Ангелы
Шрифт:
– До чего же ты упертый, братец мой! – довольно улыбнулся он и спокойно продолжил рисовать.
Я снова посмотрел на блондинку и незаметно улыбнулся. Девушка краем глаза смотрела на меня и улыбалась. Я не знал ни ее имени, ни в какой она группе, ни есть ли у нее молодой человек. Я ничего не знал о ней. А незнание – одна из самых притягательных вещей, потому что нет определенности. Незнание предполагает догадки, построения фантазий и мечты. А что плохого в мечтах? Жаль, что еще существует любопытство, которое рано или
Когда прозвенел звонок, Люц сорвался с места, как ошпаренный. Он был не единственным, кто так поступил. Все студенты, утомившиеся двухчасовым рассказом, мгновенно проснулись. Я смеялся про себя. Когда спишь дома, в уютной кровати, приходиться ставить много будильников, а проснуться по их звонку кажется невозможным. Но стоит прозвенеть еле слышному звонку в университете, как 60 человек моментально просыпается и начинает бегать. И как раз из-за толпы я не смог разглядеть, куда делась девочка с пепельными волосами.
Перерыв между первой и второй лекциями был около двадцати минут. За это время можно было успеть перекусить и покурить. Есть мне не хотелось, а вот покурить я был совсем не против. Брата я также потерял из виду, но на это мне было совершено наплевать. Я самостоятельно добрался до курилки и окинул быстрым взглядом толпу студентов.
Они смеялись, болтали и курили. На улице были все курсы, с первого по пятый, красивые девушки, формирующиеся ребята, как в биологической цепи: маленький и худенький первокурсник, а потом мускулистый пижон-пятикурсник.
В толпе кричащей молодежи я разглядел своего братца. Он, как обычно, уже любезничал с какой-то дамой. По-моему, я видел ее на первой лекции. «Чертов придурок», подумал я и отвернулся. Достав сигареты, я прикурил и взглянул на безоблачное небо.
– Привет! – лучезарный голос возник, как второе солнце.
Я еще даже не посмотрел на обладателя голоса, а уже знал, что то была она.
– Привет! – улыбнулся я и обернулся к ней.
Точно – она. На улице девушка выглядела более живой.
– Люцифер или Гавриил? – спросила она, прикуривая сигарету.
– А кого ты ищешь? – спроси я и, не удержавшись, скосил глаза в сторону брата.
– И ты станешь тем, кого я ищу? – девушка категорически отказывалась давать прямой ответ на вопрос.
Я улыбался, как дурак, ничего не мог поделать с собой. Ее голубые глаза так тщательно изучали меня, ища сходства и различия с братом, чтобы в будущем не попасть впросак. Ее цвет волос просто ослеплял меня. Блондинка – общепринятое название светлого волоса у девушек. Но у нее он был почти белым, ни желтым, ни светло-желтым, а именно белым, как снег, на котором блестело солнце. Черт, я не мог соврать самому себе – она действительно нравилась мне.
– Люцифер! – улыбнулся я и протянул ей руку.
Но девушка продолжала
– Очень приятно! А скажи, где я могу найти твоего брата? – спросила она, так и не дав мне руку.
– Ну, так значит, тебе все-таки нужен Гавриил? – я очень хотел узнать, к кому из нас у нее появилась симпатия.
Она кивнула. Тут я засмущался. Что мне делать дальше я не знал, потому что назвался не своим именем. Решил сознаться и будь, что будет.
– Мне очень неудобно, что я соврал, но на самом деле меня зовут Гавриил!
– Значит, ты все-таки становишься тем, кем тебя хотят видеть? – спросила она, выпуская дым мне в лицо. – Ладно, расслабься! Я изначально знала, кто ты! Видимо, ты настолько обескуражен, что забыл: ты одет по-другому, ни как твой брат, я это заметила, когда вы только вошли в кабинет.
Я опустил голову и благоприятно понял, что меня надули в первые пять минут общения. Это не был мой первый опыт переговоров с дамами, я имею в виду, у меня были девушки, но я не настолько оперативен, как мой брат. Я все равно чувствовал себя смущено, особенно после лжи.
– Ну, так получается, что ты меня тоже надула! – усмехнулся я. – Как тебя зовут? Или это секрет какой-то?
– Нет! Просто за время пока мы курим с тобой, я узнала, что ты врун, и к тому же совсем не внимательный! Неужели ты не обратил внимания, когда профессор проводил перекличку?
– Нет! – удивился я. – А он проводил? Я не слышал своего имени!
– Конечно, ты не слышал! Он его и не называл! Тебя, твоего брата и Сержа он отметил еще до переклички. У нас осталось пять минут!
– Как тебя зовут? – уточнил я еще раз.
Мне показалось, что я становился похож на попугая, и это мне не нравилось.
– Роза! – улыбнулась она. – Роза Фреч.
– Ну, вот теперь и мне приятно! – сказал я, кинул бычок и пошел к расписанию.
Роза осталась в курилке, и я чувствовал на себе ее провожающий взгляд. Была ли она удивлена тем, что я ушел? Хотелось ли ей пойти за мной? Я не знал, мне просто захотелось уйти и все.
Следующая лекция была на втором этаже и имела название не менее странное, чем предыдущая лекция – О Разрушении. О каком разрушении? Что за разрушение? Меня смешили все эти названия, я даже не хотел смотреть, что будет следующим, чтобы повеселить себя.
Я неспешно поднялся на второй этаж. Около нужного кабинета крутилась та же куча студентов с первой пары. Дверь была еще закрыта, хоть и до начала пары оставалось всего минута.
– Прогрессируешь, братец! – раздался потешный голос Люца сзади меня. – Я видел вас с той девчонкой! Рад за тебя!
Я ничего не ответил, только с ужасом подумал, что мне еще пять лет сидеть за одной партой с этим остолопом, которого я ненавидел. Внезапно я понял, что могу избежать хотя бы «одной парты» из этого списка.