Антимаг
Шрифт:
Непонятно, на кого он сейчас больше злился: эту долбанную Лису, её обгадившегося ученика, злогребучего демона, или себя самого за потерю контроля.
С каждой секундой головная боль от воплей демона усиливалась, но сознание при этом прояснялось. Лёха пошевелил пальцами, на которых постепенно уменьшались когти, и краем сознания отметил, что одежда не загорелась. Холод, правда, не отпустил, но даже возможность стоять на своих двоих сейчас казалась победой.
Над головой возвышалась городская стена, а внизу, метрах в двадцати, поблескивала грязь окраинных улиц. Лёха
Лёха вспомнил пустой взгляд Мии и упрямо тряхнул головой, прогоняя видение. В таком состоянии он её не спасёт. Весь его выбор - обуздать тварь, или сдохнуть сейчас, до превращения в кровожадного монстра.
Хлопнув по лицу в попытке сбить огонь, Лёха замер. А потом принялся ощупывать голову. Ничего. Ни пламени, ни ожогов - всё цело.
Беснующийся демон внутри, кажется, притих. Когти и зубы начали уменьшаться и Стриж с некоторым облегчением позволил себе сесть, свесив ноги с обрыва.
Он перевёл взгляд на сжавшегося в углу пленника и покачал головой:
Он вперил тяжёлый взгляд на Лауру и рявкнул, чеканя каждое слово:
Лёха вынул кляп и задал первый вопрос:
– Алекс?..
– тихо окликнула его Лаура, медленно перемещаясь за тушу голема.
При упоминании огня Лёхин демон вновь яростно взревел. Стриж ощутил его жажду крови. Крови магов. Она была так сильна, что Лёха на всякий случай проверил языком свои зубы - не растут ли вновь клыки. Нет, в этот раз обошлось.
– Но мы можем прийти к какому-то компромиссу. Я готов иногда жрать сырых гусей, кур и прочую скотину, раз тебе такая диета больше по душе.
– Я не убиваю детей, - чувствуя себя полным идиотом, упрямо повторил Лёха.
Лаура без разговоров поливала его огнём. Может, сообразила, что от этого есть толк, а может просто давно мечтала спалить наглого пустотника и по-своему отводила душу.
И пацан заговорил. Сбивчиво, заикаясь, он рассказал, что его наставницу все зовут Лисой и сама она утверждает, что принадлежит роду Осенних Лисиц. Услышав это название Лаура лишь пожала плечами - видимо семейство было не из самых известных.
– Он продаст нас как только мы его отпустим!
– голос Лауры выдернул Стрижа из мрачных размышлений.
В следующий миг голову словно копьём пронзило. Хотелось орать, но из сдавленного спазмом горла вырывалось лишь жалкое сипение. В глазах потемнело, а затем в черноте мелькнуло нечто невнятное. Слишком быстро, чтобы увидеть и понять.
Графиня встала перед учеником мага, брезгливо оглядела его с ног до головы, и тихо, но властно спросила:
Глава 14
Каким чудом Лёха добрёл до склада - он и сам не понимал. В голове будто взорвался осколочно-фугасный снаряд: каждая мысль давалась мучительно, словно шаг босиком по битому стеклу.
Лука притаился в тени у склада. Завидев Стрижа, он неуверенно оглянулся и с явной опаской подошёл поближе.
Стриж
– Знаешь, - хрипло сказал он, - у меня дома всё иначе. Такого, как у вас, нет. Для меня это всё - седая старина. Даже короли в моём мире остались лишь в паре-тройке стран. И то не правят - так, для красоты, подчеркнуть древность государства и незыблемость традиций. Магия - вообще сказка. Вместо магии у нас - техника.
Лучший вариант - это если она решит в одиночестве проследить за Лукой, которому предстоит доставить письмо. Тогда Стриж прикончит её тут же, рядом с убежищем. Худший - Лиса сразу стуканёт Змеям об интересном заказе. Или прихватит в качестве поддержки дюжину подельников из “Весёлой головни”.
– Затем, что если мы работаем вместе - то надо знать хоть что-то друг о друге, - объяснил Лёха.
– Понимать мотивы тех или иных поступков. А какое-то время нам лучше работать вместе. Ты ведь не просто так не обратилась к городским властям за помощью. Да и к людям своего отца не пошла.
– Ты это мне?
– удивлённо покосилась на него Лаура.
– Жри, чего уж...
Перед глазами поплыло и он осторожно сполз на пол и упёрся в сундук спиной.
Когда Лёха достал из корзины возмущённо вопящего гуся, по телу прошла дрожь предвкушения, а рот наполнился слюной. Выдохнув, Стриж уселся, закрыл глаза и расслабился.
Голова заболела так, что перед глазами заплясали искры. Охнув от неожиданности, Стриж едва не упал. Присев от греха подальше, он принялся тереть пальцами лоб. Почему-то наращенные надбровные дуги страшно чесались.
Судя по виду, о содеянном девчонка не сожалела.
– Ну что сказать: я не только талантливо попадаю в задницы, но и поднаторел выбираться из них, - развёл руками Лёха.
Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Лёха прикидывал что нужно купить на местном рынке на случай пешего перехода через лес. Намерение отбыть с караваном Кречетов - прекрасно, но как показывает практика - лучше быть готовым ко всему.
– Никто раньше не делал такого. По крайней мере я о подобном не слышала и не читала. Речь демонов для нас чужда, как волчий вой, или птичий крик. Никому не удавалось достичь какого-то понимания с ними. Только подчинение через плетение покорности. Чтобы обучиться управлять силами покорённого демона, магам требуются годы, и при этом они не могут того, что сделал сейчас ты.
Он вообразил шнобель, достойный этой хари и тут же пожалел об этом: в глазах потемнело, а голова закружилась так, что Лёха едва не растянулся на полу. Хорошо хоть уже сидел.
От воспоминаний его передёрнуло. Одно дело - жрать не пойми что в беспамятстве, а совсем другое - осознанно откусывать куски ещё живой птицы. Убитый, но ещё тёплый гусь демона больше не удовлетворял. Как там говорила Лаура? Питается жизненной силой? Похоже тамагочи в попытках выжить и не убить носителя пытался тянуть её из других источников. И, судя по замашкам, самыми “питательными” он считал магов.