Антилох
Шрифт:
– Вот.– ткнул пальцем в замёрзшую дорогу алкаш. – Со дна замерзшей лужи, на белый свет смотрела аккуратненькая серенькая пачечка денежных знаков, перевязанная синей тесёмочкой.
– Надо оттаять и поделить на всех. Неси воду хозяйка. – начал командовать алкаш.
– Это мои деньги! Это я потеряла. – Заверещала хозяйка.
– Твои не твои не знаю, за воротами лежат, значит общие Мы можем за кипятком и в другой дом сходить. – Который повыше, уже собрался перейти через дорогу, где жил сосед, который совсем не одобрял бизнес Борисовны.
– Ладно синячьё, я вам дам сто долларов и проваливайте.– Борисовна сделала грозное лицо, но алкаши похоже не сильно напугались.
– Какие сто, там поди две тыщи. Вон видно
После недолгих торгов сторговались на 700 долларови две бутылки. Синяки побрели по дороге, а Борисовна побежала кипятить воду. Хозяйка вынесла чайник, начала поливать лед, выломала пачку с куском льда, сунула под пальто и побежала в дом.
– Бог есть, он точно знает кому давать, кто копеечка к копеечке. – Борисовна запыхалась, и вспотела, но оторвать взгляд от пачки с синей тесёмочкой не могла. На кухне хозяйка бросила пачку с куском льда в кастрюлю с кипятком, лед медленно таял. Даже не почувствовав жара, прямо рукой, Наталья Борисовна выхватила пачку и рванула синюю ниточку. И из её рук просыпались аккуратные белые прямоугольники, а с первой банкноты во всю её ширину улыбалась надпись: "Билет Банка Приколов".
В комнате городской квартиры сидело трое, один постарше и два еще вполне молодых мужчины.
– Вот ты говорил Старый, что в городе люди злые, алчные, а деревня она простая, открытая. Люди везде люди.
–Так ты самые богатые дома выбираешь. Выбери домик попроще и увидишь. И душу и тепло. Искушать бедных, дело последнее. Искушение, наказание для богатых. Так что молодой, пока счёт в мою пользу.
Такое кино
Из всех искусств, важнейшим для нас является кино. Сказал, когда-то давно, вождь народов. Хотя кино сегодня сильно потеснили социальные сети: все эти пранки, стримы и другая, англоимённая белиберда, сила влияния кино на неокрепшие умы, ещё огромна.
Осеннее утро в Подмосковье всегда серое и унылое. Создается впечатление, что солнце, увидев в календаре 1 сентября, задергивает занавеску и уходит на покой. Лишь изредка оно подглядывает сквозь щелку облаков: – Вы тут от тоски и хандры ещё крышей не съехали, нет? – И снова прячется в своей небесной канцелярии.
Пасмурным осенним утром к дому Михаила Семеновича подъехала вереница автобусов и фургонов. Дом Михаил Семенович построил в Барвихе. Где ещё строить дом человеку, которого в народе называют МС или Мистер Сталь. Мистер Сталь не за стальные нервы, а за владение сталелитейными заводами. Совершенно случайно завладев этими самыми заводами в 90-е, он удобно разместился аж на третьей странице списка Форбс, – главного смотрителя за доходами и понтами. Дома хозяин бывал редко, построить сталелитейный завод рядом с домом, т.е. в Барвихе возражали соседи, а построить дом в Челябинске, рядом с Челябинским Металлургическим Заводом, совесть и страх увидеть сотрудников своего предприятия у себя дома, с плакатами: "Расскажи мил человек, откель тако богайство?". Чрезмерная зависть подчиненных подрывает дисциплину и вызывает ненужные волнения в массах. Вот и мотался Мистер Сталь Челябинск – Липецк – Магнитогорск, бросив свою супругу, половинку, хранительницу очага в Барвихе.
На крыльце дома, ну как на крыльце, на верхней ступеньке лестницы из розового мрамора, в окружении мраморных львов, между величественными колоннами, стояла Оленька. Супруга, половинка, хранительница очага. Судя по её огромным губам, она могла раздуть не только семейный очаг, но и мартен в Челябинске.
Вереница авто подъехала к лестнице и из первой машины вышел приятный молодой человек.
– Доброе утро, куда можно машины поставить? Где к электричеству подключиться? – Молодого человека звали Артём. В жизни он оказался ещё более привлекательным, чем на фото.
– Машины, туда. – Оленька махнула ручкой с очень ухоженными пальчиками
–– Спасибо, а нужную рИзеточку я сам найду. – Артём улыбнулся прям совсем голливудской улыбкой и махнув рукой работникам, тащившим вязанки кабелей скрылся в дверном проёме.
Машины и фургоны разместились вокруг гаража. Из их чрева поползли змеи проводов, осветительные лампы, вентиляторы ветряков. Под окнами дома разложили и начали надувать кинематографическое солнце. В кино все происходит по велению режиссера: дует ветер, идет дождь и даже надувное солнце начинает светить мрачным осенним днем, как на экваторе.
С чего всё началось.
Оленька сидела в социальной сети и её милую головку обуревала мысль, точнее зависть, ещё точнее злобозависть.
– Что такого в этой Кардашьян, что на её сиськи и попу пялится миллиард? – Оленька хмурила нарисованные брови и надувала и без того надутые губки. – Я ставила её попу рядом со своей, моя явно красивей. Или эта Пузова, 11млн фоловеров ловят каждый её пук. На что там смотреть? Недотретий номер и патлы крашеные. Её песню, даже Розенбаум в сто раз лучше спел.
Оленька открыла свою страницу. С экрана на неё смотрела умопомрачительная блондинка, в окружении ШИКАРНЕЙШЕЙ обстановки. Блондинка в машине, блондинка на машине, блондинка у рояля, блондинка на рояле. Фото и видео из ванной и душа было доступно только подписчикам.
Счетчик последователей по- прежнему стоял на числе 13.
– Черт, злая магия, колдовство.– Оленька кликала мышкой по проклятой цифре, но она только меняла цвет, ни на единичку не двигаясь в сторону популярности. – Наверное, проклятье Светка Оськова наложила. Завидует, что МС выбрал меня, а не её. Оленька лукавила, к выбору Михаила Семеновича, Света не имела никакого отношения. Оленька училась в институте с сыном МС от первого брака, Мажором. Мажор таскал её по клубам, курортам. С переходом на следующий курс, Мажор дарил Оленьке грудь следующего размера. К окончанию института, на её грудь обратил внимание отец Мажора, небезызвестный олигарх Мистер Сталь, и после недолгих переговоров и подписания брачного контракта, Оленька Мажора усыновила.
Первым фоловером, подписавшимся на великолепную Оленьку, был испанский мачо Хуан. Он пообещал сделать из Ольги мега-интернет звезду, если она покажет голую грудь. После длительных двадцатиминутных переговоров и уверений, что никто и никогда не увидит этих прелестей, Оленька подняла майку и закрутилась перед камерой. За два дня на её страницу подписалось ещё 12 иностранцев со всех сторон света. Писали они с ошибками, которые замечала даже Оленька, но она объясняла это трудностями перевода. Для поддержки своей аудитории. Оленька регулярно изображала медсестру, кошечку или просто охала в душе.
– Тринадцать, тринадцать, я проклята.
Олино проклятье объяснялось просто. В деревне Похотейкино, в сельской школе училось всего 13 парней. Самому старшему, Василию Маско было уже 19, но он упорно продолжал заканчивать 9 класс. От дальнейшего продвижения по учебной лестнице, его удерживало нежелание идти в армию. Он регулярно оставался на второй год, т.к. без среднего образования в армию не берут. Исходя из этой логики, ему оставалось учиться ещё 8 весёлых лет.
Однажды, юзая по фоткам с красивыми телками, он и наткнулся на страничку Оленьки. После удачно проведенной сделки с Оленькой, он предложил своим одношкольникам, за пиво и сигареты создать странички в сети, под видом крутых иностранцев. За два дня на Олину страничку подписалось все мужское население Похотейкинской школы. Самому младшему Егорке, было всего 9. Он в счет оплаты спёр из дома бутылку самогона, за что был нещадно бит, но аккаунт не отдал.