Ангел не хранитель
Шрифт:
Сколько я спал, точно не скажу. Очнулся я, когда получил хлесткий удар веткой по лицу. Оказывается, мы съехали с дороги и теперь несемся по лесу. То еще удовольствие. К титаническим усилиям удержаться в седле добавились еще судорожные попытки уклониться от встречавшихся на пути веток. Была-бы та ветка, что меня по морде хлестанула чуть потолще и думаю что мое путешествие по другому миру уже закончилось-бы.
Занимаясь подобным способом джигитовкой – в моей голове вместо постоянных матов начала созревать вполне себе ясная мысль. Я попал в ад. И все что со мной сейчас происходит лишь предисловие
ГЛАВА 3
Кляксой – я сплыл со спины лошади на землю. После чего твердой и гордой походкой на четвереньках преодолел пару метров, и привалился к стволу дерева спиной. Тут же помянул нехорошим словом всех и вся. Сидеть на избитой заднице то еще удовольствие. Пользуясь счастливой минуткой отдыха, попытался проанализировать ситуацию, в которой я оказался. Изувер, устроивший мне все эти непередаваемые ощущения, немного повозился с конями, после чего подошел и присел рядом со мной.
–Пусть кони немного отдохнут. Жалко будет, если их до смерти загоним. – И тут же без перехода представился. – Калья. Раньше времени не было свое имя назвать. А тебя как зовут?
–Вадимом в прошлой жизни звали.
–Вот именно – что в прошлой. Имечко так себе. Приметное. Для здешних мест новое. Я-бы его тебе сменить посоветовал. Для местного жителя это имя слух будет резать и по нему тебя разыскать проще будет.
–И что? – Буркнул я с вызовом.
–Да ничего. – Пожал он плечами. – Ты же с ним маяться будешь, а не я.
Блин – это как в анекдоте получается, когда муж жене имя предложил для новорожденной девочки, а потом сам же и сетовал.
–Ох и нелегко же нашей дочери с именем Володя жить будет.
Ладно, с именами как-нибудь потом разберемся. Сейчас нужно пользуясь, случаем, побольше полезной информации для себя собрать. Особенно про тех, кому моя голова позарез понадобилась. Только почему-то в голове пусто и ни одного дельного вопроса в ней нет по существу. Из-за этой чертовой скачки все мысли по дороге растерял. Наверное, я-бы еще долго молчал и маялся в попытках, родить хоть какую интересную мысль если-бы Калья не продолжил свой треп.
–А ты молодец. – Похвалил он меня. – Видно было, что верхом на лошадях до этого если и ездил то совсем мало. Я думал, свалишься, где по дороге. Ан нет. Как клещ в коня вцепился. Уважаю.
–Ах, ты волчара позорный. – Накопившаяся во мне злость всколыхнулась с невиданной силой. – Это получается, ты мне проверку устраивал да смотрел, посмеиваясь, сверну я себе шею или нет? Отвечай слуга гребанный. Так выходит?
–Какая проверка – чудак человек? – Радостно заулыбался Калья. Судя по всему, вспышка моего гнева его только развеселила. – Разве не заметил что в городе по наши души набатный колокол бил? Мы от тех, кто по нашим следам идет, убегали. И раз так пошел разговор, то должен тебе заметить сам ты псина неблагодарная. –
–Мужик ты чего?
Вылупился я на своего блажившего спутника. И вдруг в комнате выключили свет. Все. Мой мозг сдался окончательно и бесповоротно. Не знаю, чем меня в больничке накачали, но надо как-то из этой дурки выбираться пока крыша окончательно не рухнула.
–Не спи солдат, замерзнешь.
Кто-то тряс меня за плечи, отчего моя голова стучалась затылком обо что-то твердое. Черт побери, этот солдатский юмор мне еще в армии надоел. Хотя чего еще можно ожидать от гоблинов надсмотрщиков с их единственной извилиной от фуражки?
Вертухай, как и мент – это не профессия это состояние души. Нормальному человеку в их обществе не выжить. Сожрут, если сам вовремя не сбежит. Ну, или так покусают, что он в них же и обратиться. Вот где настоящие вурдалаки. И время над ними не властно.
В советские времена менты у пьяных после получки карманы потрошили. Теперь на так называемых деловых людей переключились. Неудивительно. Выхлоп-то больше. Да и бравые охранники от своих товарищей по внутренним органам не отстают. Так сказать – шагают в ногу со временем. Да флаг вам в руки шагайте, сколько влезет, только меня в покое оставьте. Мне и так жить – на два раза пукнуть осталось.
–Держись молодой господин. Сейчас тебе полегчает.
Кто-то всунул мне в рот какую-то железяку, разжимая сведенные судорогой челюсти, и в горло полилась жидкость. Все нутро обожгло, будто я грамм двести водки на голодный желудок принял. Потом почувствовал, как мое тело дугой выгнулось, напряглось все разом, но через пару мгновений расслабилось. Дышать стало намного проще. Не так как раньше сквозь зубы, а полной грудью. И боль с ломотой из тела куда-то улетучилась. Хорош-то как.
–Слышь, мил дружок – заканчивай кайфовать, нам дальше двигать пора.
–Куда двигать? Кого двигать? Зачем двигать? Мне и так вполне не плохо. – Недовольно заворочалось мое сознание в благословенной нирване.
–Вставай, говорю.
Кто-то бесцеремонно пнул меня в бок. Не сильно так пнул, но приятного все равно мало. Вот же садюги. В кой-то век боль на время отпустила, так нет – хрен тебе дорогой товарищ с маслом, а не жизнь без боли.
–Твое счастье сука, что ответить, сил нет, а то скрутил-бы твою поганую голову, как цыплёнку, и в футбол-бы ею поиграл.
–Как совсем оклемаешься, то можешь и попробовать. Вдруг получиться.
Открываю глаза и вижу довольную рожу моего так называемого слуги из кошмарного сна. Здравствуй белочка. Давно не виделись. А я уж понадеялся было, что ты другого бедолагу доставать ускакала. Ан нет. Не ускакала милая. Неужели я тебе так сильно приглянулся, что отстать от меня не хочешь?
–Да вставай ты. Тут до дома всего ничего осталось. Даже если не спеша ехать, то до вечера доберемся. Там отдыхай сколько душе угодно, а здесь задерживаться надолго опасно. Надеюсь, не забыл, что нас ищут?