Аника

Завадская Анна Владимировна

— Как пожелаете… пожелаешь… Как хочешь.

О, такой она мне нравилась больше. Из-под брони этикета начали показываться настоящие одежды.

— Но с другими лучше держаться на "вы".

— Это я понимаю. Хоть моя планета и не отмечена на ваших картах, но и у нас есть кое-какие правила общения Ты не обидишься, если я буду называть тебя просто Стефания? У тебя очень красивое имя.

— Не обижусь. Спасибо за искренность. Здесь редко услышишь доброе слово в свой адрес.

— Почему?

— Из-за… Да ты же ничего

не знаешь! Дело в том, что уже несколько лет наш король приближает ко двору псиоников и даёт им некоторые привилегии по всей планете. Обычные люди этим не очень-то довольны, но пока политика короля позволяет сдерживать все трения и разногласия, страх людей перед новым и необъяснимым. Но это — танец на лезвии меча.

— А ты — псионик?

— Да. — настороженно ответила она.

— Здорово! — восхитилась я. Откуда мне было знать… Ладно, об этом потом. — У нас такое только в фантастике описывают. Я хочу узнать: ты двигаешь предметы мыслью? Да?! И мысли чужие читать можешь?

— Только с его согласия. Либо если от этого будет зависеть чья-то жизнь.

— А ещё что-нибудь? Телепортация… э… мгновенное перемещение с одного места на другое?

— Нет. Я этого не могу.

— А другие?

— Нет.

— Ты чувствуешь, какое у человека настроение?

— Да. И просто, чувствую людей. И другие расы. Черты характера, состояние души, что ли… Вот ты, допустим, очень заинтересовала меня. Твоя реакция на новое — поражает. Что-то в тебе есть, что-то… Нет, не пойму. Об этом потом. Вот что тебе необходимо знать: все, кто носят такой камень во дворце — псионики. Я передам и ты сможешь рассчитывать на помощь любого из нас.

— А что это за камень?

— Это наша защита. От психопатов с другой стороны. Псиоников без убеждений и принципов, без внутреннего стержня. Несколько раз такие психи, в основном, подосланные Федерацией, пытались совершить покушение на короля. С тех пор во дворце стоит двухуровневая система защиты от всех псиоников. Первый уровень — при входе во дворец — без такого камня псионик просто потеряет сознание. Второй — в Тронном зале. Это первое. Второе — ни с кем не заговаривай первая: здесь у нас с тобой самое низкое положение. Без титулов и званий приходиться туго, но жить можно. Ко всем обращайся только на "вы", если не попросят обратного. Если пригласят на танец — отказываться нельзя. Даже если не умеешь. Я постараюсь быть поблизости и помочь тебе.

— Ужин будет?

— Нет. В отдельном зале будут стоять столы, но специально за обеденный стол никто садиться не будет. Это бал, а не пир.

Одной проблемой меньше. Обращаться ко всем на "вы", первой ни с кем не заговаривать, от танцев не отказываться, если что — искать Стефанию. Вот теперь я точно знаю, что значит "с корабля — на бал".

— Стефания, а как это будет? — спросила я.

Волновалась я жутко. Вот уж где запросто

можно сесть в лужу и не узнать об этом.

— Что "это"?

— Ну, ты сказала, что Де… принц Дерек представит меня королю. Как это будет?

— О, это. Всё просто. Когда все соберутся в Тронном зале…

Все? Кто все?

— … то принц Дерек подойдёт к тебе и уже вместе с ним ты подойдёшь к королю и он представит тебя.

— Просто подойдёт и скажет: "Это Аника", или?

— Уф, ну уж не так — точно. Стандартной формулировки нет, да и если бы была — принц Дерек ей не придерживался бы. Да и сам король пытается упростить все ритуалы.

— А какой он, король?

— Он? Увидишь. — как-то загадочно сказала Стефания. — Нам пора. Мастер, вы закончили?

— О да, я закончил. — сказал пожилой парикмахер, снимая с меня накидку.,

Почему сотворения? А вы представляете себе, что значит уложить в вечернюю причёску длинные, густые и непослушные волосы? Как создать из копны торчащих во все стороны (даже с учётом длины — по середину бедра) волос изящную, аккуратную причёску с распущенными прядями сзади, не длиннее середины лопаток? Когда я это увидела — не поверила.

— Стефания, у тебя есть фотоаппарат?

— А это что?

— Э… Прибор, делающий мгновенное изображение чего-либо. На память.

— А… Тогда есть. А зачем?

— Такое произведение искусства нельзя не запечатлеть.

— Вы льстите мне, леди Аника. Это просто причёска.

— Ну нет, я-то уж знаю, как трудно справиться с моими волосами. Вы — волшебник.

Одев платье, я стояла около трельяжа и пыталась рассмотреть причёску в деталях. Нет, описать не смогу. Слов не хватит.

— Вот, держи. Нажми вот эту кнопку. — сказала Стефания.

Она дала мне маленькую, не больше спичечной, коробочку с углублением посередине и тремя кнопочками сбоку: двумя с одной стороны и третьей, с другой. Нажав на неё, я увидела, как из углубления вырвался луч света. В нём оказалась я. Точнее, моя трёхмерная копия в полном облачении: платье, аксессуары, причёска — короче, всё. Яркое и точное изображение не больше ладони в высоте.

— Эти кнопочки — увеличение и уменьшение изображения. Так что теперь ты всегда сможешь вспомнить, какой была перед своим первым балом. А теперь бежим.

Поспешно запихнув коробочку в сумочку, (конечно, выключив для начала), я поспешила за Стефанией.

Мы сели в лифт, а через секунду вышли десятью этажами выше — в холле перед Тронным залом. Увидев огромные двухстворчатые двери, а за ними — зал, я забыла обо всём, не видя ни картин, ни росписей на стенах и потолке холла. ИХ было много. Человек сто — точно. А то и все двести

— Леди Аника, идёмте. Мы опаздываем. — тихо сказала мне Стефания.

— Да, Сте… леди Стефания. Конечно. — ответила я, а потом тихо добавила: — Это все или будут ещё?