АНО - 1
Шрифт:
– Пойдем, врежем.
– Пошли. Все равно, тут одна мелкота собралась. А пока ходим, более крупные экземпляры подойдут.
– Ты это о ком?
– О бабах.
– Ладно, пойдем, выпьем.
Выйдя с освещенной территории "Локомотива", они вышли на широкую лесную тропинку, ведущую на турбазу "Маяк".
Весь путь занимал метров триста. Но, полное отсутствие освещения сильно замедляло движение двух нетрезвых мужчин. Протискиваясь почти на ощупь между стволами
– Федя иди за мной.
Выйдя на освещенную территорию, Федор не скрывая удивления, спросил.
– У тебя что, ночное зрение?
Курилов кивнул головой, хотя всё было гораздо проще. На широкой тропе полностью отсутствовали сосновые шишки, но стоили отклониться в сторону, как стопа сразу начинала чувствовать их наличие. Именно этим и воспользовался Сергей.
Прикончив еще одну бутылку портвейна, они не без труда вернулись к танцплощадке, где веселие уже шло полным ходом.
Действие последней дозы портвейна полностью раскрепостило Курилова, и он, ринувшись в самую гущу танцующих тел, с головой окунулся в это безудержное веселье.
ххх
Во рту было сухо и противно.
"Неужели вчера опять с кем-то пил"?
– липкая как слюна мысль, растеклась в больной голове.
Не открывая глаз, Курилов негромко позвал свою супругу.
– Люда!
С трудом, повернувшись на бок, он услышал под собой характерный скрип панцирной сетки.
"Где я"?
– эта мысль отозвалась в затылке тупой болью.
Буквально разодрав слипшиеся глаза, он увидел перед собой пустую соседнюю койку, стол с графином и грязные обои.
"Ё-моё. Я же на турбазе"!
После этой мысли, память начала по крупицам восстанавливать воспоминания о вчерашнем дне и вчерашнем вечере.
Если события дня он вспомнил легко, то события вечера, давались ему с трудом.
Было ощущение, какого-то праздника и суматохи, но конкретной картины, что происходило вчера на танцах, воссоздать, никак не получалось.
"Так. Феди нет", - посмотрев на пустую соседнюю койку, констатировал Курилов.
Приподняв простыню, которой он был накрыт, Сергей, посмотрев на свое тело, понял, что из всей одежды на нем были только носки.
"Не понял, а где трусы"?
– сам себе задал вопрос Курилов.
И не найдя на этот простой вопрос никакого ответа, он решил не утруждать себя более никакими вопросами, а ещё чуточку поспать.
Повернувшись на другой бок, он вдруг ощутил неудобство от свернувшейся в жгут простыни.
Засунув руку под свой бок, он
– Вот они где, родимые, - вслух произнес Курилов, имея в виду свои трусы.
Засунув руку под простыню, он, попытался вытащить их, но сразу понял, что это были не его трусы.
Приподнявшись на постели к железной спинке, Сергей как факир, стал медленно вытягивать из-под простыни то, что там лежало.
Когда появился краешек бежевой атласной ткани, в голове Курилова озорно вспыхнула мысль.
"Женские трусики!!! Неужели, я с кем-то вчера вечером грешил?"
Он попытался представить себе эту таинственную незнакомку, но память стертая алкоголем, так и не смогла нарисовать этот образ.
Продолжая вытягивать из-под простыни этот предмет женского туалета, лицо Курилова начало вытягиваться, а глаза округляться.
"Это же не трусики! Это даже не трусы! Это парашют какой-то..."
Когда же он полностью извлек из-под простыни этот утерянный кем-то предмет туалета, то растянув его между своих рук, он с ужасом постарался представить себе обладательницу таких неимоверных форм.
На крыльце послышались чьи-то шаги и, звонкий женский голос оповестил Сергея о том, что это, по всей видимости, как раз и была та таинственная обладательница этого утерянного предмета.
– Сережка. Просыпайся!
–
В дверь слегка ударили ногой.
От страха перед этой незнакомкой, стоявшей за дверью, Курилов быстро натянул на свою голову простыню.
Он слышал, как открылась дверь и, незнакомка, пройдя в комнату, что-то положила на стол.
Затем шаги стали приближаться, отчего Курилов интуитивно сжался, держав в руках атласную материю.
Простыня поползла вниз, и он увидел перед собой круглое симпатичное женское лицо, обрамленное белокурыми волосами.
– Ой, нашлись! А я их всё утро искала - она быстро выхватила из рук Курилова свои трусики, и отвернувшись от него, натянула их, при этом задрав свое цветастое платье и широко расставив ноги.
Курилов не стал отворачиваться, ему хотелось увидеть тело этой незнакомки. Хотя все произошло быстро, тем не менее, он успел разглядеть, что, имея такие огромные габариты, оно не выглядело рыхлым, а напротив, казалось упругим и налитым.
Повернувшись к Курилову, она улыбнулась, обнажив при этом ровный ряд хороших зубов.
– Я тебе завтрак принесла. Давай вставай, пока каша не остыла.
Сергей, абсолютно не помня всех обстоятельств вчерашнего вечера, не знал как себя вести.