Анналы
Шрифт:
Через шесть или семь недель король Людовик вернулся из Бургундии, взял с собой архиепископа Артольда вместе с его родственниками и свитой, которых граф Хериберт лишил бенефициев, и пришел в сельскую округу Реймса; затем, перейдя реку Эну, направился в Лан. Узнав об этом, Хугон и Хериберт сняли осаду Лана и ночью отступили к замку Пьерпонт, откуда выступили навстречу королю Оттону. Объединившись с ним, они проводили его до Аттиньи, где вместе с графом Ротгарием присягнули Оттону. Король Людовик, войдя в Лан, обеспечил своих людей необходимым продовольствием и вместе с Хугоном Черным и Вильгельмом Аквитанским вернулся в Бургундию. Король Оттон вверил своему брату Генриху Лотарингию. Затем с большим войском, набранным из разных народов, он отправился в Бургундию вслед за Людовиком, имея при себе Конрада, сына Родульфа, короля Юры, которого еще раньше захватил хитростью и удерживал при себе. Разбив лагерь на Сене, он принял заложников у Хугона Черного вместе с клятвой, что он не причинит вреда Хугону или Хериберту, которые подчинились Оттону. Совершив это, он вернулся к себе. Хугон, сын Хериберта, был посвящен в Реймские архиепископы Видоном, епископом Суассонским. Король Людовик вернулся в Лан. А я, составлявший речь во славу гроба святого Мартина, был задержан графом Херибертом, и кто-то меня тайно обвинил в том, что я хотел причинить вред его интересам и интересам его сына. Он заключил меня под стражу, отобрал у меня имущество, которым я располагал в епископстве вместе с церковью, которой я управлял в Кормиси, и я много месяцев оставался в заключении. Король Людовик с боя ворвался в замок Пьерпонт и, приняв заложников, отступил от него. Затем он вместе с архиепископом Артольдом и другими верными отправился в Лотарингию. И король
Одна бедная девушка по имени Флотильда из селения, которое называется Лавенна, уверяла, что, бодрствуя и находясь в здравом рассудке, имела видения святых, и предсказывала будущее. На следующий год, в самую ночь рождества Господня она умерла. В этом году в декабре, в воскресную ночь видели в небе разноцветные лучи. Группа англов и галлов, побывавших в Риме, возвращалась, и убили некоторых из них сарацины, и не смогли они пересечь Альпы из-за сарацинов, которые заняли селение, принадлежащее монастырю святого Маврикия.
В год DССССХLIII граф Арнульф, призвав на совет Вильгельма, герцога норманнов, коварно убил его. Король Людовик передал владения норманнов сыну Вильгельма, рожденному от конкубины-бретонки; некоторые сеньоры пошли на службу к королю, а другие – к герцогу Хугону. Умер граф Хериберт, которого его сыновья похоронили у святого Квентина; а услышав, что Родульф, сын Родульфа из Гу вторгся-де во владения их отца, напали на него и убили. Узнав об этом, король Людовик весьма опечалился. Епископ Артольд, покинув обитель святого Базола, отправился к королю. И тот пообещал возвратить ему епископство Реймское; и он, собрав своих братьев и других людей из Реймского епископства, связанных с ним, занял замок Омон. Также король Людовик вместе с ними подступил к Музону, но верные епископа Хугона его отбросили, а некоторых его людей убили; он все же сжег окраины и некоторые дома у замка, вместе с которыми сгорели и запасы продовольствия.
Хугон, герцог франков, не раз сражался с норманнами, язычниками с рождения и вернувшимися к язычеству; их воины поубивали множество христиан. Он тоже убил нескольких норманнов, а остальных обратил в бегство и занял замок Эвре, ведь его держали норманны-христиане, которые ему помогли. Людовик, вернувшися в Руан, разбил в бою и убил норманна Турмода, который обратился к язычеству и поклонению идолам и толкал на это сына Вильгельма и других, а против короля строил козни, а вместе с ним и нечестивого короля Сетриха; вверив Руан Эрлуину [12] , он вернулся в Компьен, где его ожидал герцог Хугон со своими племянниками, сыновьями Хериберта, о встрече с которыми он уже долго и усердно договаривался. И из них король сперва принял епископа Хугона, затем Оттона, герцога Лотарингии, с епископом Адальбероном, и с особым вниманием – герцога Хугона, настаивая на том, чтобы он возвратил королю отнятые аббатства, чтобы епископ Артольд был восстановлен в своих правах, или же был обеспечен другим епископством, а его братьям и родственникам чтобы вернули их имущество, которым они владели в епископстве Реймском. После этого король принял и остальных сыновей графа Хериберта. Затем король Людовик отправился в Руан и принял у герцога Хугона замок Эвре, потом занемог и почти все лето пролежал в Париже больной.
12
22…вверив Руан Эрлуину… – Видимо, Эрлуину, графу Монтрей (см. у Рихера II, 11-15,38,40).
Епископ Хугон взял и сжег замок Амбли, который держали изгнанные из Реймса братья Роберт и Родульф, и откуда они совершали набеги на Реймское епископство. Эрлуин, сразившись с Арнульфом, одержал победу, захватил также и того, кто убил герцога норманнов Вильгельма, и, отрубив ему руки, отослал в Руан. Затем епископ Хугон осадил замок Омон, который держал Додон, брат епископа Артольда; наконец, получив в заложники его маленького сына, отступил, известив об этом короля. Герцог Хугон воспринял от священной купели дочь короля, и король вверил ему герцогство франков и всю Бургундию передал в его управление. Потом Хугон примирил короля с Арнульфом, накоторого король гневался из-за убийства Вильгельма. Король Одон захватил неких верных Людовика, которые злоумышляли против него, и заключил под стражу, и поэтому между королями начался раздор.
В год DССССХLVIII вышеназванный собор был созван в церкви св. Петра, в виду замка Музон, господином Робертом и другими епископами Трирского и Реймского диоцезов. Явился туда епископ Хугон и беседовал с Робертом, но войти на собор не пожелал. Он передал епископам через своего клирика некие письма от имени папы Агапита, полученные из Рима, но не имевшие никакой канонической силы; в них рекомендовалось вернуть епископство Реймское Хугону. По их зачтении епископы стали совещаться с аббатами и другими мудрыми людьми, которые при этом присутствовали, и ответили, что недостойно и не подобает, чтобы приказаниям, доставленным апостольским посольством, которые недавно были приняты Фредериком, епископом Майнцсим в присутствии короля и епископов как Галлии, так и Германии, и уже отчасти исполнены, воспрепятствовало письмо, подброшенное злопыхателем прелата Артольда и противоречащее тому, что было начато по правилам. И было решено зачитать главу 19 Карфагенского собора об обвинении и обвинителе. А по ее зачтении рассудили, в соответствии с содержанием этой главы, что архиепископ Артольд сохранит за собой власть над общиной и епархией Реймса, а Хугона, который отказался явиться по призыву уже на два собора, следует освободить от управления Реймским епископством и общиной, пока не прибудет на вселенский собор, назначенный на августовские календы, и не оправдается. Эту главу же епископы велели на их глазах перенести на пергамент и отослали Хугону в подтверждение своего решения. На другой день они отправили такое же послание и к епископу Роберту, ответившему на это, что он никоим образом не подчинится их приговору. Граф Арнульф, помогая герцогу Хугону, взял замок Монтиньи. Тем временем епископ Артольд послал прошение Римскому престолу. И папа Агапит отправил своего викария, епископа Марина к королю Оттону, чтобы созвать и провести вселенский собор. Также из Рима были разосланы особые послания от папы епископам Галлии и Германии, призывавшие их на этот собор. Этот собор состоялся, по настоянию папы, в королевской резиденции Ингельхейм, в церкви, названной в честь блаженного Ремигия, в седьмые иды июня, из-за сильнейшего раздора [13] между королем Людовиком и герцогом Хугоном, а также между Артольдом, Реймским архиепископом, и Хугоном, недолжным образом заместившим его на кафедре этого города; эти раздоры привели в смятение все королевство франков. На собор прибыл вышеупомянутый Марин, викарий апостольского престола, съехались также прелаты из Германии и некоторые галльские епископы: Роберт, архиепископ Трирский, Артольд Реймский, Фредерик Майнцский, Викфрид Кельнский, Адалдак Гамбургский, Хильдебольд Мюнстерский, Гозлин Тульский, Адальберон Метцкий, Беренгарий Верденский, Фульберт, епископ Камбре, Родульф Ланский, Рикон Вормсский, Рейтбольд Спирский, Поппон Вюрцбургский, Конрад Констанцский, Оделрик Аугсбургский, Тетард Хильдесхеймский, Фараберт Тонгрский, Бернард Хальберштадтский, Дудон Падеборнский, Лиоптак, епископ Риба, Михаил Раттисбонский, Доддон Оснабрюггский, Эверис Минденский, Балдрик Утрехтский, Херольд Зальцбургский, Адальберт Пассаусский, Старканд Айштадтский, Хорат Шлезвигский, Викхард Базельский, Лисдак, епископ Риба. Когда эти прелаты разместились в вышеназванной церкви, предпослали открытию собора положенные молитвы и зачитали священные тексты, вошли славные короли Оттон и Людовик и сели вместе с ними; после того, как Марин, посол апостольского престола, произнес речь, поднялся король Людовик, сидевший бок о бок с королем Оттоном, и перед лицом этого викария Римского престола и остальных присутствующих принес жалобу, напомнив, как был призван из-за моря послами Хугона и других знатных франков, чтобы принять положенное ему по наследству отцовское королевство, как под единодушные крики знати и франкского воинства был помазан и коронован и принял веховную власть над королевством; а затем был упомянутым Хугоном свергнут и коварно застигнут и пленен, и целый год провел у него под стражей, и смог добыть свободу не иначе, нежели позволив Хугону занять
13
23…из-за сильнейшего раздора… – Рихер просто сообщил, что собор состоялся «в установленный срок» (II, 69); согласно Флодоарду же, его пришлось собрать раньше назначенного дня по указанной здесь причине.
Затем поднялся архиепископ Артольд, и в соответствии с полученным им повелением папы Римского, передал письменное изложение начала и продолжения раздора между ним и Хугоном, избранным вместо него первосвященником Реймской церкви. После того, как это изложение зачитали и перевели его для королей на немецкий язык [14] , на собор пришел некий Сигебольд, клирик вышеназванного Хугона, и протянул им письмо, полученное из Рима, которое уже предлагалось собору в Музоне, уверяя, что такое же письмо из Рима некто из присутствующих должен был передать Марину. Марин достал письмо, которое Сигебольд посылал в Рим, и предложил зачитать его перед лицом всего собора. После зачтения открылось, как об этом говорило само письмо, что Видон, епископ Суассонский, Хильдегар, епископ Бове, Родульф Ланский и другие епископы со всего Реймского диоцеза посылали такое письмо к апостольскому престолу с просьбой восстановить Хугона на Реймской кафедре и изгнать Артольда. Осмотрев это письмо, епископ Артольд и вышеназванный Родульф, которые упоминались в нем, а также Фульберт, первосвященник Камбре, отвергли это письмо, утверждая, что никогда его прежде не видели и не слышали о нем, и не принимали участия в его отправлении. Так как клирик не смог оспорить их слова и его подлог был разоблачен, господин Марин посоветовал, обращаясь к вселенскому собору, чтобы они вынесли общий и верный приговор против столь злостного клеветника, который возвел напраслину на епископов. И они, после того, как обвиняемый прилюдно был уличен в подлоге, зачитали главы, гласящие о клеветниках такого рода, и постановили, что его следует лишить всего имущества, и в соответствии с дальнейшим содержанием этих глав, отправить в изгнание. Итак, осужденного на глазах у собора освободили от обязанностей диакона, которые он отправлял. А епископ Артольд, который пробудил сочувствие собора, не избежал приговора, согласно которому он удерживал в своем распоряжении, в соответствии с канонами и писаниями святых отцов, Реймское епископство; все с радостью подтвердили такое решение.
14
24…перевели его для королей на немецкий язык… – Сочинение Артольда должно было быть написано на латыни, которой короли не знали.
На второй день заседания, после того, как зачитали священные тексты, а викарий Марин произнес речь, Роберт, архиепископ Трирский, предложил вынести приговор собора и против захватчика кафедры, так как Артольд уже был в соответствии со священными установлениями восстановлен в епископстве Реймском. Итак, викарий Марин также посоветовал собору вынести каноническое решение против него. И было приказано зачитать главы из священных законов истинной церкви, а по их зачтении, в согласии со священными канонами и решениями святых отцов Сикста, Александра, Иннокентия, Зосимы, Бонифация, Целестина, Льва, Симмаха и других ученых мужей святой Божьей церкви, отлучили и отторгли от лона Божьей церкви Хугона, захватчика Реймскойцеркви, до тех пор, пока он не явится, чтобы понести наказание и дать достойное удовлетворение. В оставшиеся дни на соборе обсуждались некиенеотложные дела в связи с кровосмесительными браками и церквями, что были вверены священникам в разных частях Германии, но проданы и незаконно присвоены мирянами; и было это запрещено и постановлено, чтобы такие дела не решались, исходя из других установлении. Говорилось и о других предметах, полезных для Божьей церкви, и приняты были некоторые решения.
Тем временем король Людовик просил короля Оттона послать ему подмогу против Хугона и других своих недругов. Тот внял просьбе и приказал герцогу Конраду пойти к нему на помощь с войском из лотарингцев; пока собирали войско, король Людовик оставался с герцогом, а епископы Артольд и Родульф, которые были с королем, дабы не претерпеть в пути обид от врагов, выехали вместе с лотарингскими епископами. И мы оставались с Робертом Трирским, Родульфом Ланским и Адальбероном Метцким в течение почти четырех недель. Наконец войско было собрано, лотарингцы пошли на епископа в Музон, осадилизамок, штурмовали его и вынудили воинов, бывших при Хугоне, к сдаче; взяв у них заложников, они отправились навстречу королю Людовику и герцогу Конраду к Лану. А там герцог с войском осадил некий замок, который построил и держал Тетбальд в месте, называемом Острая гора, он же удерживал и Лан против воли короля. Осадив этот замок, они взяли его, но не сразу, а оттуда пошли на Лан. В церкви святого Винцентия собрались епископы и отлучили вышеназванногоТетбольда, а герцога Хугона письменно призвали от имени легата Марина и своего собственного придти дать удовлетворение за зло, содеянное против короля и епископов. Видон, епископ Суассонский, явился наконец к королю Людовику, присягнул ему и помирился с архиепископом Артольдом, дав емуудовлетворение за посвящение Хугона. Герцог Конрад также принял из священной купели дочь короля Людовика. И так, взяв и разрушив замок Музон, лотарингцы возвратились к себе.
Хугон, не медля, собрал большое войско из своих подданных и норманнов, подступил к городу Суассону и осадил его, некоторых людей убил и сжег, забросив факелы, главную церковь, обитель каноников и часть города. Но взять его он не смог, отступил от города, направился к некоему замку, построеному графом Рагенольдом, вассалом Людовика, на Эне, в месте, которое называют Руси, и осадил все еще недостроенный замок. Но и его он не взял, однако разорил соседствующие с его замком селения, принадлежащие Реймской церкви. Его головорезы поубивали многих крестьян [15] , осквернили церкви и дошли в своем неистовстве до того, что близ Кормиси поубивали в церкви и вокруг нее почти сорок человек, а храм начисто разграбили. Итак, совершив много злодеяний, Хугон удалился вместе со своими разбойниками. А воины, которые вместе с Хугоном недавно подверглись отлучению, вернулись к прелату Артольду; он принял некоторых из них, возвратив им имущество, которым они располагали, а некоторых отверг. После этого он отправился в Трир на собор вместе с епископами Видоном Суассонским, Родульфом Ланским и Викфредом Теруанским. Когда они приехали, Марин вновь был избран председателем вместе с архиепископом Робертом, а из остальных Лотарингских и Германских прелатов никого не нашли. Викарий Марин начал допытываться, как, по их суждению, вел себя после предыдущего собора герцог Хугон по отношению к ним и к королю Людовику. А они доложили о рассказанном выше, о том, как он нечестиво нападал на них и их церкви. Марин спросил о том, призвали ли этого герцога, доставили ли ему письменные призывы, которые он отправил ему для ознакомления. Архиепископ Артольд ответил ему, что некоторые из них были доставлены, а некоторые доставить не удалось, так как гонцы были захвачены головорезами герцога; однако его призывали и письменно, и через вестников. Марин тогда спросил, не присутствует ли здесь посол от герцога. Но никто не пришел, и решено было ожидать, не появится ли он до завтра. Но ничего подобного не произошло, и все присутствующие, как клирики, так и миряне объявили о его отлучении, а епископы уточнили, что провозглашение отлучения следует отложить на третий день собора. Затем обсудили епиcкопов, которые были приглашены и отказались явиться, а также тех, кто способствовал посвящению Хугона. И Видон Суассонский, упав к ногам викария Марина и архиепископа Артольда, признал себя виновным. Затем за него вступились перед Марином архиепископы Роберт и Артольд и он был освобожден от заслуженной кары. Викфрид Теруанский остался незапятнанным этим посвящением. Присутствовал там некий священник, посол Трансмара, епископа Нойонского, объявивший, что этот прелат столь тяжко болен, что не в состоянии приехать на этот собор; это подтвердили и бывшие при сем епископы из тех мест.
15
25…многих крестьян… – Флодоард называет их колонами («coloni»); речь идет скорее всего о зависимых крестьянах.