Аниматор
Шрифт:
– И зачем вам это? – спросил Андрей.
– Понимаете, у заданий по ходу квеста нет единственных вариантов решений. И это замечательно, ведь таким образом эмоциональное вовлечение игрока максимально! Понимаете? А мы как устроители игры поощряем смекалку и нестандартные ходы.
– А что там насчет суперпризов? – спросил Женя. – Была такая тема.
– Если пройдете квест за полтора часа, мы не только вернем вам всю сумму за билет, но еще и наградим подарком. Каким – секрет, но вы не пожалеете.
Возникла
– Надеюсь, никто не передумал? Отлично! Тогда – к Диме, оплачивайте стоимость, и будем начинать. Разыграем очередность собеседования, первый игрок пойдет к психотерапевту через десять минут.
1.3. Андрей стоял, облокотившись на никелированные перила, и смотрел на бесконечную, муравьиную толпу посетителей внизу. Послеобеденный ТРЦ оживал. Андрею выпало идти к психотерапевту первым, а Лене – второй, и, воспользовавшись отсрочкой в десять минут, она ускакала этажом выше проверить дела в своем салоне красоты.
Он посмотрел на часы: пора было идти на «точку старта». Изживать свои неврозы.
Андрей спустился на лифте на первый этаж, протолкался сквозь толпу и двинулся по линии «А» к центру комплекса, где располагался огромный цилиндрический аквариум, столбом протянувшийся снизу вверх через все этажи центра. У аквариума он чуть замешкался, наблюдая за этим вечным самообманом рыбьих косяков. Непрерывно они плыли по кругу, где-то в глубине рыбьих душ надеясь, что движутся к цели, не подозревая, что круг замкнут. И если бы у рыб была память, они давно бы осознали, что все эти камни и кораллы по ходу движения повторяются каждую минуту.
По адресу «А-14» обнаружился магазин парфюмерии, витрины которого были закрыты красочными рекламными полотнами, оповещавшими о скором открытии. Свет изнутри магазина не пробивался. Андрей зачем-то прислушался к тому, что происходит внутри, а потом толкнул двери и нырнул в темень.
Там его встретили ряды длинных и пустых стеллажей, утопающие в сумраке. Если пройти сквозь стеллажи, то можно было попасть ко второй двери, ведущей на другое крыло этажа. Перегораживая путь ко второй двери, возле стойки с кассами темным пятном маячило офисное кресло. В нем неподвижно, затылком к Андрею, сидел человек.
Конечно же, согласно голливудским штампам, человек в кресле резко развернулся к Андрею, едва тот приблизился. Доктор, облаченный в белый халат, поблескивал во тьме линзами очков, сцепив пальцы на груди. У него были короткая бородка и стоявшие дыбом длинные седые волосы – тоже, впрочем, штамп.
Доктор пошамкал губами, выкатил откуда-то из темноты второе кресло и жестом предложил Андрею сесть. Андрей повиновался, бухнулся в кресло, скрестив руки на животе. Доктор молчал, сопел и наклонял голову то вправо, то влево,
– Ну и? – не выдержал Андрей.
Доктор хихикнул.
– Полагаю, вам нужно вегнуться. – Голос у него был мерзкий, он сильно картавил. – Вы не пгойдете игру. Нет-с, не пгойдете.
– Куда уж мне, – обронил Андрей. – Хотите поговорить об этом?
Доктор снова хихикнул и стал грызть ноготь.
– Они не так безобидны, как кажутся, – пробормотал он. Потом вывалился из кресла и выдохнул, потрясая пальцем перед лицом Андрея: – Там, куда ты идешь, нельзя бояться! Твой стгах для них – что кговь для акулы!
– С чего вы взяли, что я боюсь?
– Все боятся! – выпалил доктор. – Только пгрячут свои стгахи, глупцы… От кого, собственно, а?! От тех, кто способен пгоникнуть в подсознание? Ха-ха!.. Для них наше подсознание – откгытая книга! Понимаете?
И тут Андрей узнал его. Выдала интонация. Это был все тот же ведущий, только в парике и гриме.
– Зачет, ведущий, – сказал он. – Только сейчас узнал. Экономите на персонале?
Доктор захохотал и откатился на кресле, оттолкнувшись ногами от пола.
– Ты не о том думаешь! – выкрикнул он. – О себе думай! О душе своей!
– Давайте уже к тестам, – отмахнулся Андрей. – Типа, писался ли я в детстве. Или хотел ли поиметь сестру.
– Нет у тебя никакой сестры! – выпалил доктор, забывшись и не скартавив. – Дурачок, ты кого обмануть решил?
Андрея озадачила осведомленность доктора: сестры у него и вправду не было.
– Нужно понять твои стгахи! – Палец снова замаячил перед лицом Андрея. – Чего ты боялся в детстве? Пгизнавайся, и мы попгобуем поставить блоки на подсознание. Ну! Я жду!
Андрей замялся. Рыться в памяти, да еще ради этого клоуна ему не хотелось.
– Может, дома один боялся оставаться? Свет на ночь включал? Или с папой на охоту пошли, а ты потегялся? Ну, или на гыбалке?
Андрей вздрогнул. Из глубин памяти мгновенно всплыли смертельно-бледное лицо отца, замершего в прихожей в рыбацком своем комбинезоне, тяжелый рюкзак, выпавший из его рук, удочки, рассыпавшиеся по мокрому полу…
– Может, годители били в детстве, а? – не унимался доктор. – Или что-то скгывали от сыночка?
Андрей вперил в него хмурый взгляд. Но тут же сказал себе: «Откуда этот клоун может знать? Еще и не такие совпадения бывают». Доктор шумно сглотнул и сипло спросил:
– Мама-то жива?
В памяти словно сверкнула вспышка стробоскопа, высветив залитый кровью кафельный пол.
– Хватит! – Андрей рявкнул так, что доктор отшатнулся. – Держи границы, доктор! – Тот смотрел не мигая. – Еще вопросы есть? В смысле, вопгосы?
Он тяжело поднялся из кресла. Доктор смотрел на него снизу и теребил бородку.