Антидыр
Шрифт:
Что вся та гонка,
Коварная будто воронка
Воздушная,
Убийственно ушлая,
Хороша лишь для аферистов
Авантюристов, рисковых артистов,
Или просто подонков,
До славы и денег жадных,
И потому – удивительно,
Отвратительно
Беспощадных.
Потому как европейский порядок
Кому-то быть может и сладок,
И потому народ на него падок,
Русскому духу однако, по сути он – гадок.
Ибо
Что ни час
Он требует настороженного обхождения,
Ибо всегда и повсюду
Доверчивому нашему люду
Он исстари создавал
Один развал,
Да всей жизни обвал,
И прочие нелицеприятные,
Возмутительно всеобъятные
Осложнения
И в общем-то – беспорядок,
Беспредела буйство и взяток.
Нельзя утверждать однако,
Что беспорядок у нас всегда одинаков.
Он хотя и впрямь безобразен,
Но довольно-таки разнообразен.
Также нельзя сказать, что совсем уж бесплодны
Были рейды царя-государя
В архивах его бездонных.
Хотя и бессистемно, и чаще невпопад,
Листая страницы больше наугад,
Трактуя прочитанное на свой дерзкий
И самодержский
Лад,
Он, тем не менее,
В процессе чтения
Немало нового для себя открыл.
То плакал при этом
Кротким фальцетом,
То выпью выл:
Сам себе был постыл.
Хотя и позабавиться
Раз-другой и тут повод был.
Вот только – как избавиться
От ям отечества и от дыр…
Нет, про это он в архивах
И пыльных ксивах
Так ничего и не нарыл.
Как к находке такой ни стремился, -
Рецепт подходящий,
Чудо-средство творящий,
Ну никак и нигде не находился.
V
Затосковав в пыли архивов,
Задумал царь заняться чтивом,
Именуемом нарративным,
Тоже, надо сказать, препротивным,
Проявив себя зело активным.
Стал искать он средство в журналах,
Как в толстых, так и захудалых,
Как в отечественных, кротких, приличных,
Так и в злых, мерзостных, заграничных.
Полезного
И конкретного,
Сколько поисками себя он ни изводил,
Находил,
Он, правда, и тут мало, -
Всё больше разного сомнительного,
Хоть и волнительного,
Нередко поучительного
Криминала,
И также стаи жирных и диких уток
Газетных, от которых порой делалось жутко.
Пышным
С разнозаряженной энергетикой,
Объясняющая на примерах царя же снов,
Кто царь по сути таков.
Царь с печатной той мутью мирился,
На бредовость ее сердился,
А то и откровенно злился.
Особенно же его бесили
Статьи чужаков
О царях и судьбах России.
Он даже вскрикивал периодически,
С ноткой в голосе истерической:
"От… к-каков!
На авторов таких слов
Не пожалел б я оков…"
Так, по мнению и суждению
Тех авторов странных,
В основном иностранных
Подданных,
Как правило, поданных
В выражениях
Злобных,
Циничных,
Заносчивых, неприличных, -
"Царь на Руси,
Сколько Бога-Черта ты тут ни проси,
Как явление – не умирает,
Практически.
Такая уж у этой страны миссия,
Историческая,
С ремиссией и амнистией
Циклическая.
Да, да… А если в особо лихие года
И случается иногда,
Что то царство,
Растеряв власть и богатство,
Вдруг возьмёт и представится,
Со сцены громко уйдет,
То поворот этот человеку русскому,
По натуре шустрому,
По духу – отнюдь не узкому,
Будет недолго нравиться.
Новенький царь скоренько появляется,
Прямо будто из воздуха берет и вылупляется,
Ибо живёт на Руси тот могучий,
Сродни яду змеи гремучей,
Кипучий к власти царя пиетет,
То есть тот самый внутренний запрет,
Что сводит саму мысль о свободе на "нет".
Однако об этом, понятно,
Никто на Руси никогда, и нигде,
Чтоб не быть беде, -
Не высказывается внятно,
А лишь экивоками,
Да наскоками
Отчаянными,
Как правило – нечаянными.
Что однако про царей на Руси известно, -
Как правило, занятно,
Непонятно,
И уже поэтому интересно.
Все мы, к примеру, знаем,
Что бывают цари очень разными:
То душками, с мушками да рюшками,
С потешными финтифлюшками,
Симпатяшками
С милыми ряжками,
То монстрами безобразными
С манерами дикими, несуразными,
Что говорится – с фантазмами,
С бзиками, с криками,
С преступными
Даже не уликами,
А деяньями попросту безумными,