Ангел-Хранитель

Кирова Евгения

— И что? — он обнимает меня, а я оказываюсь прижата к столу.

— Это плохо может закончиться для меня.

— Ладно. Давай свою физику. Но полчаса же у нас есть?

— Есть, — соглашаюсь я, и снова отвечаю на его поцелуй.

РОМЕО И ДЖУЛЬЕТТА

— Сегодня на собрании тебя очень хвалили, — говорит мама. Мы ужинаем втроём, готовила я, папины любимые котлеты и картофельное пюре. — А ещё там была мама Соколовского. Очень неприятная и высокомерная женщина. Я очень рада, что ты меня послушала и не стала снова с ним встречаться.

Я начинаю кашлять.

Оказывается, даже пюре можно подавиться. Прошло уже две недели с нашего с ней разговора. Знала бы ты, мама, что я делаю все наоборот. Мы с Артёмом встречаемся, правда делать это совсем непросто. В школе мы делаем вид, что чужие друг другу. Все таки, когда мама учитель это накладывает определённые сложности. Видимся мы в основном по выходным и очень редко по вечерам. Каждый раз, собираясь гулять, я рассказываю родителям новую историю про то, что я иду заниматься, гулять, передать книгу кому-то из одноклассниц.

— Какая бы ни была у него мама, как это влияет на него? — спрашиваю я.

— Очень просто. Такие, как они, всегда относятся свысока к обычным людям, вроде нас.

И тут, конечно, мама не знает, что Инна Викторовна в те дни, когда мы видимся, очень доброжелательна ко мне. Поначалу она тоже казалось мне немного высокомерной, но сейчас я вижу, что это не так.

— Таня, давай закроем эту тему. Тем более за столом, — заступается папа.

— Я молчу. Чай пить будете?

— Нет, — я ухожу к себе в комнату и достаю телефон из под подушки. Пароль я давно поменяла, а вот телефон стараюсь не держать на виду. Пришло несколько сообщений от Артема, мы начинаем переписываться, я никак не могу стереть улыбку со своего лица.

"Мы с тобой, как Ромео и Джульетта," — пишу я ему.

"А кто это?"

"Ты правда не знаешь?"

"Да. Какой-то романтический фильм?"

"Ну, примерно так".

В субботу, когда "я иду к Маше Козловой, чтобы писать реферат," Артём, как обычно встречает меня за углом дома.

— У меня к тебе предложение, говорит он. — Сейчас мы пойдём ко мне и будем смотреть твой фильм про Ромео.

— Боюсь, он не очень тебе понравится.

— Мне интересно, почему ты сравнила нас с ними. И вообще, ради тебя я готов даже на такие муки, — он берет меня за руку.

Дома у Артема никого нет. За последние недели я даже ни разу не видела его папу. Мы заходим к нему в комнату, он включает телевизор и настраивает фильм, а потом садится рядом на диван. Как обычно, я засовываю ноги под себя, а голову кладу к Артему на плечо. Сегодня на нем футболка с коротким рукавом и я рассматриваю его татуировку, а потом аккуратно касаюсь её пальцами.

— Больно было?

— Не очень. Я уже привык к боли, ты же знаешь. Хотела бы сделать себе такую же?

— Даже не знаю. Наверное, нет, — я мысленно примеряю букву А к себе на запястье. Раньше я не хотела тату, но сейчас эта идея даже начинает нравиться мне.

Под конец фильма я плачу. Артем вытирает мои слезы подушечками пальцев.

— И чем по-твоему мы на них похожи?

— Родители были против их отношений.

— Но мои родители не против, — он

не договаривает, что все упирается в мою маму.

— Я знаю, что дело в моей маме. Ее как будто переклинило. Она вбила себе в голову, что виновата в смерти Миши и хочет меня защитить.

— Я понимаю. Хочешь вместе поговорим с ней?

— Давай ещё немного подождём.

— Как скажешь, — Артем обнимает меня и целует в шею, подталкивая меня на диван. Я подчиняюсь. По телу пробегают мурашки, мне очень нравятся его прикосновения. Он ложится сверху и целует меня. Его руки оказывается у меня под кофтой, он легонько гладит мой живот, поднимаясь все выше.

— Тёма, — я останавливаю его. — Я пока не готова.

— Какая же ты милая, — он утыкается носом мне в шею. — Будет все, как ты захочешь.

— Спасибо. Щекотно, — Соколовский щекочет меня. Я пытаюсь вырваться, но у меня нет ни одного шанса. Он встаёт и подаёт мне руку, чтобы помочь подняться.

— Не понравился мне твой фильм. У нас все будет по другому.

СЛУЧАЙНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ

После фильма Артем провожает меня домой, как обычно до угла. Сегодня мы долго не можем расстаться.

— Тёма, мне пора.

— Хорошо, увидимся завтра в школе, — он целует меня в щеку на прощание и я счастливая иду домой.

Возле подъезда я вижу папу, интересно, как давно он здесь стоит и видел ли нас вместе. Судя по пакету в руках, он ходил в магазин. Я делаю каменное лицо, будто ничего не было.

— Привет, пап. Чего стоишь?

— Я так понимаю, это тот самый Соколовский? — значит, видел.

— Да, — я смотрю на него в ожидании вердикта.

— Давай пока не будем говорить маме. Она в последнее время сама не своя, очень за тебя переживает, в этом году будет пятнадцать лет с того момента, как Миша разбился.

— Спасибо, пап. Ты самый лучший. Ты же понимаешь, что это все несправедливо?

— Понимаю, и её, и тебя.

— Как думаешь, она действительно отправит меня обратно?

— По крайней мере настроена она решительно.

В квартиру мы заходим с папой вместе. Мама зовёт нас ужинать, пока я помогаю ей накрывать на стол, она спрашивает:

— Что-то Дани давно не видно. Вы поругались?

— Нет, просто стали меньше общаться.

— Жаль, такой хороший мальчик, — я молча закатываю глаза. После факультатива по физике мы действительно почти не общаемся, только здороваемся при встрече в школе. Думаю, что он обиделся на мой отказ. Но почему-то не чувствую себя расстроенно, Артем затмевает все вокруг.

— Зови его почаще, пусть приходит.

— Хорошо, — только Данила Воробьева мне здесь и не хватало.

***

После уроков я складываю книги в рюкзак, надо мной нависает тень, я поднимаю голову и вижу Микаэлу. В классе мы остались одни.

— Привет, — здоровается она. — Я хотела бы извиниться перед тобой за все, что сделала. Я правда не хотела. Просто я так боялась Лизы.

— Я так и подумала. Спасибо, что отправила сообщение Артему, если бы не ты, мне тогда пришлось не сладко, — я вспоминаю нашу встречу с Лизой и её подругами.