Аннабель
Шрифт:
— Убила? Что ты несёшь, идиотка?
— Я всё видела. Вас, вашего мужа, и того мужчину, что снова стоит за вашей спиной и сторожит. — уткнувшись в стену, ведьма больше не смогла ретироваться. Просто было некуда. Хотя слева ещё было окно без стёкол.
— Да кто тебе поверит!? — прошипела Дженна, уверенно и быстро сближаясь с девушкой.
Удар по лицу был размашистым, совершенно не щадящим. Аннабель неуклюже упала на пол, но шкатулку из рук не выпустила. Поняв это, Дженна вцепилась в наследство не хуже клеща, и потянула на себя.
Лишь
— Схватите эту ****! — закричала Дженна, вставая на ноги. — Запру тебя тут в подвале, и ты сдохнешь от голода. И больше никогда не влезешь в мои дела.
Поняв, что силы совершенно не равны, ведьма не нашла иного выхода, кроме как прыгать со второго этажа. Вместе со шкатулкой. Но девушке повезло, ведь совсем неподалёку был карниз первого этажа, на который она и прыгнула в первую очередь. Уже там её нога соскользнула, но падение вышло с гораздо меньшей высоты, и основной удар приняло на себя плечо и часть спины. Трава отчасти смягчила удар, Бель отделалась сильным ушибом.
Главное для неё сейчас было, что шкатулка осталась не повреждённой.
К ужасу девушки, позади, когда Аннабель уже была у самых ворот, прозвучали выстрелы пистолета. Пули просвистели в паре сантиметров от вильнувшей в сторону ведьмы. Может быть промахнулись специально, чтобы тётка смогла выполнить обещание про подвал. Но проверять это девушка не собиралась.
Погоня только началась.
Бель наскоро сколдовала заклинание отвода снарядов. Но в нём она была не слишком уверена, поэтому больше полагалась на себя.
Не успела девушка добежать и до поворота дороги, как ещё несколько пуль пролетели мимо. В этот раз их отвела слегка потрескивающая защита, тем самым свидетельствуя о своей работе.
Однако, повторить тот же трюк с отводом набросившейся сзади тётки, заклинание не могло. Аннабель свалилась в грязь вместе с Дженной, которая вцепилась в золотые шёлковые локоны ведьмы, и стала рвать их так же неистово, как крокодил, схвативший застигнутую врасплох антилопу.
Краем глаза девушка успела заметить, что к ним приближаются оба подельника тёти. В руках у женщины сверкнул нож. От первого удара Аннабель смогла увернуться, лезвие вошло в землю рядом с головой. Бель тут же кинула пылью в глаза напавшей на неё Дженны. Это дало несколько секунд, чтобы высвободиться, и схватить тот самый нож. Не простой, ритуальный, как отметила про себя девушка.
— Не лезьте ко мне! — выставив оружие перед собой дрожащей рукой, потребовала ведьма.
— Отдай кинжал! — выдвинула ответное требование тётка, сгребая себе шкатулку.
— Сначала вы отдадите мне шкатулку. — голос у ведьмочки тоже
— Сначала я перережу твою глотку, а затем вырежу твоё сердце, и скормлю его бездомным собакам, поняла меня, падла? — измазанное грязью лицо тёти от того выглядело ещё более жутко. А её муж и друг тем временем заходили с боков. Что делать, Аннабель пока не знала. Была лишь одна, очень нехорошая мысль.
— Я буду защищаться.
— Если бы ты могла защищаться, ты бы тогда не наблюдала за тем, как я режу твою проститутку-мать, словно свинью. Ты ведь видела это, да? Раз знаешь, что это я, значит видела. Что ж ты её не защитила? Понравилось смотреть? — это наверняка был психологический приём, чтобы ещё больше напугать и без того пребывающую в ужасе девушку.
Но вот только руки у Аннабель почему-то вдруг перестали дрожать, а распахнутые от страха глаза немного прикрылись, делая и без того морозную радужку ещё более холодной. Бель потом сотню раз жалела о сделанном, и никогда так и не смогла объяснить себе то странное отчаяние, и накатившую за ним решимость.
Ритуальный клинок взметнулся, рассекая воздух, вторящий древним словам. Взмах руки, и красная кровь каплями струится из разрезанной от запястья до локтя руки. Кап-кап… Последняя фраза на мёртвом языке, и время словно поворачивается вспять: кровь втягивается обратно в руку, рана затягивается в обратном направлении.
Аннабель выронила из ослабевших пальцев теперь не нужный клинок. Она уже чувствовала Его дыхание. Повсюду.
— Ты сумасшедшая!? — искренне ужаснулась тётя. А она сомневалась, отправив совершенно здоровую Бель на два года в психлечебницу, что ведьма может сойти с ума? — Ты призвала кровавого духа!? — нотки истерики прорезались в голосе убийцы родной сестры.
Двое подельников Дженны тоже не на шутку перепугались, прислушиваясь к замолкшему лесу. А вот дом позади них наполнился криками и… зелёными вспышками. Это видела Аннабель, её тётя уже не успела повернуться.
Словно в фильме ужасов, из дома, как щупальца гигантского кальмара, вырвались невероятной длины бурые отростки, покрытые заржавевшими чешуйками металла. Они были от самых тонких кончиков до теряющихся внутри дома толстых продолжений покрыты шипастыми лезвиями. И для них не составило труда нанизать на себя, словно на шампура, напавших на Аннабель людей. Последний крик тёти заглох в доме, куда щупальца затянули их с невероятной скоростью.
Не ожидавшая ТАКОГО ведьма, осела на землю. Самым ужасным было то, что перед смертью Дженна так и не выпустила из рук шкатулку. И теперь Аннабель вынуждена идти в дом, отчасти понимая, кто… или что её там ждёт.
Вход, прежде забитые окна, порог и стены — всё было в крови. Чьей именно, можно было только догадываться. Но стоило девушке ступить внутрь, с замиранием сердца лицезрея то, что она только что натворила, как Аннабель услышала голос. Приятный, бархатистый, нарочито ласковый, словно смеющийся.