Антихакер
Шрифт:
– Отлично. Скинь мне еще номер ее мамы, может, тоже пообщаюсь.
После разговора Озеров решил познакомиться поближе с семьей Марины. Он порылся в даркнете и выудил программу поиска людей в социальных сетях. Зная имя и город, можно быстро найти нужного человека. Программа сканировала все ресурсы, в том числе друзей и друзей друзей в сетях, и, сопоставив информацию, выдавала наиболее подходящие варианты аккаунтов. Уже через несколько минут на Марка смотрела знакомая фотка Марины с телефоном на фоне витрины магазина NewYorker.
Странное ощущение – смотреть на страничку мертвого человека «ВКонтакте».
Как тяжело интровертам выжить в мире агрессивного экстравертного сознания. «Если ты не выкладываешь душу на экран всеобщего обозрения, то с тобой что-то явно не так», – сочувственно подумал Марк.
Другая страница, которая была ему интересна, тоже нашлась. Причем программа-поисковик указывала на дружескую связь Марины и Оксаны Ладушкиной из Кемерово, родившейся десятого марта одна тысяча девятьсот шестьдесят пятого года. Вероятность, что это Оксана Петровна, мама Марины, была близка к ста процентам. Порывшись, Марк отыскал их совместные фотографии с какого-то праздника на природе рядом с водоемом, беседкой, украшенной воздушными шарами, и дымящимся мангалом.
Оксана Петровна как будто не сильно участвовала в жизни дочери. Во «ВКонтакте» не было упоминаний о ее смерти. И последние полгода, когда Марина проходила сложный этап жизни, в новостях и фотографиях ее матери царил мир любви с видным мужчиной. Роман между взрослыми, уже почти пожилыми людьми выглядел на экране так же, как и у подростков, познавших чувство первый раз. Букеты цветов, поцелуи на камеру, смена романтичных локаций – природных и городских – для совместного селфи. Оксана Петровна будто школьница стремилась похвастаться своей удачей среди одноклассниц. И это не было похоже на празднование золотой свадьбы. Скорее всего, новая ликующая любовь, которой покоряется любой возраст, разгоняла кровь и желание, заставляла забыть обо всем на свете и хвататься за хвост женского счастья. На последних фото Оксана Петровна и выглядела моложе, чем на прошлогодних. И вряд ли только макияж тому причина.
На фотографиях с пикника был и высокий молодой мужчина. Марк вырезал и увеличил его фотографию. Он загрузил ее в поисковую программу, дополнив подписью «зайцев/кемерово». В ответ нашелся давно заброшенный аккаунт в «Одноклассниках». Очень похожий молодой человек смотрел на Озерова с довольной улыбкой. Николай Зайцев, видимо, предпочитал жить в реальном мире, как и его бывшая жена.
Тем временем от Решетникова прилетели номера Оксаны Ладушкиной и Николая Зайцева. Озеров решил, что связаться с матерью Марины будет не так опасно, как с бывшим мужем. Вряд ли она замешана в смерти дочери. Вопрос был в том, где она была, когда с ее ребенком происходили
Может быть, написать? Озеров вот предпочитал общаться через «телегу». В этом есть огромные плюсы – можно не отвечать сразу, подумать над ответом. Да и над вопросом тоже. Марк завел номер Оксаны Петровны в контакты своего телефона. В Telegram ее не было. В WhatsApp тоже. «Странно», – подумал Марк, она умелый пользователь «ВКонтакте», и вряд ли не умеет пользоваться каким-нибудь мессенджером. Оставался Viber, ну не китайский же WeChat.
Сразу после установки Viber Марк получил пару удивленных приветов от своих знакомых, зачем-то тоже зарегистрированных в этом приложении: «Что ты здесь забыл?» Не собираясь отвечать никогда, он сразу поискал Оксану Петровну и нашел ее уже знакомую по «ВКонтакте» фотографию в профиле. Теперь нужно было написать предложение, на которое мама Марины точно ответит. Марк написал: Добрый день. Подумал и стер. Марина, конечно, умерла не сегодня, но вряд ли пока что дни для ее матери стали добрыми.
«Здравствуйте! Меня зовут Марк. У меня есть новости о вашей дочери Марине, – напечатал Озеров. – Удобно будет, если позвоню и поделюсь с вами?»
Марк перечитал сообщение. Он подумал, что даже если Оксана Петровна ответит «нет», у него будет еще шанс как-то переубедить ее. Он нажал «отправить» и стал ждать ответ. Если она не отзовется, то вечером он напишет еще раз. Телефон пикнул минут через сорок:
– Мне не интересны ваши новости.
Марк быстро среагировал:
– Я считаю, новости важные, они связаны со смертью Марины.
– Какое вам дело до нее? Что вы можете сказать нового?
– Мне очень ее жаль. На самом деле. Я имею информацию о ее болезни. Думаю, вы сможете ее как-то использовать.
– Я знаю про ее рак. Спасибо.
Марк смотрел на ее слова и не мог поверить в них.
– Нет, наоборот, у нее не было рака!
– Наверное, мне лучше знать. Она поэтому и решилась.
– Но у меня есть доказательства.
– Ее не вернешь вашими доказательствами. Лучше бы вы были с ней, когда это было можно, а не сейчас, когда вдруг все вокруг о ней заговорили.
– Все же давайте поговорим. Вам нужно просто зайти в ее ноутбук.
– Звоните ее бывшему мужу, он со всеми говорит. И вещи все тоже он забрал.
Марк был шокирован. Он уставился на безрамочный экран монитора высокого разрешения, пытаясь сосредоточиться, но буквы на нем потеряли четкость. Такого не могло быть! Вся история была нашпигована несоответствиями. Чтобы прояснить все, ему был все-таки нужен ноутбук Марины. Но он был, видимо, у Николая, ее бывшего мужа, по крайней мере по словам Оксаны Петровны. Ничего не оставалось делать, кроме как звонить ему. Но он же и главный подозреваемый, по крайней мере для Виктора. Как поступить?
Озеров попытался сосредоточиться. Он начнет разговор с Николаем, а дальше решит, что стоит ему открыть. Вот только как начать этот самый разговор? «Главное – врать как можно меньше», – решил Марк.
Конец ознакомительного фрагмента.