Антимаг
Шрифт:
Брови Тигра приподнялись, а вот Гарма - сошлись на переносице.
– Мастер-рубежник, вы уже женаты? Если нет - ваша кандидатура выглядит всё привлекательней в качестве нового лидера Кречетов.
Лёха едва удержался, чтобы не присвистнуть от удивления. Чёрт знает, что там за древний артефакт такой приволокли к себе предки Лауры, но, судя по разрушениям, бахнула эта штука не слабее гаубичного снаряда. Даже отсюда были видны деревья, покалеченные ударной волной и разлетающимися кусками кладки и черепицы. Не удивительно, что погибли все, кто был в помещении: после такого взрыва даже
Лёха снова бросил короткий взгляд на Гарма. Видно он не просто так занимал главенствующий пост в клане Змей - врал так, что комар носа не подточит.
Когда раздосадованный Итар отъехал от Лауры, Миа тихо спросила:
По меньшей мере среди местной аристократии недовольных хватает. Лёха украдкой бросил взгляд на Итара. Тот ехал рядом с Гармом, о чём-то разговаривая. И ничего хорошего от их общения Стриж не ожидал. Рядом с обоими магами ехали их “пустышки”.
“Он покойник. Вся его жизненная сила во мне”.
– Я уже придумала. Давай их съедим!
– раздался голос Белочки.
– Это и есть самое плохое, - всхлипнула графиня.
– Я не имею боевого ранга и, по мнению принца, да и всей родни, у меня нет ни единого шанса против опытных. Они решили, что это такая форма самоубийства.
– И я абсолютно в своём праве, - ничуть не смутился Гарм.
– Ваше высочество вряд ли в курсе столь незначительных событий, но ещё до трагической гибели её отец, граф Лавр благословил помолвку наших отпрысков, чему есть немало свидетелей. Формально, от момента безвременной кончины отца и всех родных братьев этой юной леди, я являюсь её законным опекуном. До того счастливого мига, как она станет женой моего сына, конечно.
Местная стража приветствовала Лауру намного теплее, чем Итара и прочих гостей. Для замковых слуг авторитет графской дочки был явно выше, чем у рубежника, или главы чужого клана. Разве что Брэнду кланялись низко, а приказы исполняли беспрекословно. Пока у клана нет лидера - представитель императора был для них царём и богом.
Лаура отвела взгляд.
– Я не шутила, ваше высочество, - собрав всю храбрость в кулак заявила девчонка.
– По закону я имею право претендовать на пост главы клана вместе со всеми. Дар Древних признает мою кровь!
Наконец, миновав небольшой лесной массив, колонна достигла цели и Стриж увидел родовое гнездо Кречетов. Первое, что бросилось в глаза - огромная дыра в фасаде жилого здания, точно по центру верхнего этажа.
Это был худший вариант развития событий. Немного успокаивало лишь то, что Брэнд ясно сказал, что не хочет заморачиваться решением судьбы графской дочери и предоставит этот геморрой новому лидеру клана.
К их немалому облегчению, охрану у покоев Лауры поставили смешанную из людей Кречетов и императорских гвардейцев. Это одновременно успокоило местных - свои же бойцы были всего лишь почётным караулом при дочери графа, так и пресекло всякие попытки этих самых “своих” добраться до нахальной кандидатки на пост главы клана.
Надо думать, о реальных фаворитах в гонке за место лидера клана Кречетов он знал куда больше самой Лауры. За те дни, что минули с момента гибели верхушки клана, заключались и разрушались союзы, покупалась
– Это могут быть мои земляки, - склонившись к Лёхиному уху прошептала она.
– А я ничего не могу сделать...
Путь до замка Кречетов прошёл в напряжённом ожидании подлянки. Конечно вряд ли кто-то станет нападать на Лауру в присутствии Тигров, но “случайно” споткнувшейся лошади или фатального отравления колбаской никто не отменял.
Она повернулась и посмотрела на Лёху блестящими от слёз глазами.
Если бы Лёха лично не превратил этого самого Феба в ледышку - без оглядки поверил бы, что он жив, здоров и готовится к свадьбе. Он даже засомневался, не мог ли мерзавец выжить, как в голове раздался голос демона.
Размышляя о превратностях судьбы Стриж с любопытством первооткрыватея изучал мир вокруг. Большак, по которому двигалась вереница всадников, проходил по обжитой местности: обширные поля перемежались с фруктовыми садами, лишь изредка уступая место лесу. Правда, из всего, что там росло, Лёха смог уверенно опознать лишь горох, яблоки да абрикосы. И то горох лишь потому, что в детстве в деревне у бабушки лазили воровать его на поле, за что разок выхватил от сторожа заряд соли в задницу.
В её голосе злость смешалась с отчаянием.
– Ну так ты на это особо и не рассчитывала, - резонно напомнил ей Стриж.
– Наш единственный шанс - этот твой ритуал истребления.
– Засим считаю спор разрешённым и предлагаю немедля выдвигаться в замок Кречетов, - сказал Тигр, поднимаясь из-за стола.
– Я хочу как можно скорее принять горячую ванну и поесть нормальной еды.
Глава 24
Пока Лаура зло сжимала кулаки и старалась сдержать слёзы, Лёха искал выход из ситуации. Бежать - не вариант. Во-первых, их охраняют. Во-вторых, попросту некуда. Гарм не остановится, пока не отомстит за смерть сына.
Убить кого-то влиятельного и взять себе его личину? Очень круто в теории, но совершенно неосуществимо на практике. Даже если он каким-то образом выберется отсюда и скопирует лицо императорского посланника, то что это даст? Приказать пропустить Лауру к артефакту? Любой из людей Брэнда заподозрит неладное. Даже если демон сумеет изменить голосовые связки для полной имитации голоса - остаётся много важных деталей. Язык тела, интонации, информация, которой Стриж не владеет.
Превратиться в Гарма и напасть на кого-то? Тоже хреновый план: граф явно погружён в переговоры по поводу завтрашнего ритуала и найдутся свидетели его невиновности. А весь замок встанет на уши в поисках злоумышленника. И Гарм первый скажет, что пришедшая с Лаурой пара бродяг выглядит очень подозрительно.
Ворон задумчиво потёр подбородок.
– От чего?
– Гарм взмахнул рукой, отметая эту версию.
– Если бы он подозревал что-то недоброе - просто не одобрил бы этот брак. Тут сработал кто-то третий. С деньгами, большими и связями. Он перехватил девчонку и использовал её против меня. Причём у него есть высококлассный убийца.
– Есть идеи?
– мрачно поинтересовалась Миа, усевшись на подоконник.
Белочка, помалкивала, ничем не выдавая своего присутствия. Зато Миа не выдержала, рявкнув: