Антидемон. Книга 9
Шрифт:
Никаких вражеских лазутчиков я не нашел, что вовсе не означало, что их не было. Граница лагеря была слишком большой, чтобы один человек мог рассчитывать на успех в этом деле.
Финальным аккордом стал мой обход утренних патрулей. Капитан навел шороху вчера вечером, теперь был мой черед заставить патрульных вести себя более ответственно. По-прежнему патрули не прятались и вели себя беспечно — ясное дело, тех патрульных, которых пугал капитан, уже сменили, а эти были непугаными. Нашел и очередных спящих патрульных, они мило прикорнули в кустах. Достал свой пузырек с красной краской и написал у каждого на одежде фразу: «Я
Если им повезет, сами заметят и ототрут. А не повезет — засечет офицер, приведя им на смену другой караул. В обоих случаях спать на посту им не скоро снова захочется.
Когда рассвело, я вернулся в лагерь. Капитан спал в палатке, солдаты тоже у себя. Никаких патрулей между палатками не выставлено — если лазутчики тайком проберутся в лагерь, можно резать всех подряд. Для меня это было дико, воспоминания о прошлой войне были еще очень свежи в памяти. Вот как можно так беспечно воевать?
Разжег небольшой костер между палатками солдат и нашей палаткой, присел у него, приглядывая за всеми. Шло время, лагерь постепенно оживал. Из-за одной из больших соседних палаток вышел уже знакомый мне лейтенант Парекс. За ним не в ногу шли трое парней, от двадцати до тридцати лет на вид. Одеты кто во что горазд, вот это точно новички.
Я подскочил на ноги, отсалютовал лейтенанту, как было положено во время моей прежней службы в армии. Тот как-то странно на меня посмотрел — ага, точно, сейчас салют совсем другой. Я слишком вошел в образ, знаю же, что салюты отличаются, но сформировавшуюся за много лет привычку трудно искоренить. Но ничего, я новичок, мне можно косячить.
— Привел, вот, пополнение для вашего подразделения, — лейтенант заговорил со мной совсем не по-уставному, — капитан спит небось?
— Ничего страшного, я сам их приму, как неофициальный заместитель, — сказал я.
— Ого, быстрая карьера! — усмехнулся Парекс. — Ну принимай тогда! Тех, что не пройдут тест, вернете мне.
— Есть, сэр! — отчеканил я.
Как и положено в армии, лейтенант не стал настаивать на том, чтобы я потревожил капитана. Был бы он сам капитаном или майором, другое дело. А так — зачем злить вышестоящего по званию?
— Стоим, ждем! — велел я новобранцам, проводив взглядом лейтенанта, а сам пошел будить сержанта. Анри подскочил сразу, едва я коснулся его плеча. Но молча, не разбудив остальных. Я показал ему пальцем на выход, он кивнул.
Через минуту сержант вышел. Взглянул на новобранцев.
— Можем мы сами начать тестировать новичков, не тревожа капитана? — спросил я сержанта.
— А то что же! — утвердительно кивнул он. — Пусть выспится, господа офицеры до самого рассвета обычно в карты играют своей компанией.
Начали с того же теста на внимательность, который я сам вчера проходил. Больше восьми предметов ни одному из новичков выставлять не пришлось — они и из них больше пяти-шести назвать, взглянув на секунду, не могли.
— Проходят по низшему порогу, — кивнул сержант.
— Хорошо, присмотри тогда за палатками, а я их сам по бою без магии протестирую, — сказал я.
— А зачем следить за палатками? — удивился Анри.
— А мало ли лазутчик в лагерь заберется, а тут в палатке один, без охраны, целый капитан дрыхнет. Перережет он ему горло, и что ты тогда скажешь на военном суде, как сержант, что должен был обеспечить его безопасность? Что не думал, что это возможно? А знаешь, что тебе судья
— Что именно? — настороженно спросил Анри.
— На рудниках очень тяжелые условия для работников, и двадцать лет мучиться не придется. Там больше пяти обычно не выживают.
Сержанта как следует проняло, и уходил я с новичками к арене в полной уверенности, что больше мы без выставленного у палаток патруля спать не будем.
Новички меня не порадовали. Впрочем, двое хоть как-то умели драться, а третий, самый молодой, совсем не умел. Но что самое интересное, я понял, что если я возьмусь их тренировать, через месяц молодой уделает влегкую каждого из них. Реакция отменная, скорость есть, не боится, в отличие от двух первых, снова вступать в схватку, даже если только что полетел носом в пыль.
Повел их обратно. Рухес уже проснулся и сидел у костра в компании сержанта. Я доложил ему о своих впечатлениях от боевых навыков новобранцев, оставив их ждать в сторонке. Он хмыкнул:
— Не факт, что война месяц продлится, чтобы он стал хорошим бойцом. Впрочем, у нас сильный недобор, веди их на полигон. Сержант, организуй наблюдателей!
Вот так следующие шесть часов я точно знал, чем занимаюсь. Кому-то было бы скучно, но я знал, что так и работает армия. Проявил инициативу — расхлебывай последствия по полной программе. Разбуди я капитана утром, когда привели новобранцев, вполне может быть, что он сам ими бы весь день занимался. Но увидев, что я и без него справляюсь, тут же поручил это дело мне.
Впрочем, я был не в накладе. Сержант показал мне площадку, на которой обычно устраивался капитан, и я использовал свободное время, чтобы как следует осмотреть округу, пока новички ползали в траве внизу.
В обед капитан привел еще семь рекрутов и сообщил, что трех уже отсеял на предыдущих испытаниях. А сержант принес мне обед. За обедом я охотно спустился с вышки, зачем заставлять возрастного Анри лезть ко мне по веревочной лестнице. Семь человек до вечера испытать было нереально, поэтому по согласованию с капитаном сократили испытание до получаса. Проползти незаметно нужно было до середины поля, но и наблюдателей мы оставили только двух. В принципе, как по мне, это и так было излишне затянуто — мне лично по поводу умений скрытного передвижения конкретного новичка все было понятно в первую минуту. Скользнул ловко в траву, не спешит, как голый в баню, — уже годится. А если человек шумно в нее бухается, и сопя, как кабан, ползет, приводя в движение всю траву на своем пути, то какие, к демонам, у него могут быть навыки?
К вечеру отсеял трех кандидатов из семи, прошедших привел к капитану, проваливших испытание — отправил к лейтенанту. Поужинав, сразу лег спать. Война вовсю шла, а тут все было спокойно и безмятежно. Вряд ли это долго может продлиться, если генералы Сисерии не зря едят свой хлеб. Так что я снова проснулся в час ночи и приступил к осмотру границ лагеря.
Патрули сегодня были гораздо бдительнее, чем вчера, — видимо, помог и втык от капитана, и мое вчерашнее хулиганство с краской. Вражеских разведчиков найти я так и не смог, но в четыре утра, передвигаясь к северу от лагеря, услышал, как взорвался один из моих сигнальных артефактов к югу. Хорошо так рванул! В ночной тишине прозвучало очень отчетливо.