Антикиллер
Шрифт:
– Не знаю, – проговорил Лизутин.
– И я не знаю! Но знаю одно: все силовые акции в Тиходонской области должны проводиться с моего ведома!
– Послушай, Иван Васильевич, ты официально уведомлен об основаниях, целях и задачах операции? – вдруг спросил Лизутин.
– Нет.
– Значит, нет оснований суетиться. А если начнется стрельба, надо принимать законные меры...
– Законные меры, – саркастически повторил Крамской. – Значит поднимать ОМОН, СОБР и бросать их против Главка охраны? Устроить бойню в центре города,
– Откуда я знаю, – раздраженно сказал Лизутин. – Тем более, пока еще никто не стреляет!
– Пока, да! – бросил Крамской и отключился.
Группа «Ад» теперь могла самостоятельно действовать в Тиходонске. Двадцать офицеров, «оказывающих помощь» полку патрульно-постовой службы, изучили улицы и переулки, расположение криминогенных точек, дислокацию постов и маршруты патрулей милиции, оперативную обстановку в городе и возможности местных властей. Но сейчас все эти познания не требовались. Для того чтобы захватить объект, достаточно выдвинуться на рубеж атаки.
Две боевые пятерки взяли под контроль фланги и заднюю стену «Тантала» с запасным выходом. Четыре снайпера прицелились в окна, из которых можно было ожидать ответного огня. Пятерка прикрытия – залегла в пятидесяти метрах. Штурмовая группа ползком приближалась на дистанцию последнего броска. Две пары взрывников подползли к главной двери и черному ходу. Они бесшумно наклеивали на прикрывающую сталь деревянную обшивку огневой шнур прожигающей системы «Контур». Под рукой у взрывников лежали шокирующие свето-звуковые гранаты «Заря» и газовые комплекты «Дурман».
За наглухо запертыми стальными дверями «Седой» заканчивал инструктаж.
– Каски и необходимая амуниция получены? Вопросы есть?
В складывающейся ситуации бойцам «Тантала» были крайне необходимы противогазы. Но они находились на складе.
– Получено! Вопросов нет! – как обычно ответил за весь отряд самый бойкий парень.
– Привести оружие в боевую готовность!
Задрав стволы к потолку, бойцы оттягивали затворы и резко отпускали. Сильные пружины возвращали их на место, при этом движущийся вперед затвор захватывал и досылал в ствол очередной патрон. Характерный металлический лязг наполнил помещение.
– А вы почему оставили пост? – сурово спросил «Седой», заметив в зале часового, который должен был стоять у входной двери. – Быстро на место!
Обиженно насупившись, молодой прапорщик вышел.
«К чему эти строгости? Мы же не в Афгане, не в Анголе, – думал он. – Тем более, сейчас четыре утра...»
Товарищи шли на первую крупную операцию, ему же приходилось торчать в осточертевшей, наглухо задраенной кирпичной коробке.
«Успею еще настояться...»
Прапорщик замер. Снаружи, у самой двери, что-то происходило. Он ничего не слышал, но интуиция подсказывала: За пятимиллиметровой сталью таится опасность... Прапорщик включил наружные микрофоны.
"Шурк,
«Может, собака трется? Или пьяный...» – мелькнула успокаивающая мысль, но в глубине души прапорщик понимал, что дело гораздо серьезней и нарушение правил несения службы сейчас может вылиться в нечто страшное и непредсказуемое.
Все еще надеясь на безобидную причину непонятных звуков, часовой включил телекамеру. При этом он старался не производить шума, как будто там, за Дверью, его могли слышать.
На мониторе возникла темная пустая улица, прапорщик хотел направить объектив на дверь, но передумал: движение камеры могли заметить. Кто? Он бы не смог ответить. И все же менять положение телекамеры не стал.
Вдруг в темноте что-то шевельнулось... Еще... И еще... Короткими перебежками неясные тени приближались к зданию.
– Шнур оставь длиннее, – прошептали за дверью.
Прапорщику показалось, что это происходит во сне. Пришлось сделать усилие, чтобы выйти из оцепенения. Он вбежал обратно в зал, где еще лязгали затворы.
– Какие-то люди! – нелепо перекосив рот, выкрикнул он. – Окружают! Минируют дверь!
Тяжело роясь в собственном сознании, генерал Лизутин нащупал звено цепочки размышлений, которое оборвал звонок Крамского.
Щифротелеграмма директора ФСК о специальной группе с легендированным прикрытием!
Лизутина бросило в пот. Он прошел в кабинет к домашнему аппарату ВЧ-связи и вызвал Центр.
– Директора, срочно! – властно бросил он оперативному дежурному. Во время малого бардака начальника управления соединяли с председателем в любое время суток. Сейчас на другом конце правительственной линии замешкались.
– Может быть, вопрос решит ответственный дежурный?
– Вот-вот погибнет десяток наших сотрудников, – хрипло сказал генерал. И закашлялся.
– Соединяю...
Услышав сонный голос директора, Лизутин вдруг оробел. А если его догадка ни на чем не основана? Но отступать некуда.
– Извините, товарищ директор... У нас действует группа Главка охраны... Сейчас они начнут захват фирмы «Тантал»... Вроде это прикрытие террористов...
– Идиоты! – рявкнул директор. – Остановите их!
– Я не могу... У меня даже связи с ними нет...
– Черт бы вас всех побрал! «Тантал» – наше подразделение! Сейчас там такое начнется!
Директор нажал рычаг и набрал номер на белом, с золотым гербом на диске аппарате АТС-1.
– Слушаю!
Голос был бодрым и энергичным, как будто Коржов не спал.
– «Тантал» – подразделение ФСК! Остановите ваших людей! Иначе получится такая бойня, что ни вы, ни я не усидим в своих креслах.
– Да? – судя по тону, Коржов был абсолютно спокоен за свое кресло. – Но, когда я обращался за разъяснениями, вы меня дезинформировали!