Ангел

Найдич Ольга

— Пошли в гости к твоей сестрице?

— Умм…

— Тебе что, плохо?

— Мне скоро никак будет с твоими шуточками.

— Да ладно тебе, пора бы уже и привыкнуть.

Распахнув дверь, он опасливо придержал ее за ручку, что-то, по-видимому, вспомнив. Лифта в доме не было, мы поднимались по узкой лестнице. Я слегка толкнула Люка плечом, стараясь прорваться вперед, он не уступил… Короче, мы обтерли плечами все стены до шестого этажа и к дверям Ленкиной квартиры прибыли запыхавшиеся и ржущие, как жеребцы. Или как лошади? Ткнув пальцем в

кнопку звонка, я попыталась сделать серьезное лицо, но стоило мне встретиться глазами с Люком, как мы оба снова покатились со смеху.

Послышались торопливые шаги, и дверь приоткрылась ровно на ширину ладони.

— Кто? — настороженно спросила Ленка.

— Кони в пальто. Открывай, свои.

— Динка!!! — сестра едва не разорвала цепочку, спеша распахнуть дверь. — Ну наконец-то! Где ты так долго?

Втащив меня в квартиру, он захлопнула дверь, едва не разрубив напополам моего ангела. Наверное, в моих глазах промелькнул ужас, потому что Ленка очень пристально посмотрела на меня и поостереглась о чем-либо спрашивать.

— Ты нормально? — выдавила я. Люк кивнул.

— Нормально, только извелась вся, — зачастила сестра, полагая, что я обращаюсь к ней. Логично, вообще-то, если рядом никого больше нет. Люк тем временем скоренько обошел квартиру, проверяя, нет ли у Ленки гостей.

— Камешки привезла?

— Ага, — я достала из-за пазухи пакетик, и сестра выхватила его у меня из рук с быстротой кобры. — Эй, полегче, я ж тебе его и так отдам.

— Спасибо. Спасибо. Спасибо, — Ленку, похоже, переклинило. Поняв, что наша миссия на этом подошла к концу, мы с Люком переглянулись и тихонько вышли, прикрыв за собой дверь.

— Ну и что теперь? — спросил Люк, медленно спускаясь по ступенькам.

— Домой.

— Мартини ты не забрала…

— Успею еще.

— Надо было сказать, чтобы она быстрее все это проворачивала. А то тебя дома-то дожидаются.

— На дачу поеду. Поживу там недельку, давно уже собиралась.

— Поезд через два часа только…

На меня вдруг накатила беспричинная тоска. С чего бы это? А-а…

— Хандришь?

Ангел передернул плечами. Это его жест, никто другой не смог бы повторить.

— Хандришь, — я остановилась, глядя ему в лицо. Впервые он отводил глаза. — Люк, ты чего?

— Ты никогда не думала о то, что будешь делать, если меня не станет?

— Как это — не станет? Ты же не умираешь.

Он отвернулся.

— Я недавно видел одного человека, в электричке… С ним раньше была одна из наших, Лиэль. А теперь ее нет. Не знаю, куда она исчезла — для нас это все равно, что для вас смерть — но ее больше нет. Мы тоже не вечны. Однажды ты проснешься, а меня не будет.

— Нет! — торопливо перебила его я. — Не смей об этом говорить!

— Почему же? — он развернулся, схватившись рукой за перила. — Люди ведь умирают, и все об этом говорят! Неужели смерть ангелов так отвратительна, что о ней даже думать нельзя?

— Только не твоя, Люк! — я бессознательно схватила его за плечи, будто он прямо сейчас

собрался уходить и все, что я могу сделать — удержать его силой. — Ты не можешь уйти! Другие пусть уходят, но ты не можешь.

— Я раньше думал о смерти. Рай там или ад, или небытие. Думал, раз ангел — то в рай попаду. В аду, наверное, тоже не слишком плохо — не верю я в кипящие котлы и в раскаленные сковородки. Да только теперь мне без тебя везде небытие будет, понимаешь? Везде будет никак!

Вы когда-нибудь целовались с ангелом на лестничной площадке? Нет? Я знаю, что нет. Я это просто так спрашиваю. Кажется, я впервые в жизни не знаю, что говорить.

До станции мы дошли пешком и правильно сделали — поезд опоздал на полчаса. На платформе, кроме нас, были только маленькая сгорбленная старушка с сумкой на колесиках и двое подозрительных личностей с ярко выраженным похмельным синдромом, ведущие бурную дискуссию над ополовиненной бутылкой пива. Я села на ограду так, что наши глаза теперь были на одном уровне, и Люк легко тронул меня за талию.

— Не упади.

— Я по любому не упаду, — хмыкнула я, но ангел и не думал убирать руки.

— Знаешь, всяко бывает. Я же все-таки твой ангел-хранитель, должен все предусмотреть.

— Какой ты у нас ответственный!

— Такая работа. Наша служба и опасна, и трудна, и уж точно посторонним не видна…

Я засмеялась и получила поцелуй. Хорошо, что никто меня не видит — представляете, как это выглядит для посторонних? Теперь я уже не злилась на Ленку.

Поезд ехал так быстро, что любая черепаха, будучи в хорошей спортивной форме, обогнала бы его, как мерседес — запорожца. Когда мы вышли из поезда на станции моего родного города, было уже темно. Автобусы шли полупустыми, что было в общем-то нехарактерно для этого времени.

— Может, ты подождешь на остановке, а я разведаю обстановку? — предложил Люк.

— Зачем? — шепнула я, воровато оглянувшись на остальных пассажиров. Примут еще за ненормальную… «Когда вы разговариваете с Богом — это молитва, когда Бог разговаривает с вами — это шизофрения.»

— Думаешь, эти бандиты оставят тебя в покое?

— Они же знают, что я ездила к Ленке, — возразила я. — Ежу понятно, что камни уже у нее.

— Ну, не знаю, — засомневался ангел. — Но ты все равно по сторонам поглядывай.

— Слушаюсь, товарищ прапорщик.

У дома никого действительно не было, хотя обычно там хоть пара алкоголиков, да тусуется. Фонари освещали палисадник самым что ни на есть зловещим образом. Мы быстренько прошмыгнули в подъезд и, не обнаружив никого и там, перевели дух.

— Свет в квартире не включай, — поучал ангел, когда я открывала дверь, — они могут просто наблюдать и ждать, пока ты вернешься.

— А как же…

— Ну, в ванной включить можешь, только дверь закрой.

— Хоть на этом спасибо, — буркнула я, ненароком сбив со стола газету. — Живо вспоминается некий пост ГАИ. Тут, правда, почище будет.