Ангел-Хранитель
Шрифт:
— Ай, — вздрагивает Артем. Он смотрит на меня в упор, словно изучая. Я смущаюсь.
— Любишь драться, люби и раны обрабатывать. Кажется, все, — я убираю перекись водорода и пластырь в аптечку.
— Спасибо.
— Теперь можешь рассказать, что случилось, откуда ты знаешь мой адрес и почему пришёл именно ко мне.
— Как много вопросов. Была стрелка, началась драка. Я вообще знаю все и обо всех в классе, классуха — папина старая подруга. Пришёл к тебе, потому, что дома Марина, она обязательно сдаст меня предкам.
— Но
— Может у тебя есть женские штуки, чтоб замазать?
— Допустим, есть. С адресом все понятно, почему пришёл сюда предположим тоже. А вот, что за стрелка?
— Зернов вечно что-то с кем-то делит, а мы вписываемся за него. Сегодня ребята оказались посерьёзнее, чем обычно.
— Я вижу. Остальные ребята не пострадали?
— Мне досталось больше всех.
Я не знаю, что ещё сказать. Первый раз парень оказывается в моей комнате. Молчание прерывает шум открывающейся входной двери.
— Это, наверное, мама, — Соколовский смотрит на меня с испугом. Я смеюсь, такой храбрый, чтобы драться, и такой пугливый, когда речь заходит про родителей. — Можешь не бояться. Она у меня нормальная, ничего не скажет.
Я выхожу в коридор.
— Мам, привет. У нас гости. Мой одноклассник Артем Соколовский. Я помогаю ему с физикой, — Соколовский выходит из-за моей спины. Не испугался.
— Здравствуйте, — здоровается он.
— Добрый вечер, Артём, — мама никак не комментирует его лицо. — Вы голодные? Ужинать будете?
Я вопросительно смотрю на Артема.
— Спасибо за приглашение, но мне уже пора.
— Оставайся, посмотрим новую тему, — Кто меня тянет за язык? Я приглашаю своего вчерашнего врага на ужин.
— Вообще-то я не голоден. Но новую тему можем и посмотреть, — неожиданно соглашается Артем.
— Ладно, тогда сделаю вам бутерброды, — говорит мама и уходит на кухню.
Мы возвращаемся ко мне, я достаю учебники, но заниматься физикой нет никакого желания, собственно, как и у Артема. Он уже рассматривает мои книги, библиотека у меня, конечно не такая большая, как у него. Я чувствую неловкость. Соколовский, наоборот, расслаблен.
— Могу показать тебе свои работы по графическому дизайну.
— Давай, — он соглашается с энтузиазмом. Пока мы смотрит на ноутбуке то, что я делала за последние полгода, в комнату заходит мама. У нее на подносе две кружки с чаем и тарелка с бутербродами.
— Спасибо, — мы говорим синхронно.
— У тебя талант, — Соколовский откусывает одним махом половину бутерброда с колбасой. Я вижу, как он не голоден и улыбаюсь.
— Что смеёшься? — он хмурится.
— Да так. Синяк будем замазывать?
— Давай, — пока он пьёт чай я достаю свою косметичку, наношу тональный крем на пальцы и аккуратно размазываю ему по скуле. Ему больно, но он молчит и снова смотрит на меня.
— Спасибо, Очкарик за все.
Я провожаю его до двери, а потом возвращаюсь к себе в комнату. Я и не заметила, когда кличка Очкарик перестала обижать меня.
КОНТРОЛЬНАЯ
Визит Артема не выходит у меня из головы, почему он пришёл ко мне, а не к Лизе? Я прокручиваю в голове наш разговор. Возможно я придаю его приходу слишком много значения, и он просто использовал меня в своих целях? В последнее время я думаю о нем слишком часто, мне это не нравится. Нужно переключиться на что-то другое.
Завтра после ремонта открывается школьный бассейн, и до конца четверти уроки физкультуры будут проходить там. В моей прошлой школе не было уроков плавания, там и бассейна то не было, поэтому для меня это первый опыт. Вообще с моим приездом сюда в моей жизни так много нового. К моему счастью, девочки и мальчики занимаются отдельно. Иначе я не смогла бы даже выйти из раздевалки, я очень стесняюсь себя в купальнике плюс дурацкая шапочка не добавляет мне красоты. С мыслями о завтрашнем плавании я засыпаю.
После урока физкультуры я иду в душ, а потом в раздевалку и первым делом ищу свои очки, но их нигде нет. У меня с пятого класса плохое зрение, вот уже несколько лет моё зрение это минус четыре. Сильная близорукость, вблизи я вижу, а вот вдаль совсем нет. Я обыскиваю шкафчик в поисках очков, но их здесь просто нет. Я понимаю, где она могут быть. Пока я искала свои очки, все девочки ушли и я осталась одна в раздевалке. Я иду в класс, следующим уроком у нас алгебра, причём не просто урок, а контрольная. Я понимаю, что даже с первой парты рассмотреть, что написано на доске у меня просто нет шансов. Что мне делать? Я захожу в класс и щурясь вижу свою обидчицу, я подхожу к ней.
— Лиза, отдай мои очки.
— Какие ещё очки?
— Которые ты взяла у меня в раздевалке.
— Ты сейчас обозвала меня воровкой? Все слышали? — возле нас итак уже собралась половина класса.
— Получается, что так. Я жду.
— У меня их нет. Ищи получше в своих вещах, — она довольно улыбается. А у меня опускаются руки, что я могу ей сделать. Самое страшное, что новые очки будут стоить денег, да ещё и потребуется время, чтобы их сделать. Пути назад у меня нет.
— Последний раз тебе говорю, отдай очки.
— И что ты сделаешь?
— Тебе не понравится, — я приближаюсь к ней. Приходится идти ва-банк.
— Лиза, отдай очки, — я слышу голос Соколовского у себя за спиной. У меня галлюцинации? Он заступается за меня? Лиза меняется в лице.
— Почему ты защишаешь её? — все одноклассники, даже те, кто до сих пор занимались своими делами, собрались в круг возле нас.
— Я не буду повторять. Я жду, — Артем стоит, скрестив руки на груди и смотрит на Лизу. Марьина неохотно лезет в свою сумку и достаёт мои очки. Как раз вовремя, звенит звонок на урок.