Аннотация
Шрифт:
Проснулась Арина от нежного прикосновения к волосам и легкого запаха трав и мускуса.
— Жан, что ты делаешь?
— Бужу тебя, — он наклонился и поцеловал ее в лоб, потом в щеку, у Арины сильнее забилось сердце, и она поняла, что если следующий поцелуй не будет настолько невинен, она уступит.
— Прекрати. Я уже проснулась.
— Почему?
— Что, почему? — Арина сделала вид, что не поняла вопроса.
— Я ведь вижу, что нравлюсь тебе. Ты знаешь, что я хочу тебя безумно. Почему ты отталкиваешь меня? Девочка, завтра мы вступим на земли, из которых мало кто возвращается. Вполне может
— Возможно, ты прав, мальчик. — С улыбкой ответила Арина, в душе соглашаясь с охотником, но как объяснить ему, что ей не хочется быть одной из многих, что она никогда не бросалась на шею мужчине по первому его зову, что она боится влюбиться и привязаться, потому что не знает, зачем она на этой планете, куда еще ее закинет воля неизвестной женщины из снов. А бросать семью, любимого, стабильность намного труднее, чем просто подхватить рюкзак и уйти, не оглядываясь.
— И почему это я мальчик? Я старше тебя лет на десять, — возмутился Жан.
— Мне сорок три года, — устало сообщила Арина, со стоном выбираясь из кровати. — Просто я хорошо сохранилась.
Жан, естественно, не поверил, а она не стала ничего доказывать, иначе пришлось бы сказать правду, а к этому Арина пока была не готова.
— Я, между прочим, пришел пригласить тебя в баню!
Арина завизжала и бросилась мужчине на шею.
О, баня! Что может быть милее сердцу русского человека? Именно наличие сего, несомненно, выдающегося изобретения человечества примирило попаданцев с реалиями этого мира. В Приграничье бани строили с размахом — одна для нескольких семей, с открытыми предбанниками, уютными парилками, большими моечными. И мыться в них ходили большими дружными компаниями со свежесваренным пивом, крепкими ягодными узварами и вяленой рыбой. Как дома.
Правда, когда Арина увидела, кто составит ей компанию в бане, она слегка растерялась и даже хотела отказаться, но Жан пообещал ей, что самое интимное мужчины прикроют полотенцами, при этом он едва сдерживался от хохота, глядя на смущенное лицо подруги. Ну, а когда в бане появилась веселая подружка Велко с большим ворохом льняных отрезов и кувшином пива, Арина согласилась, решив, что ей стыдиться нечего, а вот когда еще удастся помыться — неизвестно. И не пожалела об этом.
— Наподдай! Эх, хорошо-то как!
Хотен оказался великолепным банщиком. Он орудовал двумя вениками сразу, при этом успевая подливать на камни теплое пиво и растирать изнемогающее в горячем пару тело пучком каких-то ароматных трав. А потом он вывел Арину в моечную, уложил на лаву и вылил на визжащую девушку ушат ледяной воды, за что был с восторгом обласкан красивыми русскими словами, которые приличным княгиням и знать не положено. Чтобы загладить вину, Меч предложил Арине сеанс тихтского массажа. За это она тут же простила ему все, что было, и все, что будет. Из моечной ее вынес на руках Жан. Идти Арина могла, но не хотела. Хотелось просто лежать, потакая расслабленному истомой телу и ни о чем не думать. Но из парилки уже выбегали отпаренные Мечом мужчины, с гиканьем и криками обливались ледяной водой и опять скрывались за плотной пеленой пара, из которого слышалось покряхтывание и шлепки веников
— Ух! Эх! Еще!
— Добавь парку, Везунчик! Красота-то какая!
Посадив слегка прибалдевшую подругу в предбаннике на лавку, Жан закутал ее в большой отрез льняной ткани, всунул ей в руки ковш с холодным ягодным компотом, который местные называли узвар, и, ухватив подружку Велко за руку, поволок ее в парилку. Через некоторое время Арина с легким злорадством услышала дикий визг. Не одной ей ледяные процедуры принимать. Еще через пару минут женщина влетела в предбанник со слегка очумевшими глазами. Вслед ей высунулась довольная лохматая голова охотника по имени Ярек Бык, одного из тех, кто присоединился к ним в этой деревне.
— Ну что, девчата, не желаете повторить?
Девушки дружно замотали головами. Ярек заржал и скрылся в парилке.
А ночью Арина пришла к Жану.
Их разбудил настойчивый стук в дверь.
— Жань! Пора, скоро рассвет! — раздался зычный голос Хотена. — Ждем внизу.
Арина сразу открыла глаза и почувствовала легкий мандраж — такое забытое чувство, которое последний раз посещало ее в институте пред особо ответственным экзаменом. Вот и пришло время опасного похода. Все сомнения должны остаться здесь, в этой комнате. Жан словно почувствовал ее мысли.
— Может быть, ты останешься? Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится. Хочешь, я договорюсь с купцами, и ты отправишься в Атурум с обозом? Это будет безопаснее, чем идти с нами.
Эти его слова решили все.
— Жан, я пойду с вами, и это не обсуждается. А если я погибну… Ну, что же, мне не впервой, а ты переживешь. Ни я первая, ни я последняя делю с тобой ложе.
— Ты не такая как другие. Я боюсь этого слова, но мне кажется, я люблю тебя.
— Так, кажется или любишь? — лукаво улыбнулась девушка, натягивая комбинезон. Сердце предательски застучало, в груди собралось облачко предвкушения. Она с затаенной радостью ждала ответа охотника. Жан еще ни разу не произносил это желанное слово. Нравишься, обожаю, восхищаюсь, но ни разу — люблю. И вот теперь, наконец-то…
— Люблю, — прошептал Жан ей на ухо, обнимая сзади и прижимая к себе. — Люблю, восхищаюсь, обожаю. — Он поцеловал ее в шею. — И не хочу расставаться даже на мгновение, но этот поход слишком опасен. Останься. Пусть даже я потеряю тебя навсегда, но я буду знать, что с тобой все в порядке.
— Не все так просто, — вздохнула Арина, аккуратно высвобождаясь из его объятий. — Мне необходимо попасть в Закрытый город. Не знаю почему, но чувствую, что это важно. Не могу объяснить. Так что придется тебе терпеть мое присутствие и завистливые взгляды парней, — весело закончила она.
Жан улыбнулся в ответ и начал собирать разбросанные по комнате вещи.
Реакция парней не заставила себя ждать.
— Вас было слышно даже на другом конце села, — ревниво сообщил Меч.
— Да ладно тебе, Хотен, перестань ревновать, посмотри на счастливую физиономию старшого. — Добродушно встрял Велко, сладко позевывая. Он тоже не выспался после усердного прощания с подружкой.
— Хотен, милый, ты ничего не забыл? — Арина многозначительно подмигнула бывшему любовнику. Велко и Жан рассмеялись, а Меч смущенно пробасил: