Шрифт:
1
Двадцать пятого ноября, среда. Самый заурядный день. Уже стемнело, было семь часов вечера.
Григорий Сергеевич Матвеев, подрабатывающий частным извозом на своих стареньких «Жигулях», посмотрел на часы и вздохнул:
– Все! Шабаш!
Вздохнул он потому, что «улов» был не очень большой. За целый день лишь трое пассажиров, выручка – всего семьсот рублей. Но это, конечно, лучше, чем ничего…
Матвеев выехал на Ленинградский проспект у станции «Речной вокзал» и собирался двигаться в привычном направлении,
Он как раз размышлял о том, что надо уже поставить «шипованую резину», ведь зима на носу, когда за первым светофором «Жигули» тормознули. Матвеев остановил «пятерку». Два мужика с огромными сумками в руках открыли задние дверцы с обеих сторон и развязно плюхнулись на сиденья, даже не спросив разрешения. Сумки они поставили себе на колени, крепко прижимая к себе руками, словно любимых женщин.
– До Твери довезешь, дед? – спросил тот, что занял правое место.
– До Твери?… Да вы что, парни? Туда ехать почти три часа. Уже поздно, на сегодня я свое отработал. Да и у меня не «Порш» или «бумер», разогнаться не получится.
– Когда доберешься, тогда и доберешься. Мы не торопимся. И хорошо заплатим. Триста долларов ведь на дороге не валяются. Или нет?
Матвеев колебался, наблюдая за наглыми пассажирами в зеркало заднего вида. Они ему сразу не понравились. Недобрый какой-то у них был блеск в глазах. Как бы это определить? Алчность и страх. Да, именно так, пожалуй: алчность и страх. А один, тот, что сел слева, ярко выраженной восточной внешности. Именно восточной. Более точно не скажешь. Но не кавказец, очевидно.
Кроме того, действительно уже поздно, пора домой. В самом лучшем случае вернуться домой он сможет во втором часу ночи, жена забеспокоится. Хотя позвонить надо будет, конечно. Но не сейчас, а уже из Твери…
Матвеев слегка улыбнулся, машинально тронув свой дешевенький мобильник, лежавший на приборной панели. Григорий Сергеевич понял, что подсознательно уже согласился на эту авантюру. Да и с другой стороны они правы – триста долларов на дороге не валяются. В масштабах его заработков – очень хорошие деньги. Такой удачи давно уже не было. Можно будет наконец обзавестись приличной автомагнитолой. Или вот новый сотовый купить, современной модели.
– Ладно, поехали. Только… – Матвеев повернулся к пассажирам: – Деньги давайте сразу.
– Да без проблем, дед.
Сидящий справа достал из кармана бумажник, отсчитал девять тысяч рублей по текущему курсу, протянул пенсионеру.
Матвеев кивнул, убрал деньги и двинул машину вперед. Хорошо, что заранее потребовал плату, с такой публикой нужен глаз да глаз…
Покрутив ручку приемника, он убавил звук песни, передаваемой по «Радио Ретро».
Машина быстро выехала из Москвы по Ленинградскому шоссе и полетела в сторону Твери. Середина недели, автотранспорта было не очень много. Во всяком случае, в пробку Матвеев ни разу
У выезда из Солнечногорска один из патрулей все-таки остановил «Жигули».
– Да что это сегодня творится? – пробурчал Григорий Сергеевич, принимая вправо.
Невысокий капитан в бронежилете и куртке со светоотражательными полосами, подойдя к водительской дверце, козырнул и попросил документы. Матвеев вытащил из бардачка техпаспорт, а из кармана пиджака – водительские права.
– Я разве что-нибудь нарушил? – недовольно проговорил он.
– Пока нет, – капитан, не поднимая головы, изучал техпаспорт. – Но вот техосмотр пора бы уже пройти, Григорий Сергеевич.
Он закрыл документы, передал их Матвееву, но тут скользнул взглядом в салон и увидел напряженные скованные лица двоих пассажиров. ДПС-ник был опытным человеком, несколько раз участвовал в задержании опасных преступников и сейчас интуитивно понял: тут что-то не так. К тому же он слышал распоряжение начальства: во время сегодняшнего мероприятия проверять прежде всего отечественные подержанные автомобили. Будто почуяв настроение начальника, сбоку подошел сержант с автоматом.
– Куда следуете? – спросил капитан у Матвеева и попросил у него еще и общегражданский паспорт.
– В Тверь везу пассажиров.
– Вас также документы попрошу, – возвратив паспорт Матвееву, ДПС-ник обошел машину и постучал в правую заднюю дверцу.
Пассажир открыл стекло и полез в карман за паспортом, второй, сидевший слева, замешкался, покрутил головой по сторонам и зачем-то начал расстегивать «молнию» на своей сумке.
– Торговлей занимаетесь? – капитан кивнул на громадные баулы.
– Да так, понемногу…
Матвеев тоже заметил, что оба его пассажира заметно нервничают. С чего бы это? Нет, явно дело нечистое…
– И ваши тоже, – капитан ждал, когда паспорт вытащит и второй пассажир, чтобы посмотреть их вместе.
Тут произошло неожиданное. Этот второй, азиатской наружности, вдруг вытащил из сумки короткоствольный автомат и, прижав к затылку Матвеева, прорычал:
– Гони! Гони быстрее, а то пристрелю!
Матвеев сделал все неосознанно. Повернул ключ зажигания, нажал на газ, переключая скорости, направил машину вперед. Капитан, не ожидавший такого маневра, упал на асфальт.
Сержант попытался выстрелить по скатам, но упустил время.
– За ними! – вскричал капитан, бросаясь к патрульной машине.
Он забрался в автомобиль ДПС, сержант занял водительское сиденье, подбежавший лейтенант успел запрыгнуть на заднее.
«Пятерка» Матвеева двигалась неровно, зигзагами, временами качаясь на трассе справа – налево, словно за рулем находился не опытный водитель с тридцатилетним стажем, а новичок, посещающий занятия в автошколе. Вокруг был не очень плотный транспортный поток, поэтому «Жигули» смогли развить без особых препятствий максимальную скорость. Впрочем, без небольшой аварии не обошлось. «Подрезанный» «пятеркой» «Фиат», уходя от неминуемого столкновения с большегрузным автопоездом, съехал на обочину и врезался в опору столба. Перед машины изрядно помяло, в мелкую крупу разбилось ветровое стекло, но водитель, кажется, не пострадал.