перед глазами, словно в замедленном повторе, возник разваливающийся на части боевик, которого я разрубил первым. К горлу подкатился рвотный спазм, руки затряслись, а ноги предательски подогнулись, захотелось завалиться на лавку и отключиться, но пришлось себя пересилить и идти на выход – на поле боя оставались раненые и им требовалась помощь.
Выйдя из избушки, я шагнул к горе Семи ветров, обернулся в орла и полетел. Увидев раненого воина воздуха, перекинулся в человека, поднял и понёс его к источнику. Там собрались уже все наши – яблоку упасть негде, стоящие воины расступились и пропустили нас, положил раненого под струю живой воды, а дальше эстафету приняла Василиса. Она провела рукой и собрала все пули, вонзившиеся в беднягу, и только тут я разглядел, что раненый оказался девушкой-воительницей. В золотистом сиянии появилась баба Вера и принесла ещё одного окровавленного воина воздуха.