Антифэнтези
Шрифт:
Она тоже, как и я, что-то читала про вампиров, но не любила их, а боялась. Да и кто их, признаться, любит? Но это я не в отношении Машки. Не в том смысле, что я влюбился, а… ай, что оправдываться! Я еще такими глупостями не занимаюсь! Все! Ясно?
Что-то я разволновался… прям, как девка какая. Так вот, как я понял, она была такая же недоделанная вампирша, как и я – эльф. Ну, во-первых, где вы видели живых вампиров? Им же, кажется, в гробах спать полагается. Потом, она уже несколько дней тут по солнышку болтается и хоть бы хны. Бледновата только, да и зубки – да уж, здесь главное не улыбаться
Почти весь последний день она провалялась в этом стоге почти без движения. Моя рука, вывалившаяся из сена, была ее последней надеждой. Она и попробовала, как ей не было это страшно и противно. Все это было очень грустно слышать. Вернее, не грустно, а просто невозможно, особенно для такого рыжего и деятельного джентльмена, как я. Мне даже сначала захотелось по-рыцарски предложить ей на съеденье свою кровь в неограниченных размерах, но я опять вспомнил о своей ядовитости для русалок и решил себя, любимого, не предлагать, спросив:
– А тебе любая кровь пойдет?
– Не знаю, - испуганно ответила маленькая вампирша.
– Надо попробовать. Сиди здесь (можно было подумать, у нее были силы на что-то другое), а я мигом! – мне пришла в голову мысль воплотить в жизнь предположения крестьян на счет хулиганистой лисы.
Защитников мягких и пушистых прошу с этого места не присутствовать. Я шел спасать человека, так что приходилось жертвовать братьями нашими меньшими. Тут не до сопливых охов да ахов. В моей голове быстро замкнулись вечерние воспоминания о звуках со скотного двора с направлениями к дому, стогу и огороду. Отойдя от стога и постояв секунду в темноте, я различил четкий звук сонного меканья. Азимут был подтвержден и я отрешенно бросился туда.
Уже стоя у скотного двора, я с некоторым сарказмом подумал: «Ну и компания собирается: крестьянский отрок, и пара недоделанных чучел! А если серьезно, ведь теперь Машку одну не бросишь, а идти на поиски с девчонкой, все равно, что сдавать заплыв с камнем на шее. Выдюжу ли? А куда я денусь? Магу-то накостылять теперь я должен в двойном размере!»
Я начал обходить сарай вокруг в поисках входа. Вот где мне пригодилась моя эльфийская сущность! Зверушки, почувствовав мои ласковые приговоры, только слегка помекивали, похрюкивали, да квохтали. Ага! Вот кого я прихвачу с собой: для первого эксперимента куренка будет достаточно.
Вскоре я на ощупь в кромешной тьме пробирался среди загонов с животными. Курятник оказался справа, и я, приказав всем пернатым сидеть тихо, открыл калитку. Присев среди немного нервничающих птичек я пытался их гладить. Под руку попалась курица, затем здоровенный петух, и только с третьего раза я подцепил среднего размера куренка – уже не птенца, но еще и не взрослую и агрессивную пернатую особь. Схватив его подмышку, я припустил со скотного двора обратно к стогу.
Мой чахлый вампиренок был в состоянии то ли сна, то ли обморока. Я осторожно потряс
– Вот тебе цыпленок. Давай, попробуй, прокуси ему шею. Я выщиплю ему перья на шее, - с жаром стал я ей объяснять ситуацию. – Может, для тебя сойдет и нечеловеческая кровь?..
Я замолчал на полуслове, видя, каким ужасом наполнились ее глаза. Ну что я опять не так сказал?
– Я… я не могу – это городское чудо смотрело на меня круглыми глазищами, из которых в два натуральных ручья текли горючие слезы.
– Э-э, так дело не пойдет! – рассердился я. – У тебя только два варианта: или кусаешь его в шею и пьешь немного крови, или я сейчас оттяпаю ему голову и сцежу с шеи кружечку оздоровительного напитка.
О том, где я сейчас найду, чем отрубить несчастному пернатому голову, и тем более, где возьму кружку, я подумать не успел, так как моя пациентка закатила глаза и стала заваливаться в сено. Я совсем рассерженно придавил куренком ее плечо, чтобы не валилась, а другой рукой пошлепал по щекам. Это помогло, и она снова осмысленно посмотрела на меня. Ничего не говоря, я немного по-садистски вырвал у цыпленка перья на шее и ткнул живым комком прямо ей в рот. Бедная птица и пикнуть не посмела, а у моей «вампирши» проснулся-таки нужный рефлекс, и она машинально воткнула свои клычки в основание дохлой шейки.
Все, дело пошло! Спустя минуту я уже выдирал почти полудохлую птицу из Машухиных зубок, а ее глаза блестели охотничьим азартом.
– Ай-ай-ай! – покачал головой я. – А кто-то тут только что защитника животных из себя строил…
– Жизнь заставит, - довольно облизнулась, разом выздоровевшая девчушка.
– Да, приятно посмотреть. Теперь видно, что именно ты того мага на коленках по паркету катала!
Мы решили отпустить цыпленка погулять, а сами до утра спрятались в сене. В ожившей Машкиной голове сразу закопошилось куча девичьих комплексов, и она гордо удалилась спать на другую половину стога. Будто мне очень нужно чье-то сопливое соседство!..
***
Проблемой молодых организмов безусловно является способность спать поутру бесконечно долгое время, несмотря на яркий солнечный свет, лай собак и даже прямые тычки и подзатыльники, тем более, если эти самые организмы недополучили отдыха беспокойной ночью.
Таким образом, меня не беспокоило ни кудахтанье кормящихся горохом куриц, ни блеяние щиплющих морковку барашков, ни даже утробное мычание коров, с самым серьезным видом дегустирующих хозяйскую капусту. Не разбудили меня даже вопли самой хозяйки, которая с причитаниями бегала по огороду, пока не заметила мою отчаянно рыжую шевелюру в стоге.
Я совершал одну и ту же ошибку подряд: опять часть моего тела торчала из сена. С другой стороны, как вы прикажете дышать, ночуя в стоге? Не уткнувшись же носом в плотную солому! В общем, меня снова выдернули за руку из сена, и еще раз на меня вывалился пук соломы сверху. Я встал, пытаясь сообразить через перезвон криков в ушах: чего от меня требует эта женщина? Но когда солома окончательно скатилась с моей головы, очередной красочное сравнение с шкодливой лисой застряло в горле у расстроенной крестьянки. Ее лицо вытянулось и испуганно шепнуло: