Анна Фаер
Шрифт:
Но днём я всё же была раздражённой. Наверное, меня расстроило то, что говорил Макс. О том, что всегда будет что-то плохое. Ну, неужели не может быть так, что всё будет хорошо, а равноценного минуса не появится? Я думала об этом весь день и начала чувствовать себя немного несчастной. Удивительно, как быстро счастливые люди становятся несчастными, но как же много времени нужно несчастным, чтобы прийти в норму.
Да, именно в норму. Я считаю, нет, я свято верю в то, что счастье есть нормальное состояние человека. Грусть же дана для того, чтобы человек
Поэтому я не могла весь день грустить из-за глупых размышлений. Размышления не меняют ничего, кроме тебя самого. А мне пока что не очень-то хочется меняться.
День медленно бежал навстречу вечеру. А когда этот вечер настал, я решила, что нужно поговорить с мамой о празднике. Она сидела на кухне и выглядела нервно. «Дело уже проиграно»,- подумала я, но всё-таки сказала:
– Мам!
Она на меня посмотрела. Ничего хорошего я в её глазах не прочла.
– Ты же знаешь, что сегодня будет салют?
– Да. И я знаю, что ты на него не пойдёшь.
– Но почему?!
– Почему? Ты так и не поняла почему?
Я так хотела ответить ей, что да, я не понимаю почему. Я не понимаю, почему за самые лучшие дни в моей жизни, меня наказали. Не понимаю, почему меня наказали за опыт и впечатления. Но если я ей так отвечу, то не о каком празднике не будет идти и речи. Жизнь так уж устроена, что в любом случае придётся врать.
– Я всё прекрасно поняла,- я опустила виновато и фальшиво глаза в пол. – Я усвоила урок. Можно мне пойти?!
– Нет.
– Но все мои друзья пойдут! Макс и Дима тоже сбежали путешествовать! Но они ведь идут!
– Меня это не волнует. Ты мой ребёнок, а не они.
– Мам! – крикнула я.
– Нет, я тебе запрещаю.
Вы только подумайте! Она мне запрещает! Как она вообще смеет?! Никто не может мне что-либо запретить. Не один человек не может запретить что-то другому. Каждый человек волен делать то, что ему хочется. И никто эту волю не должен у нас отнимать. Даже близкие.
– Ты не можешь мне запретить! Где папа? Я спрошу у него! Он точно мне разрешит!
Каждая дочка знает то, что если мама что-то запрещает, то папа исподтишка разрешит. Если мама запрещает быстро кататься на велосипеде, то в один день папа придёт домой с налокотниками и наколенниками, и тебе уже никто не посмеет сказать, что ты упадёшь и всё себе разобьёшь. Если мама запрещает читать весь вечер, то папа оставит у кровати хороший фонарик. Если мама не разрешит тебе купить слишком яркую майку в магазине, то папа скажет: «Бери всё, что тебе нравится, и пойдём».
– Его нет дома,- сказала она.
– А где он?
– Уехал на рыбалку. И ведь я сказала ему, что нужно остаться
И мне сразу всё стало понятно. Сегодня мирно я не смогу уйти. Эта женщина меня не отпустит. Она не может управлять мужем, поэтому будет пытаться управлять мной. Только вот она забыла, что я его дочь. Следовательно, я тоже сбегу туда, где мне будет хорошо.
– Я ухожу,- сказала я и пошла к двери.
Но как только я вышла на крыльцо, дверь распахнулась и на пороге появилась мама. О, она злилась.
– Нет, сегодня ты остаёшься дома! Я запрещаю тебе уходить!
Она говорит это человеку, который уже однажды почувствовал вкус свободы. Нет, больше я не смогу быть зависимой. Я не хочу быть зависимой от чего-то. И уж тем более я не хочу быть зависимой от кого-то.
– Я просто вышла подышать,- я села на крыльцо. – Я расстроена и мне жарко.
– Не уходи никуда,- строго сказала она мне и закрыла дверь.
Я достала мобильный и посмотрела на время. Через десять минут парни позвонят мне и будут спрашивать, почему я не пришла. Дима расстроится. Мы всегда ходили на День города вместе. Макс разозлится. Он пришёл в шумную толпу, которая его раздражает, а того, кто его заставил, даже там нет.
Этого не будет! Я не могу расстроить Диму. Макс пускай злиться, он ведь и так всегда злиться. Но расстраивать весельчаков я не собираюсь. Так делают только ужасные люди. У меня ещё есть десять минут. Я посмотрела на экран телефона: девять минут. Пока у меня есть время, у меня есть всё. Ничего не потеряно. Выход можно найти всегда. Даже если двери с табличкой «выход» нет, можно пробить лбом стену, а кровью написать это слово. Выход.
Я набрала номер папы.
– Алло, - раздался добродушный и хриплый от сигарет голос моего отца.
Я сразу же невольно улыбнулась.
– Пап! Ты ещё не далеко уехал? Можешь вернуться и отвезти меня в центр?!
– А на автобусе никак?
– Нет, я уже опоздала на все автобусы. Меня ждут друзья, я не могу не прийти! – и потом я добавило то, что его заставит пожалеть меня и приехать. – Мама меня не отпускала, поэтому я и опаздываю. Я бы не стала тебя тревожить, если бы не это.
– Она права. Ты ведь наказана,- тут я почувствовала, как он улыбнулся. – Но ведь будет салют. И Макс с Димой наверняка пойдут. Не можешь ведь ты одна остаться дома.
– Так ты приедешь?! – обрадовано спросила я.
– Конечно! Должен ведь появиться герой и спасти тебя. Жди!
Я спрятала телефон в карман и широко улыбнулась. Стала смотреть на дорогу. За это время мама снова успела выглянуть на улицу.
– Не ушла? – строго спросила она.
– Нет,- сказала я, гордо отвернувшись.
– И не надо на меня злиться. Вот будут свои дети, ты поймёшь!
Я закатила глаза. Я не хочу никаких детей. А если бы и хотела, то уж точно я бы не так их стала воспитывать. Да вообще я бы не стала воспитывать своих детей. Лет до десяти – да. Дальше они сами себя воспитают.