Анти-Горбачев

Тамбовский Сергей

— Согласованное мнение прибалтийских республик вас интересует? — задал вопрос латвийский лидер Пуго.

— Да, конечно, Арвид Янович, — вежливо ответил Гришин, — высказывайтесь.

— Литва, Латвия и Эстония резко против того,

чтобы убрать 17-й пункт из Конституции, — сказал Пуго.

— А аргументацию можете озвучить? — поспросил Романов.

— Мы согласны с Владимиром Васильевичем в том смысле, что это вызовет ненужные народные волнения. Вплоть до забастовок и уличных демонстраций. Нам нужно повторение польского сценария 80-го года?

— Даже вот как… — озабоченно почесал в затылке Гришин, но договорить он ничего не успел, потому что внезапно открылась дверь и в неё даже не вошёл, а вбежал офицер связи с ракетным чемоданчиком под мышкой.

— Виктор Васильевич, — взволнованно сообщил он, — экстренная ситуация, срочно необходимо ваше вмешательство.

— Прошу всех очистить помещение, — сразу проникся моментом Гришин, — Григорий Васильевич, а вы останьтесь.

Все дружно встали и удалились, офицер же открыл свой чемодан и сказал следующее:

— Со стороны Ирана запущены 2 баллистические ракета в направлении Москвы, их только что опознала наша станция в Габале.

— Ошибки быть не может? — спросил Гришин.

— Перекрестное подтверждение получено.

—

Какое подлётное время до Москвы?

— Примерно 10 минут.

— Связь с Рейганом можете обеспечить?

— Да, конечно — поднимайте телефон номер три, Генштаб уже созванивается с ними.

Гришин поднял трубку у телефона с гербом СССР вместо диска и вслушался…

— Здравствуйте, мистер президент, — сказал он через полминуты, — значит это точно не ваша техника? … постараемся сбить… и вам здоровья…

На этом разговор закончился.

— А-135 в боевой готовности? — спросил Гришин.

— Так точно, — вытянулся офицер.

— Какова вероятность, что хотя бы одна из этих ракет прорвётся через неё?

— Сложно сказать точно, — замялся тот, — но такая вероятность существует, это факт. Вам надлежит проследовать в убежище, на всякиё случай.

— Сам знаю, — Гришин встал и по дороге к выходу спросил у Романова, — как думаешь, Гриша, обойдётся на этот раз?

— Где наша не пропадала, Витя, — ответил ему тот, — я лично думаю, что это какая-то дурацкая ошибка — где Иран и где ядерные ракеты. Но бережёного бог бережет.

— А стереженного конвой стережёт, — добавил Гришин, и они все вместе спустились на лифте на минус пятый этаж…

Конец первой книги