АНО - 2
Шрифт:
Федоров отрешенно махнул рукой.
– Бесполезно. Я уже отчаялся хоть как-то его изменить. Представляешь, Сергей Александрович, я его два года назад в Лондон отправил учиться, в Оксфордский университет, так он там такое натворил, что мне пришлось его из Англии тайком вывозить. Думал в МГУ его пристрою. Так ведь он и здесь нигде учиться не хочет.
– Балуешь ты его Андрей Иванович. Денег наверняка много даешь.
Федоров кивнул головой в знак
– Да. Все правильно. Это мои деньги его сделали таким. Но теперь все! С этого дня, он у меня больше ни копейки не получит. Пусть работать идет. Я вон в его годы днем учился, а по ночам вагоны выгружал, что бы хоть как-то прожить.
– Да разве их сейчас заставишь хотя бы палец о палец ударить? Одно слово "золотая молодежь", - генерал-майор тяжело вздохнул.
– Спасибо, тебе Сергей Александрович. Буду должен, - Федоров поднялся со своего стула.
Начальник Управления встал с кресла и проводил своего гостя до двери.
– Сейчас тебя дежурный офицер отведет в кабинет, где Максим находится. Так что бери его и вези сразу домой. Пусть отсыпается.
– Еще раз спасибо, Сергей Александрович. Я твой должник.
– Давай, давай. Потом все вопросы решим, - с этими словами генерал-майор похлопал Федорова по плечу и закрыл за ним дверь своего кабинета.
* * *
Во рту было сухо, как в пустыне Сахара.
Перевернувшись на бок, Максим опустил руку с кровати и попытался нащупать горлышко пластиковой бутылки французской минералки, которая обычно стояла рядом с постелью. Не найдя флакон с живительной влагой, Максим тяжело поднялся и присел на кровати.
Сразу же, сильно заболела голова. Он поднял руку ко лбу и тут же нащупал на нем крупную гематому.
Откуда-то снизу, с первого этажа, доносились голоса его родителей. Судя по тембру, они разговаривали на повышенных тонах.
Тяжело поднявшись с кровати, Макс вышел из своей комнаты и, стараясь не делать резких движений, стал спускаться на первый этаж их элитного дома. Там в столовой стоял огромный двустворчатый холодильник, в котором должна была лежать спасительная минералка.
– Все! И не спорь со мной! Я сказал, его в армию этой осенью отправлю, значит, так тому и быть, - голос отца звучал решительно.
– Ты с ума сошел! Его же там инвалидом сделают, - мать, как всегда встала на сторону Максима.
– Это он нас инвалидами сделает, если не изменит свою жизнь, - Андрей Иванович, продолжал гнуть свою линию.
Увидев спустившегося в столовую
– Что? Сушняк замучил?
– Андрей Иванович, презрительно посмотрел на своего отпрыска.
– Меньше всякой дряни надо глотать.
– Да мне параллельно, что ты думаешь, - Максим, как обычно нагрубил родителю.
Андрей Иванович повернулся к жене.
– Ну, ты только посмотри на него. Разбил новую машину, и еще дерзит отцу!
– Ты что не видишь, что ему сейчас тяжело, - Татьяна попыталась заступиться за сына.
– А ты ему больше в задницу дуй! И он тогда вообще о нас ноги вытирать начнет.
"Вот достал папец!" - чертыхнулся про себя Максим, стараясь не обращать внимания на брюзжание своего отца.
Взяв в холодильнике прохладную минералку, он быстро свинтил крышку и как заправский горнист, запрокинул бутылку в рот. Отпив почти половину, он закрутил крышку и не спеша отправился наверх, в свою комнату.
– Ты куда? Я еще с тобой не договорил!
– Андрей Иванович решительно остановил сына в столовой.
Максим остановился и с ухмылкой уставился на отца.
– В общем так!
– Андрей Иванович, сдвинул брови.
– С этого дня я заблокировал все твои кредитные карточки.
Повернувшись к жене, он продолжил.
– И твои кстати тоже. Что бы у тебя не было соблазна помогать твоему разлюбезному чаду.
Максим по-прежнему ухмыляясь, смотрел на отца, показывая всем своим видом, что ему абсолютно безразличны его угрозы.
– Ну, что ты все лыбишься? Ты посмотри, на кого ты похож? В ушах сережки, как у девки. Не парень, а педик какой-то.
– Тебе то что?
– Максим нарочито сделал равнодушно-презрительное выражение лица.
– Как что? Я твой отец. И мне не безразлично твое будущее. Я не хочу что бы ты, если не дай бог со мной что-нибудь случиться, пустил все, что я заработал и создал за эти годы, на ветер. Ты что ни понимаешь, что из наркотиков обратного пути нет?
– Каких наркотиков?
– встрепенулась Татьяна, впервые встряв в разговор отца и сына.
– А это он пусть тебе сам расскажет, - Федоров кивнул головой в сторону Максима.
– Ты что уже колешься? Отвечай мне немедленно!
– Татьяна накинулась на сына, пытаясь ударить его своей ладошкой.
– Ма, хорош свои пакши распускать, - Максим увернулся от ее руки.
– Я тебе дам пакши! Я тебе сейчас так дам...
– Татьяна не унималась, пытаясь достать рукой до его затылка.